Магазинчик грешницы. Забудь меня… если сможешь - Виктория Вера

— Вы не уверены, милорд?

— Сначала я не придал этому значения, на тот момент я не спал почти сутки и решил, что мне просто нужно выспаться. Если бы похожая ситуация не повторилось спустя месяц, то я бы и не вспомнил о том случае.

— Какие ещё симптомы вы заметили, помимо того, что иногда не помните момент отхода ко сну? — лекарь берёт моё запястье и какое-то время удерживает, прослушивая пульс.

— Тяжесть в голове. Наутро мне бывает сложно подняться, особенно если вставать приходится на рассвете.

— И каждый раз вы не помните, как засыпали? — лекарь смотрит на меня поверх пенсне.

— Сложно сказать. Иногда я просто чувствую себя так, словно не спал несколько дней. Обычно в таких случаях я иду спать раньше обычного и быстро засыпаю. Но пару раз я уснул прямо за рабочим столом в собственном кабинете. Знаете, это очень странное чувство — я помню, как поздним вечером перечитывал свои записи… затем пустота… а потом я просыпаюсь уже утром и не понимаю, что помешало мне пойти в свою спальню.

— И при этом чувствуете в голове тяжесть?

— Да.

Я не хочу рассказывать о своих слабостях даже лекарю, но мне остро нужен его совет. То, что я не помню некоторые моменты своего бодрствования, заставляет меня нервничать. Я теряю контроль. В моём случае это не просто недопустимо, а крайне опасно.

Я до сих пор не могу вспомнить брачную ночь с Анриеттой, и до сих пор не готов ей в этом признаться. Наутро на простыне было много крови, а Анриетта в слезах рассказывала, что ей было очень больно.

После этого наш семейный лекарь рекомендовал моей супруге на какое-то время воздержаться от посещения моей спальни. Я много раз просил у Анриетты прощения и несколько раз пытался поговорить с ней об этом, но она наотрез отказалась обсуждать ту ночь…

— И сколько часов вы обычно спите?

— По-разному, — пожимаю плечами, прокручивая в голове последние недели.

— Ну хотя бы примерно можете сказать?

— Чаще сплю по четыре часа. Но в те дни, когда работаю дома, получается около шести.

— А бывают дни, когда вы спите ещё меньше?

— Во время рабочих поездок. И когда происходят чрезвычайные происшествия… тогда на сон совсем не остаётся времени.

— Лорд Орнуа, могу я быть с вами откровенным?

— Собственно, я этого от вас и жду, уважаемый фир Литас.

— Вам нужно дать своей голове достаточно отдыха. Я понимаю, что вы пытаетесь всё контролировать, но научитесь отпускать ситуацию и больше доверять своим подчинённым.

— Вы же понимаете, что я не могу этого сделать? — откидываюсь на спинку кресла, скрещивая руки на груди.

— Уверен, за несколько дней без вас управление не развалится. Зато после хорошего отдыха голова приобретёт ясность мыслей. Поверьте, на ясную голову работа пойдёт в разы быстрее.

— Фир Литас, вы просто не понимаете сложности…

— Это вы не понимаете, милорд! Вы ещё молоды, но человеческое тело не камень и его жизненный ресурс не бесконечен.

Слова лекаря вызывают лишь раздражение и, почему-то, разочарование.

А собственно чего я ждал? Я и сам понимаю, что необходим нормальный сон. Просто раньше я мог провести без сна двое суток и при этом помнил каждую мелочь, а теперь… теперь я не могу довериться даже собственному телу.

— Хорошо, — чувствую, что пора заканчивать этот разговор и поднимаюсь. — Фир Литас, вы же понимаете, что об этом никто не должен знать?

— Обижаете, лорд Орнуа. Я никогда не обсуждаю с посторонними своих пациентов, — лекарь тоже поднимается, суетливо подходит к резному столику и перебирает какие-то склянки. — Вот, милорд, возьмите этот настой и пейте по три капли вместе с тёплым чаем. Это поможет укрепить ваши силы.

* * *

Ева

Розовые облака… Мне нужны огромные розовые облака!

Эта мысль навязчиво крутится в моей голове уже второй день, потому что всё это время небо затянуто тёмными тучами, а за окнами не переставая льёт дождь.

И не просто облака… нужно, чтобы они подсвечивались и покачивались! Нужно, чтобы они парили прямо здесь, перед широкими окнами внутри просторной гостиной, переделанной под праведную часть салона женского белья.

С одной стороны, это привлечёт достаточно внимания, с другой — большие декорации добавят интимности обстановке самого салона, ведь они почти полностью скроют то, что происходит внутри.

Подхожу к одному из широких окон-витрин и рассматриваю противоположную сторону улочки.

Сейчас утро, ресторация «Праведные грёзы» только открылась, но один из столиков уже занят. Некая леди и лорд неспешно завтракают, и их взгляды обращены на особняк.

Я чувствую их любопытство.

Вчера я заходила в ресторацию, чтобы поговорить с женой управляющего. Я была уверена, что ей задают вопросы о том, что происходит в особняке напротив и оказалась права. Любопытство аристократов нужно использовать.

— Фира Салине, можно дам совет?

— Разумеется, Лори.

— На следующие дни в особняке снова наглухо закроют ставни, а откроют на седьмой день после заката. Шепните леди и лордам, что почти все столики возле окон на этот вечер уже заняты и увидите, что свободных столов действительно не останется.

Я не стала рассказывать, что особняк теперь принадлежит мне, об этом распространяться не стоит. Но я рассказала, что в особняке появится салон для леди, и намекнула, что там будет чем удивить заскучавших замужних дам.

На самом деле даже в праведные модели белья я добавила некоторые, не запрещённые церковью, изменения. Например, заменила завязки панталон на удобные плоские пуговки, чтобы леди было проще посещать уборную. А в сорочках постаралась избегать излишней вычурности, создавая по возможности благородные и изящные модели. В прошлом мире мне повезло оформлять витрины для дорогого бельевого бренда, так что в голове отложился хороший запас идей.

Помимо белья, лавка постепенно наполняется приятными мелочами, вроде фигурных свечей и шелковых масок для сна, потому что ничего подобного вокруг пока не продаётся, а раз так, то можно привлечь этим дополнительное внимание.

Отхожу от окон и прикидываю, как лучше разместить облака. Фантазия с радостью включается в работу. Оформлять витрины — всегда было моим любимым занятием.

Мне потребуется пара столяров, светлая ткань, красный краситель, прочная, но тонкая верёвка, не меньше десятка довольно крупных лампад и много не переработанного чистого хлопка… то есть ваты. Без ваты не получится создать нужного эффекта.

Кажется, я видела целую