До скорой встречи - Лекси Аксельсон

Стою у двери и мысленно спорю с собой: стоит ли постучать, попытаться объяснить, почему не могу зайти дальше? Вздыхаю, чувствуя раздражение и полную опустошённость. Я не силён в таких вещах. Поднимаю руку, чтобы постучать и опускаю. Сейчас уже ничего не скажешь и не исправишь. Наверное, лучше дать ей пространство. Не хочу её донимать, хотя понимаю, что должен объясниться.

Но мне всё равно.

Эгоизм снова берёт верх, мне нет дела до объяснений. Хотел ли я ограничиться с ней одной ночью? Определённо да, в момент, когда впервые увидел её в баре. Невозможно отрицать, насколько она завораживает: не только прекрасной улыбкой и изгибами тела, но и особым шармом, который манит меня… Но теперь всё изменилось. Я узнал, что она сестра Пола. И понял, насколько она удивительный человек. Если бы я просто переспал с ней и исчез, чувствовал бы себя настоящей мразью.

Решаю принять холодный душ, чтобы избавиться от жара, который до сих пор пульсирует в теле после наших объятий. Вспоминаю, какими были её губы на моих… её вкус, чертовски пленительный. Я хотел взять её прямо там, на диване.

Направляюсь к двери ванной, открываю её. Провожу руками по волосам, погружаясь в мысли.

Я, конечно, знал, что у Пола есть сестра, но никогда не видел, как она выглядит. Даже имени её не знал. Он очень её оберегал — ни мне, ни другим ребятам не показывал её фотографий. Не хотел, чтобы кто-то обсуждал её жизнь или проявлял излишнее любопытство. Пол держал семейную жизнь в строгой тайне. Когда мы одновременно бывали дома, всегда встречались у меня или у Кейна.

Я не могу просто переспать с Ари. Сразу видно — она добрая, у нее светлая душа. Не стану омрачать её своими демонами, грузом проблем и ложными надеждами. Тем более в ближайшие месяцы я буду занят, у меня даже не будет возможности поддерживать с ней связь.

Миссия всегда на первом месте. Моя команда. Моя страна. Моя работа. Мой долг как бойца «морских котиков». Именно поэтому я ограничивался одноразовыми связями или отношениями без обязательств. Не хотел никаких отвлекающих факторов, которые могли появиться из-за женщин. Всё, что грозило пробудить во мне чувства, я избегал любой ценой. Потому и стремился к максимально простым схемам: ужин, вино, женщины — те, кто чётко понимал, чего я хочу. Я сразу обозначал границы и свои особенности, а потом уходил. Каждая женщина, с которой я спал, знала об этих правилах заранее. Никаких обязательств — и я не собираюсь начинать сейчас.

Подойдя к душевой, включаю воду. Из лейки хлещет ледяная струя, именно то, что нужно, чтобы избавиться от напряжения, которое оставила во мне Ари. Начинаю раздеваться, сначала снимаю футболку и на минуту задерживаюсь, глядя на своё отражение. Смотрю на шрам на трицепсе и вспоминаю, как по нему скользили пальцы Ари.

Когда я целовал Ари, я уже понимал: с ней всё будет иначе. То, как она отвечает на поцелуи, её запах, её привычка прикусывать губу, когда она волнуется, — всё это выбивает меня из колеи. И я слишком её уважаю, чтобы просто трахнуть на диване.

Наш момент разрушил звонок телефона — он остудил мою опасную страсть.

Звонила одна из девушек, с которой я недавно начал спать. Когда я отстранился от Ари и увидел на экране имя Норы, это стало жестоким напоминанием о том, кто я на самом деле. Было тяжело снова встретиться с Ари взглядом после этого. Тогда я и обрубил всё на корню. К тому же от команды начали приходить вопросы по поводу предстоящей миссии.

Нора звонила почти каждый день после того, как мы переспали пару недель назад. Я вежливо объяснил, что хочу остаться просто друзьями и что в ближайшее время буду очень занят и не смогу с ней видеться. Отчасти это правда. Моя служба всегда давит на личную и социальную жизнь, когда я дома. Даже когда я вроде бы не работаю — я всё равно работаю.

Выслушав истории Ари о её жестоком бывшем, я не могу отделаться от чувства, что должен защищать её всю оставшуюся жизнь. Знаю: Пол хотел бы, чтобы я это делал. Более того — он просил меня об этом.

В памяти всплывает тот единственный раз, когда Пол заговорил о своей сестре и матери. Я захожу в душ, позволяя мыслям унести меня обратно туда, в ту ночь.

Мы выполняли задание, продвигались к цели посреди ночи за границей. Единственным источником света была луна. Мы едва различали лица друг друга. У нас было много времени на болтовню ни о чём.

Нас было около десяти: Пол, я, его команда и моя группа. Пол рассказывал, как ждёт возвращения домой, чтобы снова отведать маминой стряпни после службы. И как гордится младшей сестрой: несколькими днями ранее она сообщила, что поступила на отличную программу подготовки медсестёр. На его лице сияла широчайшая улыбка, он искренне радовался за неё. Пол всегда умел находить радость даже в самые тёмные времена.

Вдруг он остановился и посмотрел на меня и остальных ребят, которые слушали его рассказ. Я до сих пор отчётливо слышу его голос, будто это было вчера.

— Пообещайте мне кое-что, ребята, — Пол замер на месте, и мы тоже. Хруст земли и камней под ногами стих, все уставились на Пола, ожидая продолжения.

Голос его звучал серьёзно. Было видно, что он с трудом сдерживает эмоции, это было так непохоже на него, что я насторожился и прислушался внимательнее.

Пол посмотрел на меня, потом на Рукера, затем на Кейна.

— Если со мной что-то случится, пожалуйста, присмотрите за моей мамой и сестрой. Убедитесь, что с ними всё в порядке и они в безопасности. Сейчас они под моей заботой. Я единственный мужчина в доме. Отец бросил нас, когда мы были маленькими, и теперь они могут рассчитывать только на меня. Пообещайте, что позаботитесь о них, если я погибну, — в его голосе зазвучали командирские нотки, словно он отдавал приказ.

— Да… конечно, дружище, — без колебаний ответил Кейн.

— Разумеется, — одновременно с ним произнёс Рукер.

Все члены его команды кивнули и согласились, но я не мог вымолвить ни слова. Разговор казался мне неловким и каким-то нелепым.

Сначала я промолчал. Возможно, во мне взыграло эго — оно мешало сразу дать согласие. Я колебался. Ведь если я даю обещание, то всегда его выполняю.

Я единственный