Горячий шоколад - Тереза Лири

Софи нервно барабанила пальцами по столу рядом с клавиатурой компьютера. Можно подумать, от этого на дисплее появятся правильные цифры…

— Какой-то крупный заказ остался неоплаченным. Я не вижу других объяснений.

— Думаешь, чек не прошел авторизацию? — предположила Фанни. — Подделка? Ложный счет?

— Скорее всего.

— Надо сообщить в полицию. Это уголовное преступление. — Фанни полезла в блокнот.

А мысли Софи двинулись в другом направлении. После передачи шквал звонков не прекращался. Потенциальных клиентов с каждой минутой становилось все больше, их ставили на учет в ожидании начала обслуживания.

Они всегда принимали чеки и кредитные карты. Даже самые крупные фирмы в отрасли работают так. А теперь, пока неизвестно, какой из чеков оказался фальшивкой, кто из клиентов — мошенник, возник дополнительный риск. Денег на закупку расходных материалов и на оплату счетов нет. Следовало бы взять новые кредиты, чтобы удовлетворить повышенный спрос. И тем самым попасть в еще большую зависимость. Софи опасалась влезать в новые долговые обязательства.

Фанни подняла телефонную трубку.

— Кому ты собралась звонить? — очнулась Софи.

— В полицию, — решительно заявила помощница.

— Погоди-ка.

Та изумленно вытаращилась на подругу.

— Ты представляешь, как подействует весть о мошенничестве на бульварную прессу? — попыталась воззвать к ее здравому смыслу Софи. — Именно теперь! Из-за этого идиотского шоу все нами интересуются, Фанни.

— Шоу было настолько идиотским, что теперь у нас от клиентов отбоя нет! — фыркнула референт.

— Можешь не упражняться в остроумии. Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду. — Разозлившись, Софи стукнула ладонью по столу.

Фанни молчала. Она не обижалась, потому что хорошо знала Софи: ее злость улетучивается с той же скоростью, с какой возникает.

— Я говорю о людях, которые готовы нам поверить и первый раз прибегнуть к нашим услугам, пустить в свой дом. Если завтра они прочтут в газете, что у нас проблемы с деньгами, если они увидят, что вокруг нас вертится полиция… — Софи озабоченно нахмурилась.

— Ты предлагаешь ничего не предпринимать? — Фанни удивленно вскинула брови. — Но почему ты предполагаешь, что полиция сразу выдаст все сведения прессе?

— У них там свои осведомители. Вспомни, как быстро просачивается любая информация. Пара сотен евро не слишком богатому полицейскому — и он расскажет прессе все, что угодно.

— Ну хорошо, ты не веришь в честность наших сил правопорядка, а я верю. И что теперь, сидеть и молча наблюдать, как нас кто-то обманывает?

— Во всяком случае, пока мы не должны публично предпринимать активных действий. Я знаю частного детектива, который сумеет помочь нам.

Софи обошла свой стол и принялась листать ежедневник. И тяжело вздохнула, когда ее взгляд упал на запись примерно недельной давности: «Моник».

Естественно, Фанни права: благодаря ток-шоу люди заинтересовались ее фирмой. Но после передачи Софи утратила душевное равновесие. Теперь, если она сознательно не сосредоточивалась на других вещах, она только и делала, что думала об этом проклятом кондитере. И его мелодичный баритон все еще звучал в ушах.

Как зачарованная, она откинулась на спинку кресла и принялась — в который раз — мечтать об Оливье. О том, что было бы, встреться они в менее скандальной ситуации. Прошла бы она мимо него, сочтя недостойным внимания, или не прошла бы? Заметил бы он ее? И во что вылился бы их роман, если бы не начался с провокационного поцелуя под жарким светом софитов? Может быть, тогда все развивалось бы по-иному. Как известно, мечтать не вредно.

…— Оливье! Тебя к телефону!

Оливье стоял у плиты. За стенами, в зале кафе «Свисс Роше в Веве», царила жизнерадостная и непринужденная атмосфера.

А в кухне Оливье врубил музыку на полную громкость. Звучал Гендель, его любимый композитор. Маленький коллектив помощников давно привык к тому, что шеф обожает классическую музыку. В последнее время он не мог творить, придумывать и создавать новые сорта шоколадных десертов — просто настроения не было, поэтому занимался обычными делами на кухне кафе.

Гендель был немцем, который работал в Лондоне. Мать Оливье происходила из Германии. Влюбилась в швейцарского парня, вышла замуж и отправилась за ним в Веве, где он работал в семейной фирме. Они жили на вилле неподалеку от города, но, когда отец бросил их, мать забрала троих детей и уехала домой, во Франкфурт…

Оливье сыпал сахарную пудру в яично-творожную массу и взбивал суфле. Раньше он занимался только шоколадом, но, с тех пор как все начали требовать «тот самый шоколад», он испытывал стойкую аллергию к какао. Люди будто с ума сошли: каждый второй заказ — на этот шоколад. Дюррану быстро надоело его делать, такой ажиотаж не мог не сказаться на вдохновении. Кондитер не желал быть конвейером. Слова похожие, но пересекаться эти понятия не должны.

— Оливье, оглох, что ли? Телефон! — взревел сомелье Стефан, перекрикивая музыку.

— Слышу! Не ори! Суфле ждать не будет! Скажи, что я перезвоню.

— Это с телевидения.

— Из Парижа? — Оливье с надеждой вскинул голову. Вдруг его опять пригласят на эту передачу, в которой он впервые увидел Софи, и вдруг он снова встретит ее…

— Из Цюриха, — пророкотал Стефан.

Оливье вернулся к своему суфле.

— Я перезвоню. Или пусть перезвонят они. Неважно…

Он залил суфле в форму и сунул в духовку. Потом вытер руки о полотенце, которое использовал вместо фартука, закрепляя прищепкой на боку. Мрачно посмотрел на вновь подошедшего Стефана: тот протянул ему записку.

— Это важно. Тебя хотят пригласить на новое кулинарное шоу.

— Раньше ни одна живая душа не интересовалась кондитерами, — издевательски заметил Оливье, но бумажку взял. — А теперь мы вдруг в моде. Даже неспециализированные журналы вдруг запестрели взбитыми сливками и шоколадной глазурью. Смотреть противно.

Стефан глядел на шефа во все глаза.

— Оливье, ты что? Ты ж всегда тащился от таких приглашений!

— А толку? — буркнул Дюрран. — Я достиг славы и теперь не могу придумать ничего новенького, это просто проклятие какое-то.

Стефан покачал головой и ухмыльнулся:

— Еще один повод, чтобы сходить на это шоу. Следующей красотке скорми что-нибудь другое. Если и она отреагирует бурно, все забудут про конфеты с лесными ягодами. Правда, накинутся на новое лакомство…

— Смешно.

Оливье нехотя отправился в директорский кабинет, чтобы оттуда спокойно позвонить по записанному Стефаном номеру — все-таки телевидение, реклама, а реклама сейчас необходима. Чем популярнее станет сам Оливье, тем скорее, возможно, у него появится шанс откладывать деньги на будущее.