Один-единственный день - Мирна Маккензи

— У меня в детстве не было домашних животных, — сказал Грей. Роб остановился. — Мой отец считал, что с ними слишком много возни и лучше потратить время на более полезные занятия. Может быть… Ты не против, если я иногда буду помогать ухаживать за твоими питомцами? Я неплохо умею обращаться с молотком и гвоздями, мог бы помочь тебе построить более просторные вольеры. Если, конечно, ты не возражаешь.

Роб замер на месте, потом медленно повернулся.

— Вообще-то я использую ящики. Не очень умею что-то строить. У меня…

Грей кивнул.

— Вот я и научил бы тебя, а ты мне расскажешь о своих животных. Может быть, я тоже заведу кого-нибудь. Времени теперь у меня достаточно.

Роб наморщил лоб и кивнул.

— Ладно. Давайте тогда после обеда, хорошо?

— Замечательно. — Это не просто хорошо, подумал Грей, когда Роб ушел. Это намного лучше, чем хорошо: его сын заговорил с ним.

Он еще может все исправить… хотя нет, не все. У Роба никогда не будет настоящей, полной семьи. Кэсси не согласна. А ему бы так хотелось быть вместе с ними. Каждый раз, когда он оказывается рядом, у него появляется непреодолимое желание прикоснуться к ней, почувствовать вкус ее губ. Но Кэсси не нуждается в этом. И он бессилен что-то изменить. Но как бы там ни было, жизнь давно не казалась ему такой насыщенной.

Кэсси уже продолжительное время наблюдала из окна, как Грей и Роб работают вместе: отмеряют и распиливают доски для сооружения загончика. Роб, казалось, забыл о своем недоверии к Грею.

Иногда у нее появлялось желание, чтобы все осталось по-старому и Грей не догадывался о существовании Роба. И в то же время встреча отца с сыном ее радовала. У Роба теперь был кто-то еще кроме Джейка. Правда, ее жизнь перевернулась коренным образом. Она лишилась чувства защищенности.

Кэсси вымыла последнюю тарелку, закрыла воду и вышла из дома, на ходу вытирая руки.

— Роб, у тебя игра меньше чем через час, — сказала она. Ей так не хотелось нарушать эту идиллию.

— Знаю. Сейчас пойду собираться. — Бросив взгляд на Грея, Роб положил молоток и пошел к дому. Перед самой дверью остановился. — Если хотите, можете посмотреть мою игру в команде Малой лиги. Если вам интересно.

Грей встал с земли, и Кэсси еще раз отметила, какой он высокий. Он взглянул на нее, принимая приглашение войти в дом. Ничего не поделаешь, приглашение исходило от сына.

— Проблемы будут? — спросил он, заходя вслед за ней.

Определенно будут, подумала она. Они с Греем будут сидеть рядом на виду у всех зрителей. Она всегда приходила на матч одна. Люди начнут судачить, пытаясь выяснить, что это за мужчина. Он, правда, являлся отцом Роба, но к ней, по сути, никакого отношения не имел. Но она не хотела, чтобы люди узнали правду. Она дала себе слово успокоиться и вести себя с ним как с другом.

— Мам?

Кэсси тряхнула головой и заставила себя улыбнуться.

— Нет, конечно. Разве что жесткие скамейки и болельщики-родители.

— С радостью приму твое приглашение, Роб, — сказал Грей, и мальчик опрометью помчался в свою комнату надевать спортивную форму.

Грей подошел к Кэсси.

— Обещаю вести себя хорошо, Кэсси. Не беспокойся. Роб взял с меня слово, что я не буду целовать тебя против твоей воли. Буду стараться изо всех сил.

Его низкий голос обволакивал, дразнил, смущал. Слова Грея застали ее врасплох. Она и так не могла прийти в себя с тех пор, как его машина остановилась перед ее домом. Пора успокоиться, вернуть хотя бы часть былой уверенности в себе. Поэтому она никак не отреагировала на его слова и, улыбнувшись, сказала:

— Рада слышать, что ты собираешься вести себя по-умному. Грей. Со своей стороны постараюсь тебя не искушать. Обычно не целуюсь с мужчинами на играх Малой лиги.

— Почти никогда? — широко улыбнулся в ответ Грей.

Она слегка пожала плечами.

— Трудно отвечать за свои действия, если кому-то из игроков удается выполнить грэнд слэм ^[1]. Тогда может случиться.

Кэсси повернулась и пошла к двери. Ее сердце так билось, что готово было выскочить из груди. Она кокетничала с Греем, а этого с ней никогда не случалось. Впрочем, Грей умел толкать ее на безрассудные поступки. Лучшее доказательство тому — существование Роба.

— Кэсс?

Кэсси показалось, что Грей окликнул ее.

Она глубоко вдохнула, но не обернулась.

— Да?

— Ты куда?

Этого она не знала. Просто убегала подальше от Грея.

— За губной помадой, — сказала она, не придумав ничего лучшего.

— Значит, только если у кого-то получится грэнд слэм? — спросил он.

Ее щеки пылали, когда она медленно повернулась к нему.

— Этого почти никогда не случается, — выдавила она с трудом.

— Но когда такое происходит, отцы, должно быть, счастливы. А какого цвета у тебя помада?

Он с трудом сдерживал смех, да и она развеселилась.

— Ладно, перестань. Я пошутила. Думаешь, приятно знать, что ты обсуждал вопрос о поцелуях с моим сыном?

Улыбка исчезла с лица Грея.

— Это и мой сын, дорогая.

Она вздохнула, решив пропустить мимо ушей то, как он к ней обратился, и кивнула.

— Конечно, только сомневаюсь, что это подходящая для разговора с ним тема.

Грей подошел к ней. Взял ее руку в свои руки.

— Наверное, ты права. Я плохо знаю, что должен и чего не должен делать отец. У меня нет опыта. Роб сам захотел поговорить на эту тему. Не исключено, что темы наших с ним разговоров не всегда будут тебе нравиться. Они могут быть разными у отцов с сыновьями и у матерей с сыновьями. Но уверен, узнаю много нового в беседах с ним.

Грей был прав. Она совершенно не представляла себе, о чем говорят отцы с сыновьями. И не имеет права вмешиваться в их отношения. Но страх не покидал ее.

Впрочем, не надо заводить себя, подумала она, вспомнив свои вчерашние полуночные мысли. Меньше эмоций, больше спокойствия.

— Пошли смотреть игру, — сказала она.

— А помада?

Она покачала головой.

— Помада мне не пригодится. Поцелуи тоже.

Грей внимательно посмотрел на нее, и ей захотелось взять эти слова обратно.

— Когда это случилось последний раз? — спросил он.

Кэсси проигнорировала вопрос и быстро вышла за дверь. Пусть придумывает темы для разговоров с Робом, но есть вещи, которые с ним она не намерена обсуждать.

Значит, сказать, когда она в последний раз целовала мужчину, Кэсси не захотела, думал Грей, глядя на сына, сидящего под навесом в ожидании своей очереди отбивать мяч. Конечно, это не его дело, но очень хотелось знать.