Несговорчивые супруги - Джуди Тейлор

Дороти не спалось. Она смотрела на серебристый серп месяца, а в голову лезли всякие невеселые мысли. Дороти напрасно понадеялась, что после всего, что сегодня между ними произошло, Джон предложит ей перебраться в их некогда общую постель. Она даже вообразила, что настало время примирения. Как же она ошиблась!

От воспоминаний о ласках Джона и о потрясающих минутах близости с ним пульс Дороти всякий раз учащался. Однако она мысленно задавала себе один и тот же вопрос: сколько еще Джон собирается держать ее в состоянии полной неопределенности относительно дальнейшей судьбы их брака?

Работа с архивом Лестера требовала внимания, а Дороти никак не могла сосредоточиться, близость Джона ее сильно отвлекала — ей страстно хотелось продолжения. Но Джон, казалось, сожалел о случившемся. Он с каким-то остервенением погрузился в работу, не обращая ни малейшего внимания на Дороти, и прервался лишь к вечеру, когда пришло время возвращаться домой, к ужину, приготовленному миссис Смит.

После ужина Джон уединился в кабинете. Он не выпускал из-под контроля свой бизнес и старался быть в курсе последних событий.

В половине десятого Джон заглянул в гостиную и отрывисто сообщил:

— Я пошел спать.

Дороти оторвалась от книги и разочарованно спросила:

— Ты даже ничего не выпьешь?

— Нет, спасибо.

По его взгляду Дороти догадалась, что Джон не прочь снова заняться с ней любовью. Она готова была с радостью согласиться, но Джон молча удалился в свою спальню.

Дороти лежала без сна, думая о муже. Ее не оставляли мысли о том, как замечательно было бы вновь оказаться в одной постели и страстно любить друг друга каждую ночь, как раньше. Ведь Джон ясно дал понять, что не в силах обуздать тягу ко мне, рассуждала Дороти. Так в чем же дело, почему он игнорирует меня теперь? Неужели сожалеет о том, что произошло, и о проявленной слабости? Если так, возможно, Джон все еще опасается, будто я охочусь за его деньгами. Это просто дико.

Несомненно, сегодняшняя близость очень помешает работе. Неужели Джон не учел это? Если он вообразил, что такое и дальше будет повторяться, он сильно заблуждается. Я больше не пойду на поводу у своих чувств, подумала Дороти, я ждала совершенно иного продолжения.

Дороти спустилась к завтраку первой, Джон появился чуть позже и казался совершенно разбитым. Глубокие тени под его глазами свидетельствовали о том, что он тоже плохо спал ночью.

Когда они снова приступили к архиву Лестера, Джон как-то незаметно переместился в соседнюю с кабинетом комнату, как бы давая понять, что не желает повторения вчерашнего.

Неожиданно Дороти услышала шаги за спиной, и ее сердце радостно забилось — как всегда перед встречей с Джоном. Она с улыбкой обернулась, но моментально изменилась в лице, увидев, кто стоит в дверях.

— Что ты здесь делаешь? — осведомилась Фиона, окинув ее ледяным взглядом. — Где Джон?

— Где-то поблизости. Я помогаю ему разбирать вещи отца.

— Кто дал тебе такое право?! — вскипела Фиона. — Я думала, ты явилась только на похороны дяди Лестера. Почему ты все еще здесь? Надеюсь, у тебя хватит совести не пытаться вновь втереться в доверие к Джону! У тебя ничего не получится, Джон больше не любит тебя, если то, что вас связывало, можно назвать любовью.

— Отношения между мной и Джоном тебя совершенно не касаются, — холодно парировала Дороти.

К счастью, в этот момент в комнату вошел Джон, и его появление положило конец неприятному разговору. Дороти совсем не собиралась обсуждать мужа с его бывшей подружкой. Или, может быть, уже не бывшей? — вдруг усомнилась она.

Фиона бросилась к Джону, подставив лицо для поцелуя. Джон послушно поцеловал ее, и Дороти не смогла удержаться от негодования. Ведь не прошло и суток с тех пор, как они с Джоном занимались здесь любовью!

Ее сердце разрывалось от боли. Ну почему я так быстро сдалась? — спрашивала она себя. Как я могла забыть о существовании Фионы? К чему было давать волю чувствам?

— Почему ты не попросил меня помочь, Джон? — недовольно пробурчала Фиона. — Мне и в голову не пришло, что ты захочешь избавиться от вещей дяди Лестера. Не вижу в этом никакого смысла, если, конечно, ты не решил все здесь заменить. Пруденс сказала, что ты...

— Пруденс? — быстро перебил ее Джон. — Когда ты с ней разговаривала?

Дороти заметила, как сузились его глаза, как он весь словно подобрался при упоминании имени матери.

— Не понимаю, что тебя так разволновало. — Фиона пожала плечами. — Я видела ее на днях.

— Где она остановилась?

— Кажется, здесь, в Беркли. Почему тебе это так важно?

— В каком отеле?

— Точно не знаю, но завтра мы договорились с ней вместе позавтракать, так что я могу...

— Не стоит. Мне нечего ей сказать. — Но угрюмый вид Джона говорил как раз об обратном.

Фиона снова пожала плечами.

— Насколько я знаю, она озабочена изменением завещания.

— Пруденс так тебе и сказала? Уж не просила ли она тебя замолвить за нее словечко?

— Конечно нет. Да не волнуйся так, Джон.

Он нетерпеливо обернулся.

— Как насчет кофе, Дороти?

Какая наглость! Он еще смеет просить меня приготовить кофе для него и Фионы! — разозлилась Дороти. Это почти то же самое, как заявить мне, что они с Фионой любовники. Дороти собиралась в довольно резких выражениях предложить Джону самому обслужить себя и гостью, но передумала. Ее бунт будет смешон и ничего не изменит. Она с недовольным видом вышла из комнаты. Дороти варила кофе, а в ее воображении проносились картины того, как Джон занимается любовью с Фионой.