Дневник невестки - Соня Дивицкая

Одна свекровь накануне свадьбы сына все время повторяла: «Я теряю сына, я теряю сына…» Я ей говорю: «Да не волнуйся! Сына ты теряешь – это еще полбеды. Мы все уходим в небытие, мы исчезаем день за днем на глазах друг у друга. Тот мальчик, которым был твой сын еще вчера, уже давно превратился в бегемота и джинсы носит три ХL. А ты сама…» Ох, мама!.. Об этом лучше и не говорить. Короче, женщина смирилась. «Memento mori!» – вспомнила. И сразу так ей стало весело… И пошла она танцевать на свадьбе у сыночка.

– Деточка, у меня нет времени на чужие проблемы. Я всегда стараюсь общаться только с успешными людьми. И с полезными. Нет, не в смысле «связи – деньги», нет… – тут она усмехнулась, – хе-хе… – и добавила: – Хотя ты знаешь… Занять я никогда не против. Но нет, я не об этом. Я имею в виду людей с полезным опытом, с положительным, в любой области. Пусть хоть сантехник будет, но только чтоб работал и не ныл. Себя нужно окружать успешными людьми. Они берегут и свое время, и чужое.

Согласна, с легендарной Розой я тут согласна на все сто. Я и сама частенько раздражалась из-за того, что в доме у моих родителей постоянно толкались неудачники. Какие-то спившиеся журналисты, приболевшие на всю голову учителя, сумасшедшие музыканты, старушки при маразмах, бывшие летчики, бывшие артисты… Все бывшие, все были интересными людьми когда-то. Но положительного опыта не имели.

…И вот в кромешной темноте на нашей маленькой улице без единого фонаря вспыхнули фары. Я услышала рев буксующей машины. Наша улица находится в глухом захолустье, асфальт на нее до сих пор не положили, щебенки насыпать тоже никто не догадался, а тут еще газификация…

Колеса серой «газельки» утопали в глубокой колее, но свекор мой объехал ямы и остановился напротив наших ворот.

Дорога к дому была перерыта, траншея газопровода так и стояла открытой. Легендарная Роза выпрыгнула в чернозем и наступила на доску, перекинутую через яму.

– Все живы?! – вышла мама. – Целы все?

К воротам вырвалась наша собачонка и закатилась показушным лаем. Роза остановилась, переглянулась с мужем и процедила грозным басом:

– Уберите кобеля!

И тут мы с ней впервые расцеловались, так горячо и звонко, что мать моя родная вздрогнула.

– Как удивительно! – защебетала она. – Ребята так давно знакомы, и всегда между ними было взаимопонимание, но кто же думал?.. Кто же думал!.. Что им взбредет в голову пожениться!

– Ну что… – Роза ей подмигнула, – жалко дочку небось?

– Ох… – Мать моя засмущалась. – Да я уж прямо и не знаю, кого из них жалеть…

Я резала тортец. Роза Михална прикидывала смету на свадебный стол. Не помню точно эту сумму. Слишком много ноликов было на тех купюрах, которые ходили в девяносто седьмом году, году смены денег. Все эти глупости про лимузин, про дорогое платье, про путешествие на острова и прочая романтика отпадали сами собой.

Говорят, что многие невесты лезут в оргвопросы, месяцами ищут платье, некоторые даже меню обсуждают, сценарий пишут с тамадой… Сценарий! Какой еще сценарий? Мы все живем по старым обкатанным сценариям, и сказочка, написанная специально для меня, еще не появилась. Ее приходится все время сочинять самой по ходу пьесы – поэтому уже тогда, накануне свадьбы, я понимала, что это будет явно не романтическая история.

– Сколько? – спросила моя мама.

Наш любезный папочка рассмеялся. У матери моей горели щеки, как будто она вдруг подумала, что ей придется доплатить за то, чтобы меня взяли замуж.

В девяносто седьмом году у наших родителей был финансовый кризис, поэтому свадьбу решили устроить маленькую, семейную. А маленькая свадьба, как известно, позволяет сэкономить на деньгах и на нервах. Будь моя воля, я вообще бы не устраивала никакой свадьбы и замуж выходить не стала. Жила бы себе одинокой противной старушкой в маленьком домике на курьих ножках посреди дремучего леса. А друг мой Зильберштейн захаживал бы в гости, колол дровишки, кормил меня медком, играл с детьми, оставался на ночку-другую, а я бы его время от времени посылала за волшебным клубочком. Только нас никто не спрашивает в этой жизни, что мы хотим. А сами мы не знаем, откуда знать? Чтобы знать, что ты хочешь, нужен хоть какой-то положительный опыт. А у меня его не было. Поэтому я молчала и улыбалась. Я ничего не слышала, в упор, и только краем уха зацепила что-то про какие-то котлеты.

– …а котлеты пожарит Бабуля. Она всегда у нас жарит котлеты.

Роза Михална вспомнила свою свекровь и усмехнулась, а у меня перед глазами расплывался ее красный костюм и белая рубашка любезного папочки. Через часик-полтора Роза сняла свои клипсы и положила мужу в карман: это был знак, ее тайный знак, он означал – «пора домой». Антон тоже понял, но уезжать ему не хотелось. Весь вечер он облизывал мою руку – целовал каждый пальчик и покусывал нежно, а иногда, забывшись, и не очень нежно. Мать моя за этим наблюдала, и глаза ее становились все больше и больше. Когда гости уехали, она мне сказала:

– Я думала, он съест тебя.

– Ну вот… – говорю ей. – А ты боялась, что угощать нечем.