Ловушка для настоящего мужчны - Джени Крауч

Помощник шерифа Уэбб вскинул бровь.

– Почему нет?

– Скажем так, в то время он не должен был находиться со мной. Кроме того, в прошлом у него были сложные отношения с полицией.

Уэбб стал быстро что-то записывать. Видимо, предположил, что Лайем женат или вовсе стал криминальным авторитетом. Ванесса решила: в данном случае, чем туманнее, тем лучше.

– Вы были с ним все два дня?

– Да. – Она мечтательно улыбнулась, что, впрочем, было несложно. Подобное состояние охватывало ее всякий раз, когда она вспоминала о поцелуях Лайема. – Нас видел офицер Этвуд, он приходил во вторник в отель.

– Да, но это было утром. Вы оставались в отеле до сегодняшнего дня? – спросил Уэбб, не отрываясь от листа бумаги.

Им известно, что ее не было в номере, он надеется поймать ее на лжи.

– Нет. Мы были в другом месте. Визит полиции не понравился моему другу.

– И что это было за место?

– Послушайте, почему вас так интересует моя личная жизнь? К чему эти вопросы? Я не сделала ничего плохого, по крайней мере, противозаконного. Как и мой друг. Почему вы задаете так много вопросов о последних двух днях?

Уэбб не ответил, видимо, размышлял, стоит ли надавить на нее или нет.

– Послушайте, я могу подробно описать, чем мы занимались с моим другом последние сорок восемь часов в отеле и его доме. В постели, на кухонном столе и еще за домом на лужайке. Но, поверьте, ничего противозаконного в этом не было. Кроме того, не думаю, что вам захочется записать все это в протокол.

Ванесса откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди. Лайем будет гордиться ею, когда все узнает.

Удивительно, но ее ход сработал. Уэбб скривился и стал перебирать листы бумаги.

– Что ж, раз то, чем вы занимались, нельзя занести в документ, поговорим о девушке, которую вы нашли вечером в понедельник.

Ванесса закатила глаза и выдохнула, будто устала отвечать на один и тот же вопрос.

– Вы серьезно? Я уже все рассказала о ней вашему коллеге.

– Тогда повторите еще раз.

– Она шла по обочине дороги, – начала Ванесса, стараясь вспомнить в деталях все, сказанное Этвуду. – Как вам известно, я социальный работник, поэтому не могла проехать мимо. Я отвезла ее супермаркет, купила еды.

– И ни о чем ее не спрашивали?

– Она не была настроена разговаривать. Мне показалось, она что-то приняла, потому была не в себе. Кажется, она не совсем понимала, что я ей говорю.

– Итак, вы напоили ее, накормили, и что потом?

– Отвезла в больницу. Подумала, будет лучше, если врач осмотрит ее на случай обезвоживания или воздействия наркотиков. Это больше того, что я могла для нее сделать. Кроме того, у меня были свои планы на вечер.

– Вы с ней не говорили и не представляете, что с ней случилось, так? Просто оставили в больнице? Странное поведение для социального работника.

– Послушайте, каждый день я работаю с утра до вечера, стараюсь помогать людям. Можете узнать у семей, которые находятся под моей опекой. Но что мне было делать? Не могла же я взять ее с собой?

– Факты говорят о том, что вы так и сделали.

Он положил перед Ванессой снимок с камеры наблюдения в больнице, на котором изображены она и Карина.

Ванесса пожала плечами.

– И что? Мы были в больнице вместе, потом я ушла. Но это не значит, что потом я бы не выяснила, вернулась ли она домой.

– Мы разыскиваем эту девушку, мисс Эпперсон, и должны ее найти.

Лицо Уэбба стало суровым, взгляд пристальным и острым. Да, он настроен решительно.

Достав из папки еще несколько фотографий, он положил их перед Ванессой.

– Эти сделаны во вторник вечером. После того как, по вашим словам, вы отвезли ее в больницу.

Снимки были не очень четкими, лицо было трудно разобрать, но на них была девушка с длинными темными волосами одного роста с Кариной. Она находилась в чужом доме, в руках ее была сумка со сложенными вещами. Все выглядело как ограбление.

– Это она? – спросила Ванесса, хотя отлично знала, что это не Карина. – Офицер Этвуд, кажется, говорил, что ее разыскивают за ограбление.

Уэбб убрал фотографии и вытащил другую пачку.

– К сожалению, ваша беглянка разыскивается не только за это. Хозяйка одного дома вернулась неожиданно для преступницы, и она ударила ее каминной кочергой. Женщина скончалась.

Ванесса вскрикнула и уставилась на новые фотографии. На них было видно, как девушка бьет жертву по голове и та падает на пол.

– Видимо, она не знала, что в доме установлены камеры, – продолжал Уэбб. – И ее сообщница тоже об этом не догадывалась.

Он положил перед Ванессой несколько снимков. В стороне стояла женщина, одетая в черное. Лица не было видно, но она выглядела в точности, как Ванесса.

– Это вечер вторника? – спросила она, подняв на Уэбба удивленные глаза. Очевидно, что это подделка, ее хотят обвинить в том, чего она не делала.

– Эта женщина, – Уэбб ткнул пальцем в снимок, – очень похожа на вас, не находите?

– Но это не я! – ошарашено воскликнула Ванесса.

Помощник шерифа Уэбб впился в нее взглядом.

– Я намерен в скором времени закрыть это дело, мисс Эпперсон, и непременно найду ту, которая помогала малолетней преступнице.

Ванесса с трудом сглотнула.

– Это не я. И не представляю, где находится девушка, которую вы разыскиваете. Мне нечего больше сказать, извините.

– Но, согласитесь, вы отлично подходите на роль ее сообщницы. И вы наша единственная подозреваемая на данный момент, как и ниточка к преступнице. Итак, у вас два пути: либо вы называете мне имя мужчины, с которым провели время, что обеспечило бы вам алиби, либо я вас задерживаю.