Никогда Никогда. В любви можно все - Таррин Фишер

— Перестань на меня пялиться, — говорю я.

— Но в этом и весь смысл, Чарли. Посмотри мне в глаза-а-а.

Я разражаюсь смехом.

— А ты игрок, Сайлас Нэш.

Иду к своей стороне машины.

Пристегнувшись, Сайлас неожиданно заявляет:

— Судя по твоему письму, наш первый секс был…

— Нет. Я не хочу это обсуждать. Где ты его нашел? Я же его спрятала!

— Плохо прятала, — ухмыляется он.

Мне нравится, когда он со мной флиртует. Даже если завтра мы снова все забудем, по крайней мере, мы заслужили один хороший день.

— Поехали веселиться, — лишь говорю я. — Не помню, когда делала это в последний раз.

Мы одновременно начинаем смеяться. Он мне нравится, правда. С ним легко найти общий язык. Единственное, он слишком много смеется для человека, который оказался в столь затруднительном положении. А не помешало бы и побеспокоиться! Да чего уж там, он даже у меня вызывает смех, когда стоило бы думать о более серьезных вещах.

— Ладно, — оглядывается он на меня. — Я бы, правда, предпочел отправиться в то место, о котором ты упоминала в письме, где я виртуозно работал языком, но…

Это получается рефлекторно — наверное, Чарли часто так делала, — но стоит ему начать говорить, как я шлепаю его по руке. Сайлас ловит меня за запястье прежде, чем я успеваю отвести руку, и прижимает ее к груди. Это движение тоже кажется привычным, чем-то, что принадлежит им — Чарли и Сайласу, — а не мне и этому парню.

Меня утомляет наш тактильный контакт, даже несмотря на то что он всего лишь держит меня за руку. Уставать нельзя, поэтому я отдергиваю руку и отворачиваюсь к окну.

— А ты все упрямишься, — говорит Сайлас. — От этого теряется весь смысл.

Он прав. Я вновь беру его за руку.

— Вот, я влюбляюсь в тебя. Глубокой, душевной любовью.

— Интересно, ты была такой же глупышкой раньше?

Я включаю радио свободной рукой.

— Вполне вероятно.

Мне нравится вызывать у него улыбку. Для того чтобы уголки его губ приподнялись, много не надо, а вот для улыбки во все тридцать два зуба еще надо постараться. Сейчас он широко улыбается, выезжая на трассу, и я пользуюсь моментом, чтобы незаметно понаблюдать за ним. Мы ведем себя так, будто знаем друг друга, хоть наши сознания это и отрицают. Почему так?

Тянусь к рюкзаку, чтобы поискать ответы в письмах и дневниках.

— Шарлиз, — зовет Сайлас. — Там нет ничего. Просто будь со мной. Не волнуйся ни о чем.

Я опускаю рюкзак. Понятия не имею, куда мы едем. Не уверена, что Сайлас это знает. В итоге мы заезжаем на парковку, и в этот момент начинается дождь. Машин поблизости нет, а ливень идет с такой силой, что я не могу разглядеть здания.

— Где мы?

— Не знаю, — отвечает Сайлас. — Но пора выходить из машины.

— Но там дождь.

— Ага. Сайлас говорит выходи из машины.

— «Сайлас говорит»? Как «Саймон говорит»?

Он просто смотрит на меня в ожидании. Я пожимаю плечами. Да и что мне терять? Открываю дверь и выхожу под дождь. А он тепленький! Поднимаю голову и позволяю каплям омыть меня.

Слышу звук захлопывающейся двери. Сайлас обходит машину и становится передо мной.

— Сайлас говорит «оббеги машину пять раз».

— Ты в курсе, что ты странный?

Он просто смотрит на меня. Я снова пожимаю плечами и пускаюсь в бег. Это приятно, будто с каждым шагом напряжение покидает мое тело.

Пробегая мимо парня, я не оглядываюсь, сосредоточив все внимание на том, чтобы не споткнуться. Может, Чарли занималась бегом? Пробежав пять кругов, я останавливаюсь перед Сайласом. Мы оба промокли насквозь. Капельки воды стекают с его ресниц на загорелую шею. И почему мне вдруг хочется слизать эти водяные дорожки?

Ах да!Мы же были влюблены. Или это потому, что он чертовски сексуален?..

— Сайлас говорит: иди в этот магазин и закажи хот-дог, а когда тебе скажут, что его нет, сильно топни ногой и закричи, как утром в отеле.

— Какого?..

Он скрещивает руки на груди.

— Сайлас говорит!

Какого черта я вообще это делаю? Окидываю Сайласа своим самым сердитым взглядом и ухожу в направлении нужного магазина. Оказалось, это страховое агентство. Я распахиваю дверь, и три недовольных работника отрываются от своих занятий, чтобы поглядеть на посетителя. Одной из них даже хватило наглости сморщить нос при виде меня. Будто я сама не знаю, что с одежды стекают лужи воды!

— Я хотела бы заказать хот-дог.

На меня смотрят ошалелыми взглядами.

— Вы пьяны? — спрашивает секретарша. — Помощь нужна? Как вас зовут?

Я топаю ногой и испускаю истошный крик, при котором они роняют все, что держали в руках, и переглядываются.

А я пользуюсь моментом неожиданности и убегаю. Сайлас ждет меня за дверью. Ему настолько смешно, что он согнулся пополам. Я бью его по руке, и мы оба бежим к «роверу». Мой смех растворяется в его. Это было весело! Мы запрыгиваем в автомобиль и отъезжаем, как раз когда Ворчун Один, Два и Три выходят наружу.

Сайлас проезжает пару миль, прежде чем заехать на следующую парковку. На сей раз я вижу неоновый знак с рекламой: «ЛУЧШИЙ КОФЕ И ОЛАДЬИ В ЛУИЗИАНЕ!»

— Мы промокли с ног до головы, — замечаю я, уже даже не пытаясь стереть улыбку со своего лица. — Ты хоть представляешь, какой беспорядок мы устроим, пока будем есть оладьи?

— Сайлас говорит: съешь десять оладий.

— Тьфу! Тебе обязательно произносить реплики механическим голосом, когда ты играешь в эту игру? Это меня пугает.

Он не отвечает. Мы занимаем столик у окна и заказываем кофе, а также два десятка оладий. Официантку не смущают ни наша мокрая одежда, ни тот факт, что Сайлас изображает робота.

— Она считает нас милыми, — говорю я ему.

— Так и есть.

Закатываю глаза. Мне весело. Интересно, было бы весело Чарли?

Когда нам приносят оладьи, я уже проголодалась до такой степени, что вовсе позабыла о мокрых волосах и одежде. Приступаю к поглощению еды, постанывая, когда теплое тесто оказывается в моем рту. Сайлас с интересом меня разглядывает.

— Что, так вкусно?

— На самом деле отвратительно. Просто я тебе подыгрываю.

Мы съедаем столько, сколько в нас помещается, пока не оказываемся все в сахарной пудре. Перед уходом Сайлас измазывает мне ею лицо и волосы. Я отвечаю ему той же монетой. Господи, этот парень такой веселый! Я начинаю понимать, что в нем нашла Чарли.