Пламя в моем сердце - Рита Трофимова

Лина заёрзала на месте, украдкой изучая отца. Ей стало неловко за поведение и слова Элы. Ну и зачем она провоцирует его? Что ею движет? Месть, обида? Похоже, пока Лина музицировала с ребятами, у них состоялся неприятный разговор.

Вадим Александрович пропустил замечание мимо ушей, на его лице и мускул не дрогнул, однако в глазах блеснул огонёк досады. Он усмехнулся, покачал головой и поймал взгляд Лины.

— Мне жаль, что я узнал о тебе только сейчас. Столько всего интересного пропустил. Ты просто умница! Талант! Я бы с удовольствием послушал тебя ещё.

— У нас впереди столько времени! — оживилась Лина, мысленно благодаря его за терпение. — В ноябре в консерватории будет концерт лучших студентов курса. Я играю Баха. Приходите. Я приглашаю вас!

— С удовольствием приду. Но до ноября долго ждать. Мы можем устроить какой-нибудь концерт тут, у нас, — он сделал акцент на последнем слове. — Кого бы ты хотела увидеть, дочь?

— Не думаю, что это хорошая идея, — выдохнула Эла с плохо скрываемым раздражением. — Пообщались и хватит! Лина очень загружена, она учится.

— Не будь занудой, — бросил Вадим Александрович, даже не взглянув в её сторону. — Мы обязательно устроим встречу, дочь, полетим, куда скажешь, посмотрим любой мюзикл, любой спектакль. Только у меня есть одно условие. Элеонору мы с собой не возьмём!

— Да больно надо, — фыркнула она. — Можно подумать, я горю желанием.

Вадим Александрович подавил улыбку. Лина закусила губу, она ощущала себя как меж двух огней.

— Ну, что, Евангелина, ты уже решила, кого мы пригласим в следующий раз?

— Даже не представляю, — Лина пожала плечами. Ей очень бы хотелось позвать ребят из группы «Аспид», но она не знала, как отреагирует на это её отец. — А вы любите рок?

— С удовольствием слушаю его классику. Хочешь ангажировать своих друзей? — в который раз догадался он, словно прочитав её мысли.

— Ангажировать? Слово-то какое, — коротко рассмеялась Лина и тут же сникла. — Да, но вряд ли вам понравится такая музыка.

— Ради тебя я готов слушать кого угодно.

Лина засмущалась и, кажется, снова покраснела.

— Ну-ну, — подбодрил он, коснувшись её плеча. — Может, у тебя есть ещё какие-то пожелания, дочь?

Желания, конечно, были. Лина скосила взгляд на отца, ей так хотелось осмотреть апартаменты, а ещё подняться наверх и увидеть сказочный парк, о котором рассказывала Эла. К тому же, интуиция подсказывала ей, что Эле и Вадиму Александровичу нужно остаться наедине хотя бы на пару минут, чтобы дать им возможность утрясти возникшие разногласия.

— А можно мне на крышу пойти? — попросилась она.

— Какой разговор, конечно можно, — Вадим Александрович развел руками. — Я и сам должен был предложить тебе экскурсию по этажу.

— Только недолго, Лина! Нам домой ехать пора, — сухо бросила Эла.

В предвкушении чуда, Лина пробежалась по лестнице и вошла в парк.

Повсюду сияли огни, журчали фонтанчики, и небо казалось совсем близко, словно над головой навис тёмно-лиловый бархат: ни звёздочки, ни сизой тучки. Было свежо, но холода не ощущалось. Она прогулялась по дорожкам мимо кустарников и карликовых деревьев, помочила руки в фонтане, побродила в зелёном лабиринте.

Надо же какая красота, с гордостью подумала Лина. И всё это великолепие принадлежит её отцу! Она и представить себе не могла, что он настолько богат, что может владеть таким огромным отелем!

Однако вовсе не это будоражило её мысли и чувства.

Ей хотелось кричать на весь мир о своей радости!

Кто бы мог подумать, у неё есть отец! Её родной папа!

И неважно, что мистики не случилось. Мистика случилась в другом! Они нашли друг друга, и это главное!

Лина набрела на площадку с высоким стеклянным бордюром и засмотрелась на город, опутанный паутиной огней. У неё дух захватило от такой высоты. Её лицо пылало, и даже холодный ветер не спасал. Лина раскинула руки, словно крылья в полёте распластала. Было ощущение, что она плывёт по небу, а внизу рокочет бескрайний океан.

Лина закрыла глаза и замечталась. В гулкой ночной тишине ей снова послышался звон восточного колокольчика, тонкий и протяжный. Откуда же он идёт? Она затаила дыхание и вся обратилась в слух, но звуки рассеялись в воздухе так же внезапно, как и пришли. Вместо них Лина уловила у себя за спиной лёгкие уверенные шаги.

Она обернулась, увидев отца. Он приближался, держа в руке что-то небольшое и бесформенное.

— Не замерзла? — спросил он её, заботливо накинув на плечи Лины тёплый шерстяной плед.

— Совсем немного, — она стянула его концы у себя на груди. — Вадим Александрович, я… — слова благодарности вмиг растерялись, и она замолчала, смущённо потупившись.

— Зачем же так официально. Я понимаю, пока тебе сложно называть меня отцом… папой. Не буду лукавить, мне и самому нужно всё осознать и привыкнуть к мысли, что у меня есть взрослая, великолепная дочь. Но я уверен, что мы найдём компромисс. Ты можешь называть меня Леон.

— Леон? Что за имя, откуда?

— Старая кличка. Тянется ещё с юности.

— Это так благородно! Мне нравится. Я буду называть вас Леон, пока не привыкну, — Лина закусила губу, дрожа от эмоций, и тихо добавила, — папа.

Он тоже был растроган. Его глаза блестели, и на губах блуждала улыбка. Но это длилось недолго, Леон тряхнул головой и быстро отвёл взгляд.

— Знаешь, ты похожа на мою мать. Я весь вечер думал об этом. Вот смотри. — Он достал из кармана пиджака телефон, полистал картинки и нашёл нужное фото. С экрана айфона на Лину смотрела миловидная женщина лет пятидесяти. Светлые волосы, ясные голубые глаза и…улыбка, она казалась Лине ужасно знакомой.

Лина всматривалась в черты лица своей бабушки и никак не могла понять, где и когда могла её видеть. И тут внезапно её прострелила догадка.

— Это… это же Светлана Васильевна! — удивлённо воскликнула она.

Леон недоуменно поднял бровь, словно не мог поверить в происходящее.

— Откуда ты её знаешь? — настороженно спросил он.

— Мы познакомились в парке, в начале лета, — взволнованно продолжила Лина. — Она искала девушку, которую ни разу в жизни не встречала. Она говорила, что в имени её будто вода плещется. «Мирра, Майя,