Хулиган. Его принцесса - Эла Герс

Я непроизвольно сжала кулаки и Глеб заметил это. Его взгляд потемнел, давая мне молчаливое предупреждение, и я усилием воли разжала руки.

Ужин прошел на ура, по крайней мере, для трех людей в этой комнате. Для меня ужин был сущим мучением, а для Глеба — игрой в шахматы.

Когда всё закончилось, Глеб попросил меня остаться за столом, а сам увел семейство Кравцовых в кабинет главы дома. Я не знала, что он сказал им, но когда они вчетвером вернулись, у всех было разное выражение лица.

Инга и Артем были в восторге.

Глеб торжествовал.

А Илья был ошеломлен.

Он встретился со мной взгляд и, видимо, прочел на моем лице беспокойство, потому что улыбнулся специально для меня.

Потом они с Глебом отвезли меня домой, а сами куда-то ушли.

*****

С тех пор Илья больше не занимался со мной репетиторством. Когда я спросила об этом Глеба, он лишь сказал, что я больше не нуждалась в его уроках.

Всякий раз, когда я встречала Илью в универе, он по-прежнему улыбался и приветствовал меня, но что-то в его чертах заставляло меня грустить. Он мне нравился, я считала его другом, даже старшим братом, но не женихом и будущим мужем.

Я пыталась поговорить с ним. Я не знала, что именно хотела сказать, но, возможно, если бы я смогла узнать, что Илья думал обо всем этом деле, мне бы стало чуточку спокойнее. Но, похоже, он старательно избегал меня.

— Интересно, что случилось с Симоновыми, — заговорил Артем Дмитриевич, вырывая меня из блужданий по воспоминаниям. — Два года назад они были на каждом мероприятии в городе. А потом вдруг просто взяли и… пропали.

Зашедшая тема совсем не пришлось мне по душе, из-за чего мои пальцы сами собой стиснули вилку.

Глеб заметил это и, положив руку поверх моей, предупреждающе сжал.

— Я слышал, что они обанкротились из-за неудачных инвестиций, — ответил ему отец, поднимая свой бокал с вином.

— Тань, а разве у тебя не было отношений с их сыном? — спросил меня Илья. — Роберт, кажется?

Глеб крепче сжал мою руку, и я сглотнула, прежде чем ответить:

— Мы расстались.

— Мне жаль, — в глазах Инги появилось сочувствие.

А мне нет. Мне не было жаль. Совсем нет.

— Мне было шестнадцать, когда мы начали отношения. Я была слишком молода для этого, — объяснила я, покосившись на Глеба. — И я хотела больше сосредоточиться на учебе.

— Насколько я помню, он был хорошим парнем, — задумчиво и без всякой пользы добавил Илья. — Блестящим человеком. Но не таким блестящим, как например Данил Громов. Или Глеб, если уж на то пошло.

— Никто не может сравниться со мной, — отозвался с улыбкой брат.

Илья покачал головой, посмеиваясь.

— Никто не может сравниться с твоей самонадеянностью.

За столом раздался смех и я быстро растянула губы в улыбке. Илья держался на высоте, даже если и не был особо рад нашей помолвке. И я должна была делать то же самое. Для нас обоих. И всё же мне хотелось поговорить с ним наедине.

— Так когда же состоится эта свадьба? — взволнованно спросила Инга и мой взгляд переместился сначала на нее, а затем упал на мою тарелку.

— Она еще даже не окончила университет, мама, — встал на мою защиту Илья, а потом и на свою: — Да и не стоит объявлять о помолвке, пока мы с Таней являемся студенткой и преподавателем. Нас не поймут, разразится скандал.

— Простите, я об этом не подумала. Я просто слишком взволнована тем, чтоу нас с Артемом скоро появятся внуки. В нашем доме слишком тихо, дети это бы исправили.

— Тихо? Тогда разрешаю сделать мне сестру, — предложил альтернативу Илья, шутливо спасая нас обоих.

Папа громко рассмеялся.

— Может быть, после того, как она окончит университет, Инга, — ответил он, все еще посмеиваясь. — Как бы я ни хотел внуков, я хочу, чтобы моя дочь сначала закончила учебу. И Илья прав — скандал нам ни к чему. Мы, конечно, сможем всё объяснить и сгладить острые углы, но лучше всё же до этого не доводить.

Спасибо тебе, папа.

Глеб наблюдал за мной краем глаза. Когда я встретила его взгляд, у него был такой вид, будто он вот-вот рассмеется.

Ему было весело…

От него же никто не требовал ни женитьбы, ни внуков…

Я подавила желание пнуть его ногой под столом и позволила своему взгляду пройтись по ресторану, дабы хоть как-то отвлечься.

Но сделав это, я увидела того, кого совсем не ожидала здесь застать.

Того, от кого кровь застыла в жилах.

Данил…

Он был здесь.

Он стоял в дверях с багровым от ярости лицом. Его прищуренные глаза прожигали Глеба. Затем они добрались и до Ильи.

Мое сердце бешено заколотилось в груди.

Он слышал…

Боже, он всё услышал!

Он направился к нашему столику со сжатыми в кулаки руками. Я была уверена, что от ужаса превратилась в камень, глыбу льда. Я даже перестала дышать, настолько была напугана тем, что должно было произойти.

Но когда он дошел до нашего столика, то просто взял меня за запястье, рывком поднял и потащил к выходу. Никто за столом от удивления не проронили ни слова — мой отец был поражен таким неожиданным поворотом событий, Инга и Артем сидели с открытыми ртами, полностью ошарашенные увиденной картиной, Илья выглядел так, словно с трудом сдерживал смех, а Глеб… Боже, он был зол.

Я успела рассмотреть их, пока Громов варварски тащил меня за собой к выходу.

А когда мы оказались на улице и ко мне вернулся дар речи, я выпалила:

— Громов, отпусти меня! — но он, казалось, не слышал меня или не хотел слышать. — Что ты вообще здесь делаешь?

— Замолчи. Просто молчи.

— Что?

— Пожалуйста, — он потянул меня вниз по ступенькам, предусмотрительно сбавив скорость своего шага, чтобы я поспевала за ним на каблуках и не сломала себе ноги, нечаянно упав. — Просто замолчи.

Преодолев последнюю ступеньку, мне удалось вырвать свою руку из его мертвой хватки, вызвав его раздраженный рык.

— Я что, должен перекинуть тебя через плечо, чтобы посадить в свою долбанную машину?! — взревел он.

— Я никуда с тобой не поеду, — ответила я.

— Ты хочешь вернуться туда?

— Д-да.

— Чушь собачья! — с каждым его словом мое сердце всё больнее отзывалось в груди — Я видел, какой у тебя был вид. Ты хотела быть где угодно, но только не там, не с ними. Не со своим братом.