Сложности - Кристен Эшли

мужского пола, проведет обследование там. Один визит, двойная работа. Но по всем знакам, он согласен с вами. Он сдался в полицию за убийство Натана Кэллоуэя и находится здесь, чтобы правосудие свершилось. — Она подошла ближе. — Возможно, вы никогда не получите ответов, шериф, но у вас есть ваш преступник.

Так как она не могла дать ему большего, Хикс кивнул.

— Хотите, чтобы я осталась или…? — начала она.

— Вы можете идти, но я хотел бы иметь возможность вам позвонить, если понадобится, — сказал он ей.

— В любое время.

— Буду обязан, — пробормотал он.

Она пристально посмотрела на него, улыбнулась с тоской, затем повернулась и вышла.

Хикс повернулся к окну, ведущему в допросную — одному из двух односторонних окон, выходивших внутрь, — и увидел, что мужчина смотрит на свои руки, прикованные наручниками к стальному кольцу в центре стола.

Он позволил им также сковать его ноги.

Адвокат наклонился к нему и что-то говорил.

Ларри стоял у стены, давая им свободу, но наблюдая.

Хэл и Бетс находились в наблюдательной комнате и вели наблюдение с помощью записывающей аппаратуры.

Убийца Ната был прямо здесь. Прямо в допросной, прикованный к столу.

Человек с ответами. Конец всего.

И, наблюдая за ним, Хикс не чувствовал того облегчения, которое, как он думал, он должен был ощутить.

В основном потому, что все, о чем он мог думать, когда его сознание могло впустить что-то еще, была слеза, скатившаяся по изрезанной щеке мужчины.

С этими мыслями он протиснулся в дверь.

Ларри и адвокат посмотрели на него.

Их парень тоже.

Хикс занял стул, на котором сидел психолог, напротив стола с преступником.

Он посмотрел ему в глаза и увидел там пустоту. Затем положил руки на стол, но кроме этого не сделал ни одного движения в его сторону.

— Чтобы поступить правильно по отношению к вам и жене Ната, мы должны все тщательно проверить, сэр, — тихо сказал он. — Это означает, что моим помощникам придется отвезти вас к врачу для осмотра.

Это ничего не дало.

— Психиатр либо приедет в наше управление, чтобы побеседовать с вами, либо вас примут в больнице, — продолжал он.

Опять ничего.

— Вы понимаете мои слова? — спросил Хикс.

Наконец, он получил кивок.

— Хорошо, — пробормотал Хикс и, выдержав его взгляд, прошептал, — женщине, которая сейчас одна воспитывает двоих детей, нужны ответы. Вы можешь найти их в себе, чтобы…

Парень слегка стукнул кулаком по столу, цепи зазвенели, и Хикс напрягся, как и вся комната. Но, взглянув на руки мужчины, он увидел, что один длинный палец указывает на лежащий там блокнот с юридическими документами.

Хикс толкнул его в направлении мужчины.

Мужчина положил раскрытую ладонь на блокнот, затем повернул его ладонью вверх, и, поскольку они не оставили рядом с ним ручку, которую можно было бы использовать в качестве оружия, Хикс обратился к своему адвокату.

— Я думаю, нам следует покончить с проверкой этого джентльмена, прежде чем… — попытался оправдаться адвокат.

Мужчина стукнул кулаком по столу, на этот раз сильнее, затем раскрыл ладонь.

Адвокат вздохнул, затем наклонился и вложил ручку в его ладонь.

Хикс не смотрел ни на адвоката, ни на Ларри, ни на смотровое окно. Он смотрел прямо на листок бумаги. Парень что-то написал, отложил ручку и повернул блокнот к Хиксу.

На нем он нацарапал дрожащими, но аккуратными печатными буквами:

«Это сделал я».

Прочитать слова не составило труда, но Хикс едва успел закончить работу, как парень снова перевернул блокнот и начал писать.

Он еще раз отложил ручку и повернул бумагу в сторону Хикса. Хикс прочитал.

«Простите».

По коже Хикса побежали мурашки. Он посмотрел мужчине в лицо и прошептал:

— Почему?

Пустые глаза мужчины смотрели прямо на него.

— Я хотел бы ответить ей почему, — поделился Хикс.

Мужчина продолжал смотреть ему в глаза, а потом опустился на свое место, опустил подбородок к шее и уставился на свои связанные руки.

— Вы получили признание, шериф, теперь этому человеку необходимо обследование, — потребовал адвокат. — Ясно, к чему это приведет, и мы должны добраться туда как можно скорее, потому что этому человеку нужна помощь. А не пребывание в вашем учреждении.

Хикс посмотрел на него, затем на их парня.

Тот все еще смотрел на свои руки.

— Ты не хотел, да? — тихо догадался Хикс.

Мужчина уставился на свои руки.

— Он подвез тебя, и ты был благодарен. Ты устал. Было жарко. Ты хотел покататься немного. Хотел выбраться из-под солнца. Он подвез тебя, и ты был благодарен.

Мужчина уставился на свои руки, но его плечи слегка прижались к ушам.

Он был благодарен.

— Что было дальше? — спросил Хикс.

Мужчина ничего не ответил.

— Шериф, — вмешался адвокат.

— Что было дальше? — продолжал давить Хикс.

— Шериф, — отрезал адвокат. — Этого джентльмена нужно осмотреть, прежде чем вы зададите хоть еще один вопрос.

— Что было дальше? — повторил Хикс.

Парень молчал.

— Шериф, я действительно вынужден просить вас…, — попробовал адвокат.

— Почему вы убили Ната Кэллоуэя? — нажал Хикс.

Парень внезапно пошевелился, отчего тело Хикса напряглось. Но он просто схватил ручку, подтянул к себе бумагу и написал косым почерком, совсем не похожим на аккуратные печатные буквы, которыми он писал раньше.

Он отложил ручку и протянул блокнот Хиксу, не поворачивая его, как делал это в предыдущие два раза.

Хикс протянул руку и сам развернул блокнот.

«Я не знаю. Ты можешь мне сказать?»

Хикс перевел взгляд на его лицо. Там ничего не было. Пустота.

— Нет, — тихо сказал Хикс. — Но если вы позволите врачам осмотреть вас, возможно, мы сможем это выяснить.

Мужчина вздернул подбородок.

— Можно ли это сделать сейчас? — нетерпеливо спросил адвокат.

— Это можно сделать, — пробормотал Хикс, собираясь встать, но парень схватил ручку и потянулся к блокноту.

Он что-то нацарапал, отложил ручку и протянул бумагу Хиксу.

Хикс встал и снова повернул блокнот в свою сторону.

«Они никогда не могли назвать причину».

Хикс посмотрел на него и ответил:

— Ты прав. И, судя по всему, они не смогут и сейчас. — Он переключил свое внимание на Ларри. — Давайте отправим его в камеру и дадим ему поесть.

Ларри кивнул.

Хикс посмотрел на адвоката, опустошенную душу, которая бродит в одиночестве, чтобы защитить мир от неизвестных, необъяснимых побуждений, которые лежат глубоко внутри, затем на человека, который убил Ната Кэллоуэя, и вышел за дверь.

***

Грета и Шоу попятились, когда он вошел в заднюю дверь в тот вечер.

Но Мэми прижалась к нему так, что он понял, что они следили за его возвращением домой, а Коринн прижалась к нему двумя секундами позже.

Он