Там, где нас нет - Альвин Де Лорени

Вот это номер! Одноглазый Змей! Двусмысленно звучит. Ещё как!

А может быть есть смысл левый глаз поставить на место правого. Второй раз. Будет два левых глаза. Я ведь, всё равно беру от Безымянного только образ глаза, а не сам глаз. Ну возьму ещё один образ. Одним больше, одним меньше… Только вот есть одна загвоздка. Третье веко. Оно выходит из внутреннего угла глаза. И на втором глазу тоже должно выходить из внутреннего угла… Выход только один — перевернуть глаз вверх ногами.

Быстренько цапанув подготовленный Безымянным второй образ глаза я по уже проторенной дороге потянул его в правую глазницу. Левый глаз к тому времени стабилизировался на своём месте. По крайней мере, его изображение не отставало от лица, когда я поворачивал голову. Теперь и второй глаз, вернее его образ, занял своё место. Разглядывая себя через глаза Эльфи я видел, что на меня безразлично смотрят два (!) травянисто-зелёных глаза. Нечеловеческих.

«Ну и рожа у тебя, Шарапов!». Глаза, круглые как у птицы пялились на меня — сдохнуть можно! Мне резко стало плохо — образы глаз тянули энергию как не в себя. Интересно, что Эльфи этих картинок не видел. Я схватился за край стола:

— Эльфи, проводи меня до постели.

Я по-прежнему смотрел на себя глазами омеги и увидел как лицо моё сделалось белее полотна.

Он засуетился, начал подсовывать худое костлявое плечико под мою руку. Да я же раздавлю тебя… как Эльфи довёл или дотащил меня до топчана я не помнил…

* * *

Как всегда неожиданно, во сне я опять оказался в горячей пещере из которой был только один выход — в домен Аул Бит (что же у меня за задание? Догадки есть, но…). Я снова оказался в изогнутом коридоре в том же самом наряде демона-инкуба.

Коридор мне известен — с одной сторòны там покои Эдесс и открытая тренировочная площадка на которой скоро должна появиться Аул Бит. Там же Лислис и нага. С другой сторòны — дворик без крыши и Вилда с Канно, я там тоже был. А вот, что находится за двориком футок?

Всё таки тяжело быть самым слабым демоном в домене… Эх-х…

Я прислонился к прохладной стене коридора и решил дождаться когда Вилда присунет Канно и только тогда выходить к ним. Мне надо беспрепятственно пройти мимо них.

Вот и мелодичный смех… Мороз по коже. Член встопорщился и задеревенел. Придерживая многочисленные цепочки, я бочком пробрался вдоль коридора к дворику с ширмой.

Увидел фиолетовые руки Канно упёршиеся в стёклышки. Крупные груди футы покачиваются в такт движениям Вилды.

Подхожу ближе и, схватившись руками с длинными чёрными ногтями за край ширмы, заглядываю через неё. Кусающая губы и чуть постанывающая от удовольствия Канно повернула голову и снизу вверх посмотрела на меня.

— Вигдис… — она облизала вишнёвые губы, жмурясь, как довольная кошка.

Я обошёл ширму и чуть касаясь пальцами бока Канно (нежная кожа подрагивала под моими пальцами, дыхание демоницы перехватило) прошёл к Вилде, с размаху загоняющей свой гигантский бордовый член во влагалище Канно. Груди бордовой демоницы прыгали, она тоже кусала губы, бёдра её с громкими шлепками соприкасались я пышными ягодицами фиолетовой сестры.

— Виг… д… ис-с…, - прошептала она задыхаясь.

Я обошёл двигающуюся как автомат бордовую, встал у неё за спиной так, что мой вздыбленный член начал касаться разгорячённых сексом ягодиц Вилды. Она почувствовала прикосновение и, очевидно, желая принять мою елдищу в своё разгорячённое нутро, чуть прогнулась, не прекращая движения.

Но-но. Я ещё поиздеваюсь…

Перехватив жаждущий совокупления член и задрав его вверх, на спинку бордовой, я вплотную прижался к ней, подстраиваясь под её движения и поцеловал, прикусывая клычками, чуть выше лопаток. Вилда, вздрогнула, съёжилась и, не переставая двигаться в Канно, сквозь зубы выпустила воздух. Я прикусил футу ещё раз, а потом провёл своим длиннющим языком по мягкой, ароматной от пота бордовой коже футы.

Вилда мелко задёргалась, член её заходил в Канно часто-часто, но не глубоко — только слышалось хлюпанье обильной смазки которой истекали сразу обе демоницы.

Продолжая издеваться, я раскрыл ладони, оттопырил пальцы наружу, они при этом немного отогнулись в обратную сторòну и кончиками чёрных длинных ногтей (или уже когтей?) медлен-но, ладонями вниз, повёл вдоль боков Вилды от начала её пышных бедер вверх к подмышкам. Вилда никак не могла оторваться от сладкой промежности Канно и не сопротивлялась моими над ней издевательствам, только охала, пыхтела и покрывалась крупными мурашками.

Не дав опомниться, я тут же переместил руки на грудь и прихватил пальцами торчащие вперёд твёрдые соски Вилды. Сильнее… ещё сильнее. Фута застонала, откинув голову назад, на меня. Облако феромонов достигло моего носа. Повернув голову я сильно потёр нос о плечо, не выпуская соски Вилды.

— Ох-х, Вигдис, я убью тебя…, - шептала Вилда, задыхаясь от наслаждения.

— Конечно убьёшь, сладкая, и не один раз…, - шептал я прямо в её листовидное бордовое ушко с причудливыми серьгами, покачивающимися в такт движениям бордовой.

— Вилда, — капризным звонким голосом воскликнула Канно, — не мучай нашего Вигдиса…, - и тут же прикусила губу, издав мучительный стон наслаждения.

— Его… никто… не мучает…, - раздельно, вдыхая и выдыхая ответила Вилда, — это он… меня…

— Да-а, девочки, я такой…, - протянул я, оторвавшись от ушка Вилды.

Отпустив правую грудь бордовой демоницы, а левую обхватив снизу так, чтобы она наполняла ладонь и зажав торчавший сосок большим и указательным пальцем, я правой рукой пробрался сзади к промежности Вилды и едва касаясь её качающихся яиц, просунул все четыре пальца в горячее нутро истекающего соками влагалища, а большой палец протиснул сквозь мокрые плотные складки ануса. Ноги Вилды задрожали, а я, доводя демоницу до исступления, начал сжимать большой палец и всю остальную ладонь друг с другом, растягивая податливый анус. Вилда, едва двигаясь в Канно обхватила мое тело своим бордовым хвостом и, шаря по моим ягодицам его листовидным концом, начала искать уже мой анус, к тому времени тоже взмокший.

Нет… не сейчас… потом… потом…

Я вытащил мокрую руку из ануса и влагалища Вилды и двумя пальцами — указательным и средним провёл по её губам сверху вниз. Она, отвлёкшись от Канно, начала ловить мои пальцы губами и разочарованно надула их, не поймав.

Член мой, распалённый движениями Вилды елозил по её спинке и всё больше и больше размазывал пятно обильно выделяющегося преякулята, чмокая головкой и ходившей