Приют - Татьяна Лаас

Глаза в круговерти снежков (на поле, еще по осени распаханном для весеннего посева, и как их Док не убил?! Хотя тогда был не Док, наверное…), всеобщего веселья и смеха выцепили и блондинистую макушку Криса, и совсем молодую и веселую Киру (цепочка уже перекочевала на свое законное место), и черную голову Шарли…

Палец Эйч уверенно ткнул в пару механически двигающихся парней, крайне метко кидавших снежки:

— Синтетики.

— Точно! — подтвердил Крис. — наши новенькие, еще отмороженные, как их звал Шарли. Я им плагины только-только устанавливал…

Палец Эйч сместился в другую сторону:

— А вот это явно люди — уж больно много эмоций на лицах. И мажут с завидной частотой.

Крис довольно рассмеялся:

— Не угадала. Это тоже синтетики.

— Шутишь, что ли?

— Абсолютно серьезен. — сказал Крис. — А мажут так, там же главное веселье, а не меткость. Не бой же, зачем задействовать лазерное наведение?

Эйч пришлось признать, рассматривая явно наслаждавшегося боем Криса:

— Хотяяя… Ты вон тоже живчик.

Крис хрюкнул, давясь смешком:

— Так меня еще не обзывали.

— Зззззаслужил, — рассмеялась Эйч, чувствуя, что странная неловкость, возникшая между ними, когда она приняла его за своего отца, приятно развеялась. На экране Крис крайне пафосно упал в сугроб, держась за сердце и что-то громко крича, когда в него попала снежком Кира.

— Врача мне, врача… Сердечная рана! — тихонько вспомнил Крис свои слова.

— А она не знала, что ты синтетик, да?

— Неа, я же сказал — Шарли не стал разглашать, кто из нас кто. Она не знала…

Эйч прикусила губу от досады на их устоявшийся мирок со своими правилами.

— Хелен? Что-то не так? — изображение замерло на крупном плане Шарли. Кира как раз напрыгнула ему на спину с победным криком.

— Нет, все так… Кейт не зря говорила, что у нас злой мир…

— Да ладно, запутавшийся, чуть попавший в беду, но не откровенно же злой…

Изображение ожило, вновь продолжая битву.

Эйч ткнула в очередную фигурку, прогоняя прочь грустные мысли:

— Тоже синтетик. Слишком скуп на эмоции.

— Человек, — поправил её Крис. — Наш врач. Он Киру тоже мимо себя не пропускал — натаскивал по медицине, она просила курсы обмена опытом.

Изображение закончилось — то ли Крис сейчас устал показывать, то ли тогда снимать.

— Хелен, и правда, ложись спать. Уже поздно.

— Ага… Потом расскажешь, про Северную колонию и почему ты пошел в армию? И…

— И о боях за Африку, и о падении вашего Сити, и о чем захочешь. Мне не жалко.

Картинка вновь поменялась на ноуте — спящий Крис обнимал…

…кого-то…

…Эйч в её постели.

— Даже знать не хочу, с кем ты там миловался!

Эйч опустила ноут на пол:

— Все, спокойной ночи. Спаааать! И не сбегай, пожалуйста…

* * *

Кайл пришел глубоко за полночь — из-за отключения интернета пара роботов заглючила, пришлось с ними разбираться. Кейт уже перестала ждать его и мирно спала.

Он поставил на прикроватный столик поднос с непригодившимся чаем… Огляделся… Его тут было слишком много — брошенная футболка на стуле, приготовленная пижама на подушке, ноутбук на столе (он тут же запустил откат до заводских настроек), носки в комоде, невесть как сюда приползшие… Он посмотрел на спящую Кейт и принялся убирать свои вещи — их тут быть не должно. Он отнес их в свою старую комнату, забрасывая их в рюкзак. Заодно собрал и остальные свои вещи.

Есть еще Йен… А его тут не должно было быть.

Глава 41 Мне так плохо…

Кайл уехал…

Ушел?

…рано утром, пока Кейт еще спала, так что завтрак в комнату принесла Норма.

Настроение Кейт упало ниже некуда — из-за Кайла, из-за завтрака, из-за приближающегося Нового года, вдобавок погода резко сменилась, из зимы возвращая в слякотную осень — за окном лило, как из ведра. Голова ощутимо болела, превращая и так хмурое утро в сущий кошмар. Так что… Терять Кейт было нечего. Наверное, будь Кайл в “Приюте”, она бы никогда не решилась на такое, но его не было. Он был в мире розовых пони — Кейт уже окончательно запуталась в вопросе: существует его мир по-настоящему или нет? То казалось, что его нет, то вроде есть…

Она упрямо поднялась на второй этаж и подошла к заветной двери. Даже постучала — терять было уже нечего.

Лорд Грей принял её в своем кабинете. Лия, проводив Кейт до кабинета, понятливо ушла прочь, оставляя их наедине.

Грей с громким стуком закрыл фолиант, который до этого читал, и предложил ей стул:

— Присаживайтесь, мисс Милн. Если честно, поражен тем, что вы снизошли до меня. Чем могу быть вам полезен?

Она два часа обдумывала свою речь, но оказавшись перед ярко-синими глазами Грея, в упор рассматривающими её, она растеряла все свои слова.

— Ну же, я жду, — мягко напомнил Грей, постукивая кончиком ручки по столу.

— Я пра-пра-пра…

Он позволяюще махнул рукой:

— Можете не перечислять все пра. Слишком долго выйдет.

Кейт решительно сказала:

— Я потомок того мага, который устроил раскол.

Грей наклонил голову на бок:

— Кто проболтался?

Кейт его не поняла:

— Почему кто-то должен проболтаться? Я сама знаю, что родилась в этом мире, родословная нашего рода известна чуть ли не до начала времен, так что… Других магов, если верить вашим словам, в нашем мире быть не может. Так что вполне понятно, кем я являюсь по происхождению.

— Браво! Мисс Милн, вы поразили меня. Но… Что из того, что вы потомок того самого мага?

Кейт поджала губу, ступая на скользкий лед допущений и догадок:

— Я не позволю вам… — голос все же предал её, — я не позволю вам принести детей в жертвы.

— Я уже сказал вчера, что все, что мне нужно от детей, я уже получил.

— …и я не позволю вам принести в жертву жителей городка.

Грей скучно сказал:

— Я помню, мисс Милн. И что дальше?

Кейт достаточно уверенно продолжила:

— И никого из моих знакомых или постояльцев “Приюта”, лорд Грей. Никого.

— И…? — он наклонил голову вниз. — Я помню — вы будете искать другой выход. Дальше что?

— Я подумала… Что для круга может критичной оказаться моя… Кровь. Мой предок разрушил мир… Быть может, моя кровь…

Грей подался к ней:

— Кровь? Или все же жертва? Определитесь, мисс Милн. Это разные, знаете ли, вещи — кровь и жертва.

— Моя… Жизнь, — решилась все же Кейт — без Кайла это сказать оказалось гораздо проще. Даже лучше, что он ушел не попрощавшись — она вчера весь