Бриллианты на оловянной тарелке - Люси Гордон

— Не говори так, — ответила Фэй серьезно. — Я очень люблю тебя.

— Хочется верить.

Когда она вернулась домой, ее приветствовал Гром, внимательно обнюхав руки и карманы. Не обнаружив конфет, он с удивлением и негодованием посмотрел на нее. Фэй с трудом удалось успокоить его, после чего она направилась в кабинет Гарта. Войдя, она крепко прикрыла дверь.

Несмотря на поздний час, он все еще работал. Оторвавшись от бумаг, он взглянул на нее. Да, выглядел он неважно! Глаза уставшие, а ворот рубашки распахнут, как будто ему не хватает воздуха.

— Я поговорила с Кеном, — сказала Фэй. — Мы все хорошенько обсудили и пришли к выводу, что я могу согласиться на твои условия.

— Мне не нужно разрешение этого человека, если я задумал что-то сделать, — процедил он.

— Не разрешение, а одобрение, — поправила Фэй. — Я ни на что бы не решилась, не посоветовавшись с ним. Ты недавно сказал, что я теперь самостоятельная и ни от кого не завишу. Так вот, мнение Кена для меня очень важно.

— Ты никогда не будешь принадлежать другому мужчине, — резко выдохнул Гарт. — Пока ты мне нужна, ты принадлежишь только мне.

— Пока я тебе нужна… — насмешливо повторила Фэй. — На самом деле развод был бы оптимальным вариантом для нас обоих. Ты бы смог жениться на какой-нибудь смазливой куколке, которая никогда бы тебе не возражала.

— Ты ничего обо мне не знаешь, если можешь говорить такие несправедливые вещи, — с обидой возразил Гарт.

— Ты, наверное, прав, — согласилась Фэй. — Я никогда тебя действительно не знала. Так же, как и ты меня. Но теперь вернемся к нашему соглашению. Я принимаю твое предложение, но при условии, что ты пообещаешь дать мне развод сразу после завершения твоей рекламной кампании. К тому же у меня есть еще несколько условий.

— Какие? — тихо поинтересовался Гарт.

— Дети ни в чем участвовать не будут. И они смогут встречаться с Кеном, когда захотят.

— Последнее условие… мне не нравится.

— Уж извини. Без этого я не согласна. Они к нему хорошо относятся. Синди постоянно советуется с ним, как ухаживать за Громом, а Адриан часто ходит в походы вместе с ним. Я не хочу, чтобы мы вмешивались в их личную жизнь.

— Что-нибудь еще? — холодно спросил он.

— Ты держишься от меня подальше!

— Надо думать, это идея Хейнеса?

— Нет, моя. И я хочу, чтобы ты мне это пообещал сейчас же.

— Хорошо, — вздохнул Гарт. — Обещаю.

— Тогда мы договорились.

К ее удивлению, Гарт лишь молча пожал плечами. Впрочем, чего она ожидала: он заключил выгодную для него сделку, так зачем терять время: на разговор с ней?

— Я надеюсь, Гарт, что теперь мы не будем так часто ссориться, когда все уже оговорено.

— Мне и раньше не нравилось спорить с тобой.

— Да, понимаю, ты бы предпочел, чтобы я сдавалась без борьбы, — усмехнулась Фэй. — Но сейчас у нас деловое соглашение.

— И больше ничего, — согласился он.

— Я выполню свои обязательства, надеюсь, и ты выполнишь свои.

— Как замечательно ты научилась вести дела: знаешь, чего хочешь, и умеешь добиваться своего, — сказал Гарт, откинувшись назад в кресле и внимательно разглядывая свою жену.

— Предложи мне работу в своей фирме, если хочешь. Постараюсь с ней справиться.

— Вполне возможно… Что, черт возьми, происходит с Громом? Он упорно старается выломать дверь.

— Я ухожу спать и посмотрю, что с ним.

— А ты не хочешь отпраздновать наш договор?

— Нет, но можно пожать друг другу руки, — немного поколебавшись, предложила Фэй и протянула ему свою.

Он не сразу, но все-таки пожал ее:

— Договорились.

— Договорились. Спокойной ночи, Гарт.

И Фэй вышла из комнаты, не оглянувшись. Она осталась довольна собой: наконец-то ей удалось справиться с этим бессердечным истуканом. Но Гром не дал ей возможности спокойно поразмышлять о своем успехе. Он снова принялся клянчить у нее конфеты. А когда она пошла укладывать детей, затрусил за ней и выжидательно встал около двери, наблюдая за ней. Но все эти уловки не помогли Грому, ему пришлось вернуться на свое место, так и не получив сладкое.