(не) просто сосед - Стася Андриевская

Говорил серьёзно, но Полина вдруг поняла — шутить изволит.

— А у вас, я смотрю, голос прорезался? Тоже, наверное, вольтареном мазали? Или ещё как-то разрабатывали? — намекая на бурную ночку, съязвила она, но тут же прикусила язык.

Повисло напряжённое молчание. Блин. Как дура себя ведёт, честное слово! Детский сад. Но не извиняться же теперь…

— Ты, кстати, извини за тот раз, — сказал вдруг сосед. — Не хотел тебя напугать, просто денёчек на нервяках выдался. Оправдание, конечно, так себе, но… — на мгновенье замолк и небрежно дёрнул щекой: — Короче, извини.

И, готовясь на выход, повернулся к ней спиной. Полина глянула на него украдкой — какой-то он другой в этот раз. Аура по-прежнему сильная и несговорчивая, но уже не пугающая, а даже наоборот — притягивающая.

Суетливо отвела взгляд. Этого ещё не хватало!

Возле квартир остановился у неё за спиной, понаблюдал, как она ищет в сумочке ключи.

— Ничего себе, сюрприз! Ну, тогда я Руслан.

— А по отчеству как? — воюя с замком, уточнила Полина.

— А по отчеству Батькович! Нет, серьёзно, можешь по-простому, Руслан и всё.

— Нет, извините, я по-другому воспитана.

— Это как? — усмехнулся он. — По понятиям что ли?

— Что, простите?

— А, да это… шутка такая, не обращай внимания. — И вдруг: — Волосы у тебя красивые, соседка, — мягко коснулся, пропуская пряди сквозь пальцы. — Рука так и тянется.

Полина смутилась, повела головой, уклоняясь и, наконец сладив с замком, шмыгнула в квартиру. Прижавшись к двери спиной, заторможено уронила с плеча сумочку. По шее и затылку всё ещё разбегались мурашки. Дурацкие, неожиданно приятные мурашки.

В дверь тихонько поскреблись.

— Ну что? — едва протиснувшись в коридор, зашептала тётя Валя. — Он?

— Он, — застигнутая врасплох, ответила Полина, и тут же добавила: — Только он меня тогда не трогал, тёть Валь, недоразумение вышло. И вообще, он извинился уже.

— Ну да! Извинился он! Знаю я, как они извиняются-то! А ты видела, к нему в субботу ночью баба какая-то приходила? Не успел заявиться, и на тебе, началось! Проститутка, точно! Разврат! Вот увидишь, притон тут откроет! Прямо за стеночкой у тебя, ага… Ох, Полин, не нравится мне это! Я Наталке-то звонила в тот раз, но она не ответила, видать, на дачу с ночевой уже ездит. Но ничего, я ещё позвоню. Ты не переживай, всё узнаем! А если что, я и до участкового дойду, так что не бойся! — и сбежала.

— Чего она хотела? — вышел в коридор Марк.

— Ничего, — буркнула Полина. — Просто.

И, стараясь распластаться по стене, чтобы ненароком не коснуться мужа, протиснулась мимо него на кухню.

— Полин… — пошёл он следом, — я удалил свою страницу с той соцсети.

Она молча достала из холодильника кастрюлю, налила себе суп.

— Полин, ну… Ну виноват я, признаю же! Но всё же уже в прошлом.

Звякнула микроволновка, Полина вынула тарелку, села за стол.

— Ну чего ты добиваешься? Чтобы я умолял тебя что ли? Я же говорю — удалил. Этого что, мало?

— Марк, у меня двадцать минут и снова надо бежать, до самого вечера. Просто дай мне спокойно поесть, ладно?

— Да у тебя всегда всё просто! Ты там ходишь не понятно где и с кем, а я тут сижу в четырёх стенах и сума схожу. Думаешь, мне легко понимать, что ты там каждый день левых, здоровых мужиков… обслуживаешь?

Полина натянуто рассмеялась.

— А ты не сиди, Марк! Иди! Гуляй, запишись в бассейн, в тренажёрку. Созвонись с друзьями, если остались. Маруську, вон в садик — из садика води, в магазин, там, по мелочи. Ты же запросто сможешь! А я тебе благодарна буду. Мне очень нужна такая помощь! Но ты же не хочешь даже попытаться начать шевелиться. Хотя… — она задумчиво куснула хлеб, — купил же ты себе ту рубашку, да? Где? Как минимум, на бульвар ходил, ближе негде. Ну? Значит, не так уж ты и дома-то сидишь. Просто я не вижу, где ты бываешь, потому, что пашу с утра до ночи. Так ведь?

— Ты сейчас что, обвиняешь меня в чём-то?

— Да боже упаси, Марк! Просто думаю. Если ты завёл себе бабу в вирте, что тебе мешает завести её в реале? Или одноразовых снимать? Гостиница вон, за сквером, десять минут ходьбы… Слу-у-ушай, и почему я раньше-то до этого не додумалась?

— Перестань!

— Да почему перестань-то? Всё же логично, Марк! Сам смотри: я тебе недодаю, это мы уже выяснили; ты у нас мужик ого-го — это мы тоже выяснили. Контролировать я тебя не могу. Зарабатываешь ты теперь сам, а сколько — я не в курсе… Блин, Марк, да ты сто процентов мне изменяешь!

Понаблюдала, как его лицо наливается злым багрянцем.

— Неприятно да? А у меня так каждый раз! Я пашу как чёртова мужебаба, прихожу домой, хочу просто твоего понимания и заботы — хоть какой-нибудь! — а ты мне каждый раз вот эту хрень на голову сливаешь. Ну и как ты думаешь, хочется мне после этого тебя в постели ублажать?

— Полин, ты что, серьёзно думаешь, что я тебе изменяю? В смысле, по-настоящему?

По-настоящему, блин. Как будто измена бывает понарошку! Посидела, сложив руки перед остывающим супом, вздохнула:

— Нет, Марк, я предпочитаю тебе верить. Я даже на завод не поеду, хотя прямо тебе говорю — я уверена, что ты покалечился по собственной глупости. Даже не знаю, вы идиоты, прямо на распиловке что ли трахались? — в груди резануло обидой, перехватило горло. Пережидая приступ, Полина закрыла лицо ладонью, но не выдержала: — Да ну тебя! — и, так и не поев, сбежала на работу.

Ближе к вечеру, собираясь идти в садик, отвлекалась на шум за окном — словно трактор, а то и целый танк подъехал. А оказалось, всего лишь старая, с частично снятым кузовом, но гордыми кольцами «Ауди» на уцелевшей морде машина.

Она припарковалась на стояночке, как раз напротив салона, и Полина тут же потеряла к ней интерес, но разглядела вдруг за рулём соседа. «Руслан» — тут же отозвалось у неё в голове, и от этого стало как-то… непонятно.

— Ты глянь-ка, — как можно безразличнее хмыкнула она, — твой подъехал!

— Кто? — не поняла Светка.

— Кто-кто, Руслан твой двадцатисантиметровый!

Сказала и спохватилась: опять этот глупый, неуместный сарказм — прёт из неё как недержание какое-то. Как будто это не их личное дело, чем они там занимались той ночью.

Светка кинулась к окну, но вдруг на мгновенье застыла и попятилась. Полина удивлённо обернулась:

— Ты чего?

— Ну… Мы договорились не светить отношения. И вообще, я сегодня с Пупсом встречаюсь. Ты это, если он вдруг зайдёт, скажи, что я уже ушла, ладно?

И сбежала в туалет.

Полина не стала больше ранить мужа подозрениями в измене, и даже спать легла в общую кровать, правда, сразу обозначив, что никакого интима и даже прикосновений! Марк смиренно принял все её условия.