(не) просто сосед - Стася Андриевская

— Это не то, о чём ты подумала! Вообще не то!

Марк ходил за Полиной по пятам, а она словно бегала от него — с половой тряпкой и веником, и, кажется, уже по третьему кругу пошла намывать квартиру, лишь бы не останавливаться и не начать вслушиваться в этот бред.

— Это просто переписка. Вообще ничего не значит! Ну да, фотка члена. Рука, нога, ухо, член — какая разница-то? Тело и есть тело.

— И видео.

— Да, видео! А что такого? Я, в конце концов, мужик всё-таки! Мне, может, мало того, что даёшь ты! Приходится, знаешь ли, обходиться своими силами! И вообще, это тебе стыдно должно быть, а не мне!

Полину словно ударили. Выпрямилась, угрожающе сложила тряпку пополам… Но так ничего и не ответила. Всё-таки Светка права. Чтобы тебя уважали и ценили, надо быть стервой.

— У мужчин вообще полигамия заложена на генном уровне, а я только с тобой! — не унимался Марк. — Ценить должна бы, а не истерики закатывать!

— То есть, я ещё и виновата?

— А кто? Недодала, раз мужику мало!

Она резко развернулась к нему.

— А скажи-ка мне всё-таки, — с трудом сдерживая дрожь в руках, упёрла их в бока, — что ты делал тогда в цеху? Ну, когда тебе ногу отрезало? Тоже добирал то, чего не смогла дать жена с полугодовалым ребёнком на руках?

Марк замер, во взгляде проглянула ярость.

— Так значит, да? Решила по самому больному?

— Ага! По са́мому, Марк! Тогда ты отмахнулся, выставив меня виноватой — и за травму, и за то, что я в такой момент думаю о ерунде, но теперь-то, думаю, можно? Ну? Кто была та баба, которая выбежала звать на помощь, натягивая на голые сиськи кофточку?

— Да не было такого! Откуда ты вообще это взяла?

— А представь себе, когда с грудным ребёнком на руках пороги в заводоуправлении вашем околачивала, добиваясь, чтобы тебе всё-таки выплатили страховку, несмотря на то, что ты нарушил технику безопасности, припёршись в цех, где тебя быть не должно, и травму получил в нерабочее время! Вот тогда, сидела как-то в приёмной генерального, а секретарша его, которая даже не соизволила спросить, кто я и по какому вопросу пришла, по телефону рассказывала подружке ужасный случай на производстве. Во всех подробностях. И мне, поверь, было о-о-очень интересно их услышать!

— Фу, блин, да Наташка эта, та ещё стерва, без сплетен как без воздуха!

— Кто. Была. Эта. Баба?

— Да кладовщица! — заорал Марк, мгновенно подавляя в Полине решимость и нагнетая острый страх, что ругань слышит Маруся. — Кладовщица! Старая и страшная. А не веришь, езжай на завод и всё узнай! Давай, давай! Припозорься там сама и меня припозорь! Давай! Мало того, что я из-за тебя ноги лишился, так ещё и это теперь терпеть должен. Пять лет спустя! Ты вообще понимаешь, что у тебя с башкой проблемы?! У тебя как у бабки твоей, паранойя развивается! Осталось только полсотни котов развести.

— Заткнись! — сдавленно выкрикнула Полина и, швырнув в него тряпкой, кинулась в детскую. Спрятаться. Успокоиться.

Но отсидеться не удалось. Не прошло и получаса, как заявилась «мама». Вернув Марку забытый телефон, пошла по комнатам — придирчиво осматривая каждый уголок. Благо, что вёдра-тряпки Полина так и не успела убрать, и можно было смело ссылаться на уборку.

— …А денег тебе постоянно не хватает потому, что ты отвратительная хозяйка, уж извини, — ни с того ни с сего развела свекровь руками, словно продолжая давний разговор. — Можно работать и сутками напролёт, и совершенно забыть о семейных обязанностях, причём не только как матери, но и жены! А в результате так и продолжать вязнуть в бесконечных долгах. Я не знаю, почему бабушка не научила тебя элементарным вещам — экономии и благодарности. Может, у вас, там, в деревне, и так сойдёт — а в городе нет! И, похоже, твоим воспитанием всё-таки придётся заняться мне. И тебе придётся прислушаться, потому что я тоже, знаешь ли, не семижильная, терпеть это потребительское отношение! Тем более что ты обнаглела настолько, что даже перестала принимать людей, которых я к тебе присылаю! А среди них, заметь, есть очень полезные и влиятельные экземпляры! Не уважаешь их? Значит, не уважаешь и меня! И очень зря!

— Просто у меня всё расписано, а они приезжают, когда хотят. Я вынуждена принимать сначала тех, кто платит, а ваши люди не желают ждать и уезжают, — смутилась под её напором Полина. — А потом ещё и жалуются…

— Вот-вот, — кивнула свекровь. — Вот я и говорю, обнаглела ты! Много на себя берёшь! Значит так, со следующего месяца начнёшь вести тетрадь расходов. Я хочу видеть, куда ты тратишь деньги.

— А чеки надо будет собирать? — осторожно съязвила Полина. — И что делать с оптовкой, там ведь дешевле, чем в магазине, но частники в основном с машин торгуют, без бумажек. И сколько у меня будет на личные расходы — на прокладки, там, например? И можно ли будет покупать Машке конфеты? И сколько? И почём?

— Если скажу собирать чеки, будешь и их собирать, — ядовито, но вежливо улыбнулась свекровь. — А если решу, что мне нужно вмешаться и начну расписывать тебе статьи расходов, значит, будешь им следовать. Мы с Марком, знаешь ли, не богадельня, чтобы сирых и убогих приживать. Тем более что ты этого и не ценишь…