Цена твоей ошибки - Каролина Бехтерева

Меня резко дернули, разворачивая на 90 градусов. А старушка не промах. Маленькая, сморщенная, а силы достаточно.

— Ты, прежде чем на кого-то клеймо проститутки вешать, прикусила бы язык и узнала бы человека. Та, которую ты сейчас шлюхой обзываешь, выросла на моих глазах. И поверь, она последняя в этом мире, кому подходит такое наречие.

— Но она же и правда… — я не успела договорить, как старуха ткнула мне свой скрюченный палец почти в глаз и грозно посмотрела.

— Не смей!!! И заруби себе на носу, если еще хоть раз, ты или твой бешеный братец сюда притащитесь — всем домом такою взбучку вам устроим, что пожалеете, что на свет родились.

— Брат? В смысле брат? Он тоже приходил? — что-то не складывается. Когда он успел? Ведь резко в Лондон укатил.

Ещё бы! После такой-то новости. Я бы тоже свалила, будь на месте этой дряни Тимур.

— Приходил? Прилетал, я бы сказала. Так же тарабанил в дверь и орал на весь дом. Всех детей перепугал. — Какого черта? Зачем он приходил?

— Скажите… — Сменила свой тон на обманчиво — ласковый и немного попустила свою спесь, — а когда это было? Может день вспомните?

— Ещё чего? Надо оно мне сильно, запоминать такое важное событие, как приход твоего брата. Ну, пару недель назад, не больше.

Я похлопала глазами и развернулась, намереваясь уйти, как носом уткнулась в какого-то мужика.

— Тёть Маш, а чё у нас случилось? У Запрудских окно разбито и стекло по всему асфальту. — Я зыркнула на старуху, а она не добро покачала головой.

— Детвора, наверно. Опять в казаки — разбойники играют, шалопаи.

Делай ноги, Тинейшен, а то эта старая карга сейчас по башке настучит.

Я уже было ступила на первую ступеньку, как она меня окликнула… тихо так, без злости:

— Ей, ты? — я замерла, ожидаю её следующей фразы, — она замечательная девушка. Не знаю, что у них произошло с твоим братом, но, как бы вы не ошибались оба?

Я молча спустилась вниз, а в голове набатом её слова… Вышла на свежий воздух, и набрала брата.

— Говори, мелкая, только быстро. — Услышала родной голос и еле сдержала слёзы. Я так скучаю по нему. Он оставил меня здесь совсем одну, и это в тот момент, когда так всё плохо с Тимуром у нас.

— Привет. Кирилл, я тут что спросить хотела… На счёт Насти… Ты уверен, что правильно понял родителей и ничего не напутал? — Я почему-то поверила этой карге. Обычно, если хочешь узнать всю подноготную человека — спроси «любящих» соседей, а тут… может и правда не такая уж Настя и плохая, и мы ошиблись, а может…

— Не надо, Тин! Проехали эту тему. Больше не актуально. — Как-то странно он разговаривает…

— Слыш, уважаемый, а у тебя там который час?

— Ну, 11 утра. — Вальяжно ответил.

— А не рановато ли ты бухаешь? Или что, до 5-ти часового чая ещё далеко, и ты решил скоротать время за бухлом? — Вот же говнюк. Учиться поехал, ага, как же!

— Мелочь, подрасти сначала, чтоб меня учить. — Рыкнул брат.

— Идиот совсем? Совсем ничего старше, и ты уже взрослый папочка? Короче, заткнись, сейчас не об этом. Кирилл… а могли ли родители…

— Сама заткнись! Заткнись, Тина, и никогда больше не поднимай эту тему. Родители мне глаза открыли на эту потаскуху продажную, так что ВСЁ! Нет её больше… по крайней мере для меня. — Отключился так же резко, как и разговаривал со мной.

Еще никогда брат не позволял себе подобный тон по отношению ко мне.

Я побрела к своей машине, а неприятное ощущение внутри разрасталось с каждой секундой. Но ведь брат приезжал… Сразу, как узнал… Когда все нервы оголены и ненависть через край — он приезжал… Значит тоже сомневался… Как же не хочется разочаровываться в собственных родителях…