Цена твоей ошибки - Каролина Бехтерева

Тина

— Я смогу, я смогу, я смогу… — Прикрываю глаза и глубоко втягиваю носом свежий, морозный воздух. — Я все смогу… — Шепчу сама себе, пытаясь успокоиться.

Эта поездка была моей инициативой, а сейчас я уже битый час настраиваю себя, что бы решиться выйти из арендованной машины, пока та несет нас в потрясающую красоту гор. Муж любопытно заглядывает в лицо, спрашивает, что я там бормочу себе под нос, а я могу думать лишь о том, что хочется ускорить жизнь и насладиться тем моментом, когда я перестану в лицах каждого прохожего видеть это чудовище.

Я знаю, что он мертв. Знаю, что никогда больше не увижу его перед собой, но сумасшедший, парализующий страх сводит все внутренности и нет сил сделать вдох. Свободный, на полную грудь, такой, чтоб живой стать…

Поворачиваю голову влево и изучаю профиль Тимура. Я стала его забывать… Там, в темном подвале, лавируя на грани, когда все дороги стерты и не понимаешь, где реальность, а где нет… Я стала его забывать… Будто само подсознание стирало его образ из памяти, пытаясь обезопасить меня от невыносимой боли. Боли потери, боли неверенья в спасение и жалости по своей судьбе.

Резвимся с Настей в пышном сугробе, но и в её глазах я вижу это… Я вижу там себя… Притворство ради любимого мужчины…

Я смогу… Мы сможем!

Тогда, в больничной палате, после долгих часом нескончаемых слёз и слов поддержки, мы поклялись сделать всё, что бы дальше они жили нормально. Мы будем играть, будем врать и притворяться, лишь бы они все забыли.

Просыпаюсь раньше всех, наспех принимаю душ и несусь на кухню. Любимый завтрак Тимура, спустя 40 минут, уже дымится на прикроватной тумбе, а я тихонько выхожу, натягиваю пуховик и выскальзываю на улицу.

Брожу по округам, наслаждаюсь тишиной, и учусь справляться со страхом. За каждым деревом вижу его… Шорох веток, гулкий ветер, резкий снег с ветки, затронутой какой-то птицей, но я упорно иду вперед и учусь.

Учусь переставлять ноги, не смотря на холодный поток мурашек по телу. Учусь видеть не размытый черный силуэт, а обыкновенное дерево. Учусь слышать не шаги за спиной, а просто ветер, гуляющий между веток.

Сжимаю руку в кармане крепче, и чувствую тепло… Оно придает уверенности, надежду на то, что всё будет хорошо. Сил всё пережить и со всем справится, потому что есть ради чего… Ради кого…

Вдоволь «нагулявшись», возвращаюсь обратно к дому, и замечаю ребят уже на улице.

— Крис! — Кричит Тимур и несется ко мне. — Охренела??? Это как понимать? Завтрак есть, а тебя нет!!!

— Гуляла… — Тихо отвечаю и приподнимаюсь на цыпочках. Обвиваю шею мужа, целую в губы нежно, насколько это возможно, и вкладываю в руку свой подарок.

Муж театрально закатывает глаза, когда я делаю шаг назад.

— Купила таки? Крис… был уговор! Из дома не выходить, ничего не покупать, не тратить на меня деньги, а сделать своими руками!

Взглядом упирается в коробку и хмурится.

— Я не потратила на это ни копейки, но я готова потратить на это целую жизнь… — Тимур поднимает на меня покрасневшие глаза и долго смотрит в мои.

Желваки ходуном бегают по его челюсти, а потом ступор проходит. Муж срывается с места, в снег падает длинноватый кусок пластика с такими желанными двумя полосками. Такими яркими, такими четкими, и такими уже родными.

Земля пропадает из под ног, а оглушающий крик Князева, огромным эхом летит вверх, едва не срывая с горы лавину снега.

— Родная… Как же я тебя люблю… — Шепчет мне в губы, и тут же накрывает их бережным поцелуем.

Именно здесь, в этой стране, в этих прекрасных горах, начинается наша новая жизнь. Без прошлого, без обид, без боли причиненной друг другу, без слёз и переживаний… Просто жизнь… Обычная жизнь нашей семьи… Ведь мы выстрадали свое счастье. Выбороли его, выгрызли у судьбы, отобрали у смерти и заслужили его, как никто другой.

Мы — пример того, как невероятная сила любви может перевернуть мир, поменять небо и землю местами, если есть человек, ради которого не страшно умереть. Не страшно раствориться, довериться, бороться и сражаться. Даже когда приходится делать это с ним же самим.

Просто верьте… Всегда верьте. В себя… в него… в «вас»… Верьте, даже когда никто не верит.

Конец.