От него не сбежать - Мария Высоцкая

Луиза

Темно и страшно. Одиноко. Пусто и больно. Душа выжжена.

Витя больше не приходит, никто не приходит. Клим даже не появился. На кладбище было много людей, я помнила их лица, они часто мелькали на разных банкетах и ужинах. Они шептались, соболезновали, а потом исчезали, уходили в распахнутые ворота. Они пропадали один за другим, пока не осталось никого кроме меня самой.

Я стояла там, пока не закостенели пальцы на руках. Слишком сильный ветер. Ледяной.

В квартиру, которую мне снял Витя, вернулась уже после обеда. Налила горячий чай и выпила целую кружку не моргнув глазом.

Теплее не стало. Мне, как и день «до», было никак. Рому забрали еще вчера. Эту ночь я провела в нескончаемых рыданиях. Звонила Вите, обрывала ему телефон в надежде на его ответ, но его не последовало. Вечно выключено. Мне было больше не к кому обратиться. Теперь он был моей семьей. А сегодня утром прислал сообщение, что его нет в городе и он не успеет на похороны, вернется только к вечеру и мы обязательно со всем разберемся.

Время растягивается, превращается в ожидание. Я не могу потерять еще и брата. Не могу.

В восемь в дверь звонят. На шатких ногах добираюсь до прихожей, щелкая шпингалетом с тонкой цепочкой, и толкаю дверь. Виктор стоит в шаге от меня. Переступает порог, и я просто валюсь в его объятия. Цепляюсь пальцами за белоснежный ворот рубашки и не могу сдержать слез.

Плачу. Дрожу от его легких прикосновений. Он пытается меня успокоить, гладит по спине, волосам.

– Все будет хорошо, маленькая, все будет хорошо.

Витя отлепляет меня от себя и обходит кругом. Направляется на кухню. Достает из холодильника им же принесенную бутылку виски и наливает жидкость в два крупных бокала. Один протягивает мне.

– Выпей, тебе нужно расслабиться.

Мотаю головой, но глоток делаю. Горькая, отвратительно жгучая жидкость раздирает носоглотку.  Кашляю и роняю бокал на пол.

– Прости, – качаю головой и пытаюсь дышать, – не могу, ничего не могу. Спасибо, что ты приехал. Мне, я… мне очень нужна помощь. Рому забрали, и я просто не представляю, что мне теперь делать.

– Я знаю. Вернуть его будет непросто. – Понижает голос: –  Придется заплатить.

– У меня нет денег и наследства, кажется, тоже нет.

– Я все улажу, Луиза. Тебе не о чем волноваться. Я верну твоего брата. Обещаю.

Губы искривляются в подобии улыбки. Наверное, где-то в глубине души мне даже становится легче. Груз ответственности, лежавший на моих плечах последние сутки, медленно сползает вниз.

Я не чувствую легкости или радости, нет. Но теперь знаю – все действительно будет хорошо. Я справлюсь. Мы справимся. Почему-то именно в эту минуту думаю о ненависти Клима, о том, как он не мог терпеть старшего брата. Почему? Виктор очень хороший человек. Очень. Я всегда это знала.

– Спасибо, – шепчу, сжимая его ладони.

Витя улыбается. Крепко сжимает мою талию. Ведет рукой выше. Его пальцы неторопливо проходят по моим ключицам, опускаются. Обводят грудь. Напрягаюсь. Тело каменеет. Запрокидываю голову и широко распахиваю глаза. Витя фиксирует мой затылок и довольно жестко притягивает к себе. Целует. Жадно. Грубо. Упираюсь ладонями в его грудь, чтобы оттолкнуть.

– Я не могу, не хочу, – шепчу сквозь его напористые поцелуи. В глазах встают слезы. – Не надо.

В голове хаос, мне страшно. Зачем он это делает? Я не могу, не сегодня, не сейчас. Тело сковывает. Я превращаюсь в камень. Не хочу. Не могу. Не реагирую.

– Лу, – шепчет, стягивая лямки моей майки вниз, – ты моя невеста, это нормально, – продолжает напирать.

– Я…

Договорить он не дает. Проводит по столу рукой, сбрасывая все стоящие на нем предметы на пол. Шум от ударов закладывает уши. Стекло бьется и рассыпается мелкой крошкой.

– С ним тебе было лучше?  – говорит, а его ладони тем временем заползают под мою юбку. – Ты же уже взрослая девочка, – подцепляет пальцами капрон и резко дергает на себя, – успела потрахаться с моим братом, будучи моей невестой. Как нехорошо.

Я слышу противный треск рвущихся колготок и часто дышу. Откуда он знает? Качаю головой в отрицании, но Витя продолжает. Я всегда представляла себе этот день иначе. Он же не может так со мной поступать…

– Витя, пожалуйста, – скулю, и он резко отступает. Сжимает челюсти.

 В нем так много агрессии. Она заполняет собой все пространство, накаляет воздух.

Тем временем Витя берет с подоконника бутылку алкоголя и делает несколько глотков. Встряхивает головой, и этот жест заседает в моей памяти.

– Прости, малышка, нервы ни к черту, – проводит по моему плечу ладонью, – прости.

Киваю, хотя самой хочется отшатнуться от этих прикосновений. Именно сейчас, именно в эту секунду передо мной встает первый в жизни выбор. Если я сделаю так, как он хочет, Витя вернет мне Рому. У него есть деньги, связи, он, в конце концов, мой будущий муж. Он никогда не проявлял ко мне чувств. Я для него чужая. Мое тело – просто плата за помощь. Плата за его участие в моих проблемах.