Своенравная вдова - Никола Корник

— Пожалуйста, больше ко мне не прикасайтесь! — резко произнес Мартин и отпустил ее. — У меня нет ни малейшего желания терпеть ваши пьяные амуры, леди Джулиана.

— Вы несправедливы к себе, мистер Давенкорт, — сказала Джулиана. Она выпрямилась и отодвинулась от него. — Я не думаю, что женщина обязательно должна быть совершенно пьяной, чтобы счесть вас привлекательным.

Мартин отвернулся, игнорируя ее слова. Джулиана вздохнула и оставила попытки.

— Я знаю, что не нравлюсь вам. Вы достаточно ясно дали это понять при наших предыдущих встречах.

Вздохнул и Мартин:

— Вы пьяны, леди Джулиана. Завтра вы пожалеете об этом разговоре.

— Очень маловероятно. Я никогда не жалею о том, чего не могу изменить. Это пустая трата времени.

Снова наступило молчание.

— Вы совсем не собираетесь со мной разговаривать? — спросила Джулиана.

Она провела рукой по бархатному сиденью и коснулась тыльной стороны его ладони. Его кожа была такой живой и теплой, и ей хотелось к нему прикасаться. Она осторожно просунула пальцы в его ладонь. Сначала он никак не отреагировал, но потом вздохнул, покоряясь судьбе, и откинул голову на спинку сиденья, его тело расслабилось. Джулиана подвинулась к нему чуть поближе:

— Значит, вы не собираетесь со мной разговаривать и целовать меня…

Мартин повернул голову в ее сторону:

— Конечно нет.

— Как я уже говорила, вы очень принципиальный человек.

— Хм… — Казалось, Мартину это не слишком польстило.

— Зачем вы взяли на себя эти хлопоты и везете меня домой, если я вам даже не нравлюсь?

— Я сам не знаю. — Мартин печально улыбнулся. — И дело совсем не в том, что вы мне не нравитесь, леди Джулиана. Вы нравитесь. Бог знает почему, но я просто не могу удержаться и помогаю вам. Меня самого это очень озадачивает.

Джулиана мило улыбнулась:

— Тогда все в порядке. Я на самом деле очень хорошая…

Мартин засмеялся:

— Это слишком сильно сказано, леди Джулиана. Кроме того, я вам не нравлюсь. Вы не раз это говорили.

— А мои поступки доказывают обратное, разве не так? — Джулиана посмотрела на него. — Похоже, я не могу перед вами устоять, мистер Давенкорт.

— Старайтесь сильнее. Я вас интересую только потому, что я вам отказываю. Это для вас нечто новое.

— Полагаю, это может служить объяснением, но… Нет, я так не думаю. Я убеждена, что между нами существует какая-то странная близость. Наверное, это значит, что мы оба хорошие люди.

Мартин засмеялся:

— Вы уже говорили об этом. Что же, черт подери, заставляет вас считать, что вы хороший человек?

— В душе я такая. Правда.

— Тогда почему вы так ужасно себя ведете?

— Я так себя не веду. Я только притворяюсь.

— Для человека, который «только притворяется», вы слишком убедительны, — сухо произнес Мартин.

Джулиана попыталась объяснить еще раз:

— Это просто игра. Ради забавы.

— Ради забавы. Понимаю. — В голосе Мартина слышались сардонические нотки. — Ну и как?

— Что — как?

— Получается развлекаться?

Джулиана немного раздраженно пожала плечами:

— Признаю, сейчас я совсем не развлекаюсь. Разговор с вами напоминает попытки решить кроссворд под слишком большое количество бренди.

— Да, это действительно сложно, — по-прежнему сухо ответил Мартин. — Тогда ответьте мне еще на один вопрос. — Он немного наклонился к ней. — Добиваться меня — это для вас тоже игра?

Джулиана задумалась:

— Нет… да, я полагаю. Это просто моя причуда. Я знаю, что вы не поддадитесь.

— А вы бы удивились, если бы я поддался?

— Очень. И еще я была бы захвачена врасплох.

Мартин засмеялся:

— Вы честны — вот что я могу сказать о вас, леди Джулиана.

Она пожала плечами и искоса посмотрела на него.

— Я же говорила вам, что не лгу. В любом случае, какая разница, если я просто потакаю своей прихоти? Я знала, что вы не станете играть в мои игры, и была права.

Взгляд бирюзовых глаз уперся в нее, в нем было нечто столь тревожащее, что Джулиана вздрогнула. И виной тому был не холод. Она немного подалась к нему:

— Мистер Давенкорт…

— Леди Джулиана? — В голосе Мартина появились хрипловатые нотки.

Джулиана чуть-чуть отодвинулась.

— Мистер Давенкорт, если вы не собираетесь меня целовать, то, пожалуйста, перестаньте на меня смотреть таким взглядом. Мне неуютно.

Мартин, выругавшись, откинулся на спинку сиденья.

— Я никак особенно не смотрю на вас, леди Джулиана.

— Смотрите, — ответила та и улыбнулась. — Будет вам, мистер Давенкорт, Я думала, вы любите правду. Я была честна с вами, и теперь ваша очередь. Признайте, вы находите меня привлекательной.

Наступила напряженная тишина.

— Вероятно, нам стоит начать с чего-то более простого, — заметила Джулиана после паузы. — Мне кажется, однажды вы сказали, что я очень симпатичная.

— Сказал, — нейтральным тоном подтвердил Мартин. — И в то время мне было пятнадцать лет.

— А что вы думаете сейчас?

Снова наступила пауза. Затем Мартин неохотно заговорил:

— Сейчас я думаю, что вы прекрасны, леди Джулиана.

— Вы слишком честны, чтобы быть политиком, мистер Давенкорт. Но спасибо за комплимент. — Джулиана склонила голову. — Задавать ли мне вам вопросы дальше? Можете притвориться, что вы в палате общин, если вам от этого будет легче. Это даст вам немного практики.

— Благодарю вас, — ответил Мартин. — Но я не думаю, что это поможет. Боюсь, мне придется отказаться отвечать на остальные вопросы.

Джулиана засмеялась:

— Значит, у вас все-таки есть задатки политика! Я как раз собиралась спросить, уверены ли вы, что не хотите меня поцеловать. Вам повезло, мистер Давенкорт, поскольку мы, похоже, приближаемся к Портман-сквер. На этот раз вы спасены.

Сегсбери, дворецкий Джулианы, подошел к карете, но Мартин сам помог ей сойти на землю, а потом, к ее удивлению, подхватил ее на руки и понес к дому. Джулиана тихо прижималась щекой к его плечу, его дыхание шевелило ей волосы. Он внес ее в дом и осторожно поставил, а Сегсбери незаметно исчез.

— Проспитесь, — весело посоветовал Мартин. — Думаю, вам это необходимо.

Чувствуя его руку на своей талии, Джулиана с трудом удержалась, чтобы не прислониться головой к его плечу.