Брат моего мужа - Ася Невеличка

Но не успела я расслабиться после секса и душа в объятиях мужа, как на телефон пришло пустое сообщение. От Давида.

– Что там? – завозился Гера, пытаясь заглянуть в экран.

– Ничего. Спам… Слушай, мне нужно спуститься и… принять таблетку. Отдыхай, не жди меня. Голова разболелась, я немного посижу внизу и приду.

Врать я научилась виртуозно. Самой от себя противно. Но я понимала, что раз Давид зовет – придется идти.

В коридоре второго этажа его не было, в спальню, разделенную стеной с нашей, я не пошла. Спустилась вниз, полагая, что Давид или снова отправит сообщение, и тогда я отвечу, или догадается и спустится сам. Но в гостиной столкнулась с Арсом.

– Ты не спишь? – за вопросом я постаралась скрыть испуг.

– Как видишь, – усмехнулся он, откладывая планшет.

– Почему?

– Не спится. А почему ты не с отцом?

Я не успела ответить, когда в гостиную вошел Давид.

– А-а-а… Понятно.

Губы Арса скривились, и он с ненавистью посмотрел на дядю. Не на меня, хотя именно я достойна презрения, а на дядю!

– Тебе не нравится, что Елена всё еще хочет быть полезной брату? Или смущают мои методы ему помочь?

Давид пластичным хищным движением скользнул ко мне, обнял, пристраиваясь сзади, склонился, целуя в шею. Арс все также сидел на месте, не двигаясь, с неприязнью наблюдая за дядей.

– Мне не нравится, что ты используешь людей, не предупреждая о последствиях.

– Так живут все, мой мальчик.

– Нет, не все! – Арс не сдержался и повысил голос.

– Соглашусь. Не все. Только сильные. Сильные всегда используют слабых.

– Мой отец никогда никого не использовал.

– Неужели? – фыркнул Давид. – А что он делает сейчас со мной? Со своей женой? С тобой? Или думаешь, он так слеп, что не догадывается о моих особых отношениях с его семьей?

Арс промолчал, а вот я вывернулась и посмотрела в лицо Давиду.

– Он не знает, – уверено прошептала я. – Если бы он знал…

– То что? Ну же, пораскинь мозгами, прекрасная Елена. Что бы мой брат предпринял, если бы узнал, что я тебя трахаю?

Я замотала головой. Что? Что бы Гера сделал? Или выгнал меня с позором, или ушел сам, или увел меня отсюда…

– А я тебе скажу, дорогая моя. Он знает и молчит, потому что его всё устраивает! Он имеет меня, получая деньги и возможности, я имею тебя, морально компенсируя вероломство брата, а Арс, единственный наш наследник, смотрит за всем и учится, чтобы потом отыметь нас всех. А? Ну не гениально ли?

Мы молчали, а Давид хохотал:

– Не будьте такими наивными. Никто в здравом уме не полезет в мутную воду проверять глубину, пока на берегу созданы все условия.

– Я тебе не верю! – выкрикнул Арс.

– Хорошо. Ради тебя я сниму нимб с твоего отца. У тебя будет шанс увидеть, кто из нас двоих пал ниже. А теперь иди наверх и прикрой плотнее дверь. У меня еще намечен разговор с твоей мачехой.

– Мне тошно от тебя, – скривился Арс, но даже не сделал попытки встать.

– Хочешь остаться и присоединиться? – усмехнулся Давид, а я похолодела.

Арс застыл, перевел на меня тлеющий запрятанным желанием взгляд, потом схватил планшет и быстро вышел из гостиной.

– Ты тоже считаешь, что брат не в курсе, зачем ты выбегаешь каждый вечер из спальни, зачем я каждый обед один езжу домой?

Голос Давида изменился. Стал более мягким, усталым. Но слова все равно больно били по мне. Себя я уже приняла: грязной, опустившейся и распущенной. Но перевернуть в голове образ Георгия, из обнищавшего рыцаря в расчетливого дельца, который сдал меня за чеканную монету, как последнюю имеющуюся ценность, я не могла.

Может он, как и я, боялся взглянуть фактам в глаза и осознанно встать перед решением? В этом я бы его поняла. Проще делать вид, что ничего не происходит, чем своими руками мешать себя с грязью, или ставить крест на будущем.

Итак, я это понимала, муж это понимал, Давид не только понимал, но и манипулировал нами. Один только Арс еще сопротивлялся.

– Не впутывай во всё это Арса, пожалуйста?

– С чего бы мне его жалеть, Лена? Чем быстрее розовая пелена слетит с его глаз, тем быстрее он повзрослеет.

Давиду было легко принимать решение в отношении племянника. Ведь пусть он ему родной, но не сын же. А вот Гера смог бы так обрушить правду на Арса? Вряд ли. Даже в отношении меня Гера очень деликатно решил ситуацию. Мог оставить меня любовницей, но всегда бы вставал вопрос не сплю ли я еще и с его сыном. Поэтому моральную сторону он перед Арсом подчеркнул моим статусом. Одно дело если бы Арс и дальше домогался любовницы отца, другое, домогаться его жены и своей мачехи.

Но в насмешку судьбы, мой статус совсем не помешал брату.

– А если бы Арс был твоим сыном, ты все равно открыл ему глаза на свои грязные дела?

Давид отпустил меня, отошел и сел на диван, где ранее сидел Арс.

– Хм, – даже усмешка теперь выглядела грустной. – А ты умеешь давать пощёчины, Лена… Нет, я не хотел бы, чтобы мой сын знал обо мне такие вещи. Не хотел, чтобы сталкивался с этой стороной моей натуры.

– Тогда и Арсу не стоит кое-что знать про отца. Уже достаточно, что он видит это от дяди.

Давид похлопал ладонью рядом с собой, подзывая меня ближе. Я подошла и села, морально готовясь к следующему акту, теперь с братом мужа. Надеюсь, он сегодня на анальный секс не настроен.

– Поцелуй меня.

– Ч-что?

– Хочу, чтобы ты целовала меня, как брата. Давай.

Я медлила. Почему мне казалось, что целоваться не в угаре страсти, а сознательно – это уже другой уровень отношений? И готова ли я к таким отношениям?

– Ну же! – подогнал меня Давид, в момент пересаживая с дивана к себе на колени и приближая губы к моим.

С ним мы не целовались даже во время секса. Единственный раз случился как раз этим вечером.

– Зачем?

– Я хочу. Этого мало?

Покачала головой, не зная, что ответить. Но Давид ждал только однозначного ответа. Притянул меня рукой за затылок к себе и неуверенно дотронулся до губ. Замер. Приоткрыл рот и осторожно прихватил мою верхнюю губу. Отпустил. Посмотрел мне в глаза.

Я удивилась, заметив его расширенные зрачки и участившееся дыхание. Господи, это же всего лишь поцелуи! Сам-то он снял ли розовые очки до конца?

Обхватила его