Непокорная невеста - Кристина Додд

— А ты кто такая?

— Меня зовут Валеска.

Незнакомая женщина стояла у изголовья кровати, держась за полог. Голос у нее был низкий, хриплый, а карие глаза обладали странной магнетической силой.

— Я тебя не знаю! — возмущенно воскликнула Джулиана.

Старуха с достоинством ответила:

— Меня вызвал господин…

— Какой господин?

— Раймонд.

— А, ты — одна из женщин, о которых он говорил?

Джулиана спустила ноги на пол, готовая немедленно разыскать Раймонда и потребовать от него ответа.

— Изволите вставать, миледи? — раздался еще один голос, тихий и мелодичный.

Джулиана протерла глаза, обернулась и спросила:

— А это еще кто?

С другой стороны кровати стояла белокожая, тоже не первой молодости светловолосая женщина. Она была необычайно высокого роста и сутулая.

— Меня зовут Дагна, миледи.

— Ты тоже приехала по зову своего господина? Я хочу сказать, мастера Раймонда?

— Мастера? — Дагна недоуменно нахмурилась. — Ах да, меня тоже вызвал Раймонд.

Она наклонила голову и внимательно осмотрела Джулиану с головы до ног.

— Хорошенькая, но робкая, — сказала она вслух.

Валеска дотронулась до ночной рубашки Джулианы своими желтыми пальцами и заметила:

— Надеюсь, ома не показывается в этом тряпье на людях. Смотреть стыдно.

Только теперь до Джулианы дошло, что служанки обсуждают ее, и она вспыхнула. Какая наглость! Можно подумать, ее здесь нет или что она малое дитя.

— Как насчет шали? — спросила Дагна.

— Той самой, с корабля? — Валеска пошамкала беззубым ртом, оценивающе взглянула на Джулиану. — Что ж, в самый раз.

С этими словами она удалилась, а Джулиана резко спросила:

— Где Файетт?

— Кто-кто?

Джулиана строго насупилась:

— Моя служанка!

— А, эта девчонка, — отмахнулась Дагна — Мы сказали ей, что сами позаботимся о вашей милости.

В этот момент вновь появилась Валеска. Она взмахнула узорчатой шалью умопомрачительной красоты, и служанки в два счета обернули яркой тканью плечи Джулианы.

— Какая наглость! — воскликнула Джулиана, срывая с себя шаль.

— Неужели не понравилась? Это моя любимая шаль.

Валеска обнажила в улыбке все три своих зуба, любовно погладила ткань.

— Мы с Дагной прибыли, чтобы служить вам, миледи.

— Наверно, ей понравится пояс.

Дагна опустилась на колени, вытащила из-под кровати потрепанный сундук. Заодно пояснила:

— Мы поклялись Раймонду, что будем служить вам.

— Поклялись? — переполошилась Джулиана. — О чем вы говорите? Что за кощунственные слова?

— Почему кощунственные? — улыбнулась Дагна. У нее зубов было гораздо больше, но зато цветом они напоминали потемневшую слоновую кость. — Если вам это не нравится, мы не будем говорить о клятве.

— Что вас с ним связывает? Одна из вас — его мать?

Джулиана сама поняла, что вопрос звучит глупо. Женщины восторженно захохотали.

— Его мать? Вы льстите нам, миледи. Нет, мы ему не родственницы.

Джулиана ничего не понимала. Какие-то подозрительные чужеземки по непонятной прихоти судьбы поселились у нее в доме. Более всего они были похожи на каких-нибудь бесстыдных певиц или актерок, переезжающих из замка в замок. Но было в них и что-то загадочное. Более всего Джулиану возмущало то, что Раймонд ее обманул.

— Если он вам не родственник, почему, же вы говорите о нем так фамильярно? Кто вы вообще такие?

Валеска с невинным видом вылупила свои карие глаза:

— Мы просто путешествуем с ним, чиним его одежду, веселим его.

— И поете ему? — спросила Джулиана.

— Конечно, миледи, — с готовностью кивнула Дагна. — Хотите, я спою и для вас?

— Не хочу.

Дагна ничуть не обиделась.

— Ладно, я спою вам потом.

То, что две эти старые карги так преданы Раймонду, показалось Джулиане поразительным. Однако еще удивительней и непонятней было то, что они готовы с таким же пылом служить ей. Можно подумать, она и Раймонд — одно целое…

Тем временем Валеска ловко завязала ей вокруг талии широкий алый пояс. Джулиана ударила дерзкую старуху по руке, однако сама оцарапалась об острые когти старой ведьмы.

— Смотри, что ты натворила! — сердито заявила Джулиана.

Валеска завязала пояс красивым бантом, потом взглянула на руку Джулианы.

— Зря вы сопротивляетесь, миледи. Вот оцарапались. Хотите, я прочитаю по руке вашу судьбу?

— Не верю я в эти трюки, — отмахнулась Джулиана. — Не надо мне ничего предсказывать.

Валеска поглаживала ее по руке, приговаривая:

— Какая красивая кожа! Такая белая, такая тонкая.

Сутулая Дагна подобралась к Джулиане с другой стороны.

— Посмотрите, миледи, какая вы нежная да белая, а я вся смуглая, с пятнами, а вены, как тропинки в лесу. Мою шкуру попортить не так-то просто.

Ее голубые глаза доверительно смотрели в лицо Джулианы. Смущенная такой непосредственностью, молодая женщина отвела взгляд, но с другой стороны на нее смотрели в упор карие глаза Валески.

— Все в порядке, миледи. Мужчины считают, что женщины — существа хрупкие и беззащитные, но мы-то с вами знаем, что наша сестра может быть и храброй, сильной, непобедимой.

— Женщина, обожженная пламенем, становится сильней и мудрей, — подхватила Дагна.

— Она не щадит врагов и лелеет друзей, — закончила Валеска.

Джулиана поочередно смотрела то на одну старуху, то на другую.

— Ну сейчас я вам всыплю!

Обе проворно отодвинулись.

— Ах, миледи, — вздохнула Валеска, — сначала вам нужно решить, кто мы для вас — враги или друзья?

Джулиана встала:

— Пойду спрошу об этом Раймонда.

— Мудрая мысль, миледи. — Дагна хитро ей подмигнула. — Мудрее не бывает.

Джулиана возмущенно дернула головой и стала озираться по сторонам в поисках Раймонда. В зале его не оказалось, что само по себе уже было удивительно: каждый день обычно начинался с того, что она и мастер Раймонд обсуждали всевозможные детали строительства злосчастной стены. Чтоб он провалился со своей стеной!

— Не своей, а моей, — тут же поправила себя она. Ошибиться было нетрудно — Раймонд вел себя так, словно строил стену не для госпожи, а для самого себя. Но выяснять отношения с ним означало бы еще большее усугубление и без того двусмысленной ситуации.