Я люблю зверя - Наргиза Огненная

Но я не забыла о главном виновнике, из-за которого я не сдерживаю своего обещания. Развернувшись резко в право, где стоял Маркус, уже с немного в недоумении. Ага, понял, что полез со своей болтовней не вовремя и не кстати.

— Вы зачем все это наговорили? — от возмущения получилось произнести с тихим, полным ярости, шипения.

— Так я увидел тебя, такую напуганную и твой отец… Ну… Как бы со стороны был очень знаешь зол. Я и подумал, что наверно тебя искал…решил спасти тебя от гнева отца. Что ты была в надежных руках и все такое…

— Каких еще руках? И это ваши то, надежные? Вы от девушек в моем гардеробе прятались, вряд ли Вас можно назвать целомудренным метаморфом, — я уперла руки в бока и продолжала злиться на рыжего. Ну вот как ему могло прийти такое в голову? Что мой отец посчитает его надежным, чтобы доверить свою зайку, этому зверю и успокоиться?

— Во-первых, в кружевах я прятался уже из-за тебя между прочим; во-вторых, мои руки еще какие надёжные. И да, я действовал по обстоятельствам, — сделал лицо кирпичом мой собеседник и стал как непробиваемая скала. Ни одной эмоции на лице. Теперь даже шрамы немного ужас вселяли.

— Я ведь знаю, что Киган, никогда не будет прикрывать какую-то девчонку, даже если она симпатичная и очень забавная. Его моральные качества, ему не позволят солгать, просто так.

Ну вот, оказывается этот рыжий, даже разговора то не слышал и полез. Стоп! Правда, что ли? Так, что получается, Киган ради меня против своих принципов пошел, а почему?

— Анника, нам нужно на второй этаж, нас ждет глава рода Суинфорд.

Отец вернулся уже спокойным и можно сказать даже в приподнятом настроении. Интересно, что такого сказал леопард, что меня миновала буря?

— Господин Рориевир. — отец кивнул в приветствии и Маркус ответил тем же, с полным почтением. — Прошу, простить, но нам нужно отойти.

— Конечно, — я выпучила глаза на этого рыжего демона. Так перевоплотиться с смиренного и серьезного война мужчину… Просто не узнать, другой метаморф стоит сейчас. Ни следа не осталось, от того весело улыбающегося и подначивающего меня мужчины. Но, когда отец, взяв меня под руку, уводил, он все же не выдержал и в конце мне подмигнул, улыбнувшись кривой улыбочкой. Вот же…

Я отвернулась, почувствовав, как на лице расцветает легкая улыбка. Все же он очень милый и добрый, как бы я на него не хотела обижаться и злиться, не смога, как только он мне искренне улыбнулся.

Отец, заметив, что я где-то летаю, решил вернуть меня на землю:

— Анника, дочка, я понимаю, что эти мужчины очень красивы и ты немного растеряна, но пожалуйста, не строй иллюзий на счет них. Роривер, очень близок к принцам и род хороший. Но он ловелас и подвеса, я бы не хотел, что бы ты проводила в его обществе время. А Латимар… Ну как бы тебе помягче… Он взрослый уже и очень серьезный, не знаю, как еще сказать, — отцу было неловко и трудно подбирать для меня слова, он даже замялся немного по дороге. Мне стало не по себе, хотелось помочь ему и успокоить, что я ни о ком иллюзии не строю, особенно, о рыжих там всяких, но не стала. Все же о Кигане, я мечтала, и давно. А врать отцу, плохо. Не хочу, потом чувствую себя отвратительно, даже в такой мелочи.

— В нем мало мягкости, мне кажется тебе нужен более…

— Более нежный, — все же пришла с подмогой ему.

— Да! Точно, Ника. Более нежный, а Латимар для тебя слишком, грубый. — отец смотрел с нежностью и тревогой, искал в моих глазах одобрения его слов, что я его поняла.

— Хорошо, пап. Ты так не переживай, я ведь, еще, даже не совершеннолетняя и замуж, ещё не собираюсь… — тут я вспомнила своего незнакомца в темноте и осеклась… Да не-е-ет, замуж я еще не собираюсь. Ведь, не собираюсь же? Как-то мой внутренний диалог меня вогнал в ступор. Ну я ведь его даже не видела. Ну да, эмоции захлестнули. Да, что уж говорить. Волной меня смыли. А голос, вообще околдовал. Мне срочно нужно его найти. И убедиться, что я его не выдумала и все мои чувства были настоящими. Ну или разочароваться, что все мои чувства вспыхнули лишь из-за того, что я не могла его лицезреть. А остальные органы чувств просто обострились от темноты.

— Нет, зайка, замуж только после совершеннолетия. И я буду рад, если ты и после не сильно спешила, — вздохнул отец и покачал головой. Ему тяжело дастся мое замужество, я понимаю это, уже сейчас. Он останется один в нашем большом поместье. В меня проникла грусть и почему-то вина, за то, что я оставлю своего папочку одного.

— Пап, я буду с тобой так долго, как только смогу, — взяв его за обе руки, остановила и наплевав на правила светского бала, порывисто обняла отца. Я не видела, но чувствовала, что на его лице расцвела улыбка.

— Зайка, мне всегда будет мало, я всегда буду хотеть видеть свою дочь рядом. Поэтому пообещай мне, что если встретишь своего единственного, то выйдешь за него замуж и будешь бороться за свою любовь. — он тяжело выдохнул и отстранился, чтобы посмотреть мне в глаза, — даже если я буду против. Если чувствуешь, что это ОН, тот маленький остров счастья, беги к нему и…

— Не оглядывайся, — закончили мы вместе мамину фразу. Он сказал слова мамы, которые когда то, она мне говорила. Мы для нее всегда были "островком счастья", так она называла папу, наше поместье. И говорила, что за такой остров, стоит бороться. Как я теперь понимаю, что она и сделала, отказавшись от своей семьи, статуса и наследства.

Мы улыбнулись друг другу и направились дальше. Меня так и подмывало спросить, что же ему сказал Киган, но я не хотела портить свое прикрытие, если вдруг он там немного соврал ради меня. Выясню как-нибудь по-другому.

— Господин Стоунфорд, позвольте представить мою дочь Анника Рориевир.

Мы подошли к одной из ложа на балкончике. Главная Элита, любила отдыхать немного отдельно, а еще мужчины, часто уходили на верх чтобы поиграть в Синие камни и поговорить о работе, даже на балах. И для этого на балконах были сделаны небольшие ложе с диванами и нужной атрибутикой для удобства и уединения, но при этом не отрываться от того, что происходит на самом балу. Я сейчас стояла перед худым и высоким с небольшой