Тогда это казалось хорошей идеей - Кайли Скотт

Она схватила мою руку, пожимая.

— Ты уверена, что у тебя всё хорошо?

— Абсолютно.

— Ты отвезёшь её домой? — спросил отец Пита, стоявшего позади меня.

— Да, — ответил он.

— Адель, завтра я хочу услышать всё о Джереми, — приказала Шанти.

Я только улыбнулась.

Папа снова посмотрел на меня. Он не купился на мою чушь. Затем его взгляд переместился на мужчин за столом.

— Думаю, пора их остановить. Они выпили больше, чем нужно.

— Хорошая идея, — проговорил Пит. — Увидимся завтра.

Рукой, всё ещё лежащей у меня чуть выше задницы, он направил меня к выходу. Он не должен был прикасаться ко мне. Тепло его кожи, проникающий сквозь тонкий хлопок, было слишком успокаивающим. Мысли о том, как его прикосновения будут ощущаться в других местах, заполонили мою голову. Например, как его пальцы, погладят мою руку, скользнут сквозь пальцы, чтобы крепко стиснуть. Были ещё и порнографические сценарии, в которые мы не будем вдаваться. Когда дело касалось Пита, моё воображение мгновенно превращалось из доброго в откровенное.

Ночь была тихой вдали от шума и света. Над головой тёмной фигурой в ночном небе, пролетела летучая мышь. В десять часов стоянка была наполовину заполненной. Он опустил руку, как только мы подошли к его большой машине. Моя кожа покалывала, не потому, что там была его рука. Скорее всего, это сыпь или что-то типа того. В джинсах было удобно забраться на сиденье. На заднем сиденье валялись бумаги, пара инструментов и какая-то одежда. В салоне пахло опилками, землей и одеколоном. Может быть и кофе.

Заурчал двигатель и из колонок запел Вэнс Джой. Я уставилась в окно.

— Мне нравится эта песня.

— Да? — спросил он довольно.

Было что-то интимное в том, что мы находились в темноте в тесном пространстве машины. Что-то давнее и знакомое, удобное и особенное.

Дорога домой заняла немного времени. Мы проехали мимо сувенирного магазина, агентства новостей, аптеки и других магазинчиков. Вдали от города, по дороге к шоссе, находилась пара ананасовых ферм. Несколько фруктовых садов и дамбы. Однако за последние десять лет, несколько крупных объектов были проданы, разделены и превращены в жилые кварталы. Это было грустно. Папа купил свой участок около пятнадцати лет назад, в стороне от главной дороги, подальше от шума и суеты. Когда Пит начал работать с папой, он уговорил соседку, которая владела землёй рядом с нашей, продать её, потому что она всё равно с ней ничего не делала, а ему очень нравился район.

— Они забудут об этом, — сказал он, сворачивая на подъездную дорожку. — Не то чтобы все они не делали того, о чём сожалеют все эти годы.

— Я не беспокоюсь об этом.

Он припарковался в гараже сбоку от дома.

— Будь осторожна, спускаясь.

— Я буду осторожна. — Я улыбнулась. — Не нужно со мной нянчиться.

— Я не нянчусь с тобой, просто присматриваю.

Я не знала, что на это ответить.

— Твой отец убил бы меня, если бы хоть один волосок упал с твоей головы.

— Точно, — сказала я. — Ну, учитывая, что этот мужчина активно поощрял меня лазать по деревьям и играть в футбол, не думаю, что он сильно беспокоится.

Он тихо рассмеялся.

— Если ты думаешь, что я не буду доказывать твоему отцу, что ты в безопасности рядом со мной, то ты неправильно поняла ситуацию.

— Кажется, я часто так делаю. — Я последовала за ним к лестнице. — Хотя сомневаюсь, что я часто буду рядом, так что тебе не нужно посвящать жизнь этому делу.

Зазвенели ключ, он открыл дверь и включил свет.

— Тебе действительно не интересна работа?

— Хочешь, чтобы интересовала?

— Да. — Он бросил ключи и бумажник на столик в прихожей. — Несмотря на все твои разговоры о сожжённых мостах, похоже, тебе не всё равно, что я думаю.

— Я не буду даже думать об этом, если ты не хочешь, чтобы я работала там — я итак стараюсь меньше навязываться тебе, — ответила я. — Как правило.

Он прислонился к столу, с интересом наблюдая за мной.

— Это бессмысленно, верно? — Я подняла руки. — Последнее, что мне нужно — это чтобы моё присутствие на работе было для тебя проблемой или заставило тебя чувствовать себя некомфортно. Никому не будет хорошо в этой ситуации.

— Верно. Но большую часть времени я провожу на стройке.

— И всё же…

Он скрестил руки и склонил голову.

— Что, если у меня нет проблем с твоим выходом на работу?

— Тогда мне нужно будет обдумать это.

В ответ тишина.

— В любом случае… спасибо, что привёз обратно. И за всё. — Я нерешительно шагнула в сторону своей временной комнаты. Раньше я могла читать его намного лучше, чем сейчас. Понимала его настроение, имела представление о том, что происходит в его голове. Сейчас этого нет.

— Верно, — сказал он. — Спокойной ночи.

— Спокойной ночи.

Только он не двигался, и я тоже. Затем он обхватил свою шею, отвернулся и спросил:

— Не хочешь поплавать?

— Э, хорошо. Почему бы и нет?

— Отлично, — ответил он. — Увидимся там.