Мама на полное содержание - Ксения Фави

Директор морщится, перегораживает мне проход к персональному лифту для администрации.

- Случилось твое назначение на должность спеца по вип-клиентам, Васнецова. А у Ковальского опять проблемы с матерью. Старуха окончательно впала в маразм, он этого не понимает. Считает, ее в стационаре бьют. Ты только представь! Посмотри с ним вместе камеры. Ты меня слушаешь вообще? Что за отсутствующий вид?

Я отмираю, делаю несколько шагов к директору. Не знаю, то ли правда хочу услышать его мнение, то ли рассказываю под влиянием момента.

- Павел Павлович, а вы в курсе, что Егор Золотов изначально хотел обратиться в клинику для мониторинга организма? Когда у него созрел план о сурматеринстве?

Густые брови шефа вздымаются над лысиной.

- Ты о чем, Василиса?! - глаза Палыча округляются. - Если завтра Золотов споткнется и придет к нам с вывихом, тебе тоже это покажется странным? Пациентам свойственно обращаться с разными проблемами. Это как раз и хорошо! Значит, человек доволен. Значит, вызываем доверие!

- Ну как-то уж совсем разные цели… - бормочу.

Директор хмурится.

- Послушай, я тебя не узнаю. Неужели такой серьезный случай у Егора Золотова? Хотя раньше трудности тебя не пугали. Давай-ка, напиши заявление на отпуск. Две недели! Пациентов лечащие поведут, кого-то я подхвачу. Отдохнуть тебе надо, Васнецова!

Набираю воздух, чтобы поспорить, но резко передумываю. А правда, чего это я? Мой профессиональный мир и правда встал с ног на голову. Раньше вторым моим именем была сдержанность. Трезвый спокойный подход. Десять раз отмерь, один раз что-то выскажи, позвони.

А сейчас что? Рою информацию, причем забывая про этику. Везде ищу подвох, ввожу в ступор начальство. Да и вообще я как-то зациклилась на Золотове. Надо переключиться.

- Отпуск мне однозначно нужен, Пал Павлович, - серьезно киваю я.

Директор слегка успокаивается.

- Вот и правильно, иди подбей дела. И с Ковальским разберись, успеешь.

Внутренне беру под козырек, внешне киваю. Даже за кофе передумываю идти, прошу офис-менеджера занести напиток в кабинет. Заодно даю задание обзвонить текущих клиентов-випов и сообщить о моем отпуске. Если кому-то я нужна, назначим «свидание» на ближайшие дни.

Сама окапываюсь за рабочим столом. Современная версия Золушки перед балом - уход в отпуск. Нужно перебрать столько дел, и никакой феи вам в помощь. Зато впереди маячит надежда на отдых. А в моем случае - какое-то прояснение мозгов.

Весь день не поднимаю головы. Прерываюсь на короткий обед и заканчиваю просмотром камер совместно с Ковальским. Выслушиваю жалобы шестидесятилетнего бизнесмена на мать. Расстаемся у двери друзьями.

Теперь и мне бы надо связаться с родственниками. Хорошо, они у меня адекватные. Мама на смене, не берет. Потому звоню сразу Маруське.

- Ты за мной приедешь, Василиса?

- Да, как обычно.

Обещаю сестренке на автомате. Хм, а ведь Золотов в любой момент может дать отбой своей «услуге» с водителем. Хотя я почему-то уверена, Виталий будет ждать меня на месте.

- Я успею еще поплавать тогда, - делает вывод Маша, - пока ты доберешься по пробкам.

Такая деловущая и забавная.

- Хорошо, ты молодец.

- Я буду тебя ждать!

Сестренка - одно из светлых пятен в моей жизни. Даже на душе теплеет после короткого разговора. И усталость отступает. С хорошим настроением покидаю кабинет и не подозреваю, что его мне скоро подпортят.

Из клиники я выхожу спокойно. На улице безветренно, светлый ранний вечер уже навевает весну. С удовольствием вдыхая воздух, пересекаю парк. Начинаю высматривать Виталия, остановившись за воротами у железной изгороди. Впереди парковка.

Но не успеваю увидеть привычную машину, как сбоку раздается тоже знакомый голос. Неприятно знакомый…

- Василиса! Можно вас на пару слов?

Вопрос из уст Герасимова звучит скорее утвердительно. А сам он очень быстро оказывается рядом, крупная фигура оттесняет меня от дорожки к забору.

- Что вам нужно? Я тороплюсь.

Мой голос звучит нервно и с раздражением. Собеседник навешивает улыбку, противную.

- Василиса, ну давайте мир?.. Был неправ, выместил на вас злость на покойного супруга. А вы очень милая девушка. Мы могли бы подружиться.

Ох, последнее предложение звучит лисьим тоном. Не зря я опасаюсь.

- Извинения приму, а на дружбу у меня нет времени. До свидания.

Хочу обойти собеседника сбоку, но путь тут же преграждает широкий торс с выпирающим животом.

- А я как раз хотел сэкономить твое время. Ничего, надеюсь, что я перешел на «ты»? Мы, можно сказать, близкие знакомые. Так вот, поехали поужинаем в ресторан, а потом я отвезу тебя домой. Готовить и толкаться в метро не придется.

Вот как.

- Нет, не стоит.

- Василиса!

Я пыталась взять еще правей, но кредитор протягивает руку и перекрывает путь, хватая за плечо. Вот любитель протянуть конечности!

- Вы извинились и снова ведете себя невежливо. Не надо меня трогать.

Герасимов усмехается и становится окончательно ясно - его «извини» не стоит гроша.

- Это я так, по-товарищески, - приторно заявляет он, - не надо стесняться, Василиса.

Не отпускает. Ох, не удивлюсь, если он силком потащит меня в машину. И хоть разговоров не хочется, придется кричать.

- Дайте пройти! - для начала просто повышаю тон.

- Вася…

- Василиса Борисовна, мы едем? Вы уж простите, мне еще внучку из сада забирать.

Рядом появляется Виталий и тоже удивляет - никогда раньше он не предъявлял претензии. И о личном не говорил. Не знала даже, что он такой не старый дедушка.

- Да, сейчас идем, - дергаюсь.

Герасимов от неожиданности меня отпускает.

- Это кто еще?.. - произносит он.

Виталий же делает «морду кирпичом».

- Поедемте, Василиса. Пробки, меня потом моя со свету сживет. Один раз дочка с зятем что-то попросили. Пора-пора.

Новоявленный дедушка быстро берет меня за плечи, только сзади, и уводит от приставучего Герасимова. Притом ловко уворачивается от его клешни и с силой толкает плечом. А Виталий-то не так прост.

- Еще увидимся, Василиса! - обещает вдогонку Герасимов.

Вот ведь привязался! Он напоминает мне собаку, которая бежит следом, только потому, что от нее убегают. Ведь явно для своих нужд мог найти девушку посговорчивее.

Мы с Виталием доходим до машины в молчании. Не решаюсь спросить, действительно ли его ждет внучка. Да и какая разница. Мне остается только поблагодарить работника Золотова.