Проклятые короны - Кэтрин Веббер

– Почему она так со мной поступила? – Роза выплескивала злость на Шена, дюжину раз перечитывая записку Рен. – Именно в тот день, когда должен начаться королевский тур.

– Мне кажется, это не совпадение, – отметил Шен, который воспринял новость с тихим разочарованием. После того как Роза протянула ему записку Рен, он отвел ее на кухню подальше от любопытных глаз и ушей, чтобы приготовить ей чашку горячего чая.

Чай помог Розе сдержать слезы, как и твердая рука Шена, держащая ее руку. Остальные обитатели дворца начали просыпаться. Слуги сновали взад и вперед, готовясь к отъезду близнецов, в то время как конюхи готовили лошадей, которых запрягут в золотую карету.

Роза не могла сосредоточиться.

– И как она смеет указывать мне, что делать! Я пойду за ней, если захочу!

– Не совершай опрометчивых поступков, – предостерег Шен. – Давай не будем делать две проблемы из одной.

Роза бросила на него испепеляющий взгляд. Под гневом скрывалась другая, более сильная эмоция – страх: ее напугала эта записка. Она только нашла Рен – и не могла ее потерять. Ей была нужна сестра, чтобы вместе править страной, объединить ее, показать ей, что значит быть ведьмой. Но дело не только в этом. Ей нужна Рен, потому что она – ее семья, ее вторая половинка.

Или, по крайней мере, так Роза думала о Рен. Впервые увидев сестру в ночь бала, она почувствовала близость, хотя еще не знала свою сестру. Ей так хотелось это исправить. Она мечтала, чтобы они стали настоящими сестрами, связанными не только кровью, но и опытом, и историей, будущим. Но больше всего на свете Роза хотела, чтобы Рен доверяла ей, выбирала ее.

Записка Рен показала обратное. Она больше переживала о Банбе, чем о целом королевстве, чем о сестре и о собственной жизни. Роза погружалась в эти мысли, и ей становилось хуже. Страх, боль и гнев слились в яростный поток эмоций, который невозможно контролировать, а она ненавидела состояние потери контроля.

Она встала.

– О-о-о! Когда она вернется, я объявлю ей такой… строгий выговор!

– Тебе стоит поработать над угрозами. – Шен приподнял бровь.

Роза топнула ногой.

– Королевы не покидают страну по своему желанию, никому не сказав. Они не оставляют свои обязанности или сестер. – Ее голос надломился, но Шен мгновенно оказался рядом и обнял ее. Она уткнулась лицом в его грудь.

– А если с ней что-нибудь случилось? – Роза тут же пожалела, что произнесла эти слова вслух, как будто сам факт их произнесения придавал им силу.

Шен коснулся губами ее волос.

– Верь в нее. Я поставил бы на Рен против кого угодно. Она не отправилась бы в Гевру без плана.

– Какой у нее может быть план? – фыркнула Роза. – Переодеться в белого медведя Бернхарда и вальсировать во дворце Гринстад?

– Думаю, ты сильно переоцениваешь ее магию, – сказал Шен.

Зазвонили колокола на часовой башне – один, два… семь раз. Этот звук вернул Розу в реальность. Рен ушла, и никто не знал об этом. Королевский тур вот-вот должен начаться, а у них не хватает одной королевы. Она отстранилась от Шена и, к своему ужасу, увидела, что оставила след соплей на его рубашке.

Звезды! Могло ли это утро стать еще хуже?

Он сделал вид, что не заметил этого.

– Что теперь, Ваше Величество? – спросил он, убирая от ее лица выбившуюся прядь.

Как раз в этот момент послышалось шарканье приближающихся шагов.

– Вот вы где, Роза! Что, черт возьми, вы делаете здесь в ночной сорочке? – завопил Чапман. – И с мужчиной! Без сопровождения!

– Ты знаешь, что меня зовут Шен, – невозмутимо сказал Шен, – мы видимся каждый день.

Чапман, проигнорировав его слова, повернулся к Розе, занеся перо над свитком.

– Сейчас это не имеет значения. Что будете на завтрак? Мы возьмем его с собой в дорогу, если это не слишком некультурно. А пообедаем в Гленбруке, там есть подходящая таверна. Мы должны успеть туда к…

Роза подняла руку, чтобы прервать его.

– У нас проблема.

– «Стрелы» не смогут приблизиться к карете, – уверил ее Чапман. – Мы отправили отряд на разведку маршрута. Они уехали час назад. – Чапман ткнул пером в ее ночную рубашку. – Или вы в этом наряде? У нас есть время…

– Рен ушла.

Усы Чапмана дернулись.

– Прошу прощения?

– Рен. Ушла. – Роза протянула ему записку. – В Гевру.

Лицо Чапмана побледнело, пока он читал ее. Он достал носовой платок, чтобы вытереть лоб.

– Что ж, ладно, не волнуйтесь, – сказал он скорее себе, чем Розе. – По крайней мере, у нас есть одна королева, и, возможно, лучшая. Мы сможем изобрести какую-нибудь систему, чтобы вы выглядели как два человека… О! Как насчет платья с разными рукавами? Вы могли бы помахать рукой с одной стороны вагона, потом перебежать на другую сторону и помахать рукой с другой?

Шен подавил смешок.

Роза уставилась на управляющего:

– Вы это серьезно?

– Тур нельзя отменить, – настаивал Чапман, – даже из-за вашей странствующей сестры. Подданные ждут вас. Все уже организовано.

Роза помассировала виски, думая и переживая.

– Я нужна своей сестре, Чапман. Мы должны отправиться в Гевру и вернуть ее.

Он провел рукой по подбородку.

– Вы хотите отправить спасательную миссию для… спасательной миссии?

Чапман так энергично потряс головой, что у него задрожали щеки.

– Мы не можем посылать наших солдат на негостеприимную территорию. Король Аларик воспримет их прибытие как угрозу и немедленно предпримет контратаку. Мы можем только надеяться, что у вашей сестры хватило ума переодеться, прежде чем умчаться. Я имею в виду последствия прибытия в Гевру незваного государя из страны, которая недавно убила их наследного принца на свадьбе, призванной объединить страны… – Чапман многозначительно выдержал паузу.

– Чапман, продолжай, пожалуйста, – сказала Роза.

– Неисчислимые последствия! – всплеснул управляющий руками. – Это может быть расценено как объявление войны!

– Все в Гевре расценивают как объявление войны, – отметил Шен. – Они идут на войну за завтраком.

– Именно! – фыркнул Чапман. – Вот поэтому мы не можем позволить себе ухудшить эту ситуацию прибытием королевы в Гевру.

– Вы хотите, чтобы я бросила сестру? – спросила Роза.

Чапман поджал губы:

– Вам стоит спросить себя, Роза, кто кого бросил.

Роза прикусила внутреннюю сторону щеки, думая о Рен, тайком выбирающейся из дома глубокой ночью.

– И да, – продолжил Чапман, – боюсь, вы просто не можете покинуть свою страну в такое критическое время, чтобы участвовать в какой-то дикой гевранской погоне! И вы не можете послать солдат, чтобы вернуть ее домой. Само по себе их прибытие на берега Гевры стало