Проклятые короны - Кэтрин Веббер

Взгляд карих глаз Теи смягчился.

– Это не так. Они просто боятся неизвестного. Но как только они узнают тебя, как только увидят, как сильно ты любишь Эану, как сильно ты любишь их, они полюбят тебя в ответ.

Роза сморгнула слезы:

– Надеюсь.

– Уверена. А теперь принеси мне пергамент, я нарисую карту. – Тея глянула в окно, там уже собралась королевская гвардия. – Но не стоит ее показывать остальным. На всякий случай!

К тому времени, когда все было готово к отправлению, чемоданы упакованы и погружены, Роза с оптимизмом смотрела на предстоящие недели. Шен подтолкнул свою лошадь, Шторм, в строй рядом с королевской каретой, пока девушка крепко обнимала Тею, благодарная за то, что ее карта надежно спрятана у нее за корсажем.

Когда Роза села в золотую карету, а Эльске последовала за ней по пятам, девушка оглянулась на Анадон, на свой дворец – и поклялась, что вернется любимой своим народом королевой. Торжествующей королевой. Она сможет очаровать всю страну, город за городом, дом за домом, если это необходимо.

Эдгар Бэррон просто не знал, с кем имеет дело.

Рен

Глава 11

Ледяные фьорды Гевры нависли над Рен, когда «Секрет сирены» погрузился в Расщелину Смерти. Она видела свое отражение в отвесной скале, искаженную точку, глядящую на заснеженный мир. Холод пробирал до костей. Пальцы на ногах онемели, а зубы стучали друг о друга.

«Я почти на месте, Банба!»

Марино Пегаси провел их по извилистому заливу так, словно занимался этим всю жизнь, и через пару часов фьорды наконец уступили место замерзшей бухте, с берега которой доносился портовый шум. Рен насчитала по меньшей мере сорок кораблей, начиная от потрепанных рыбацких лодок и высоких парусников и заканчивая неуклюжими военными катерами с серыми парусами, которые несколько недель назад проплыли по реке Серебряный Язык. Она узнала королевский корабль – тот, на котором увезли Банбу.

Хотя уже наступил вечер, по городу сновали торговцы и моряки, а рыночных прилавков было больше, чем Рен когда-либо видела в одном месте. Крики продавцов разносились зимним ветром, перелетая через залив.

Пальцы Рен начали подергиваться. Возвращение в Эшлинн, здесь, в Гевре, казалось несбыточным сном, румянец схлынул с ее щек, и мужество вытекло из сердца. Рен постаралась успокоиться, но холод пробирал до костей, усиливая дрожь. Она повернулась и зашагала к капитану. Марино стоял за штурвалом, направляя «Секрет сирены» в порт.

– Мне нужно, чтобы ты вернулся за мной через три дня, – сказала Рен. – Знаю, это не самое подходящее время.

– Ты думаешь, я смог бы оставить королеву Эаны на враждебных берегах? – Марино покачал головой. – Всегда есть другие сделки, которые можно заключить. Я просто надеюсь, что ты знаешь, что делаешь.

Рен рассмеялась:

– Ты же не думаешь, что я пришла на твой корабль без плана, не так ли?

– У тебя синеют губы, – заметил Марино. – У тебя есть теплый шарф? Или немедленное обморожение тоже входит в твой план?

– Возможно, я недооценила погоду.

– Лесси рассказала, зачем ты отправилась сюда. – Он нахмурился и повернулся на запад. – Горный дворец – крепость, вырубленная в самом сердце гор Фоварр. Надеюсь, ты не планируешь перелезать через стену.

– Веришь или нет, но это уже сработало один раз.

– Ты больше не в Анадоне, Рен, – предостерег Марино. – Гевра не дает второго шанса как королевам, так и крестьянам. – Он понизил голос, словно боялся, что ветер подслушает их разговор. – Солдаты и звери патрулируют горный дворец. И если они не поймают тебя, то это сделает мороз.

Рен сложила руки на груди, пытаясь спрятать дрожащие руки.

– У меня есть приглашение от самого короля.

Марино недоверчиво фыркнул:

– А что, если это ловушка?

– Я королева Эаны. Уверена, даже король Аларик Фелсинг обладает здравым смыслом.

– Я бы не был так уверен, – сказал Марино. – Когда молодой принц Радаск в прошлом году посетил дворец с дипломатическим визитом, он потерял три ногтя на ногах и передний зуб. Говорят, он сбежал из дворца в изодранных одеждах.

– Что с ним случилось? – вздрогнула Рен.

Марино пожал плечами.

– Скорее всего, драка с королевским медведем или, может быть, с самим королем. Я знаю точно, что не стоит рассчитывать на гостеприимство Аларика Фелсинга, даже если у тебя есть приглашение. Особенно после того, что случилось с его братом на наших берегах.

Рука Рен потянулась к сумочке на шнурке, она переосмысливала свой план. Марино прав. Глупо просто войти во дворец Гринстад, думая, что корона защитит ее. Аларик Фелсинг играл не по правилам.

– В моей каюте под палубой есть несколько пальто, подбитых мехом, – добавил Марино, – возьми одно.

Рен кивнула головой в знак благодарности.

– Я полагаю, ты не знаешь о древнем потайном туннеле, который ведет прямо во дворец?

– Вот что я называю рискованным делом, – усмехнулся Марино.

– Ты будешь удивлен, – пробормотала Рен. Она собиралась уйти, но капитан остановил ее.

– Подожди! Возможно, есть другой способ попасть во дворец, – задумчиво сказал Марино. – На прошлой неделе я получил партию шафрана в Каро, который хочу предложить посланнику из дворца. Новый повар – Харальд – человек предприимчивый, хочет развить вкусовые рецепторы членов королевской семьи. Он собирается встретиться со мной на рынке.

Рен перевела взгляд на кишащий людьми берег:

– Ага! Ты засунешь меня в один из ящиков со специями.

Марино натянуто рассмеялся.

– Это шутка, верно? О! Или нет?

– Только если ты хочешь пережить это путешествие, – сказал капитан. – Но между ящиками останется достаточно места, если дождешься подходящего момента.

Несмотря на холод, губы Рен растянулись в улыбке:

– Я мастер находить подходящий момент.

Пока команда «Секрета сирены» готовилась к швартовке, Рен поспешила к Селесте, которая спала в капитанской каюте. Не обращая внимания на постоянно нарастающее чувство вины, Рен достала щепотку песка и погрузила ее в еще более глубокий сон.

– Это едва ли можно назвать волшебством, – прошептала она, прежде чем взять подбитое мехом пальто у Марино.

Когда Рен спустилась на берег, последние лучи солнца растаяли за далекими горами. Порт походил на оживленный улей, рыночные торговцы сновали взад-вперед, занимая прилавки, где продавалось все – от свежих крабов и омаров до огромных кусков говядины и баранины. Сыры и хлеб, выпечка с миндалем, шоколадом и ягодным джемом создавали удивительную симфонию запахов, витавшую в холодном ночном воздухе. Рен бродила между прилавками, настороженно поглядывая на Марино, выгружавшего специи.

Повсюду сновали звери,