Командировка в сказку - Линн Рэй Харрис

— Ты хочешь сказать «с нашим ребенком», Лили. — Он высвободил руку и повернулся снова к Денни. — Это мой сын. И в один прекрасный день он станет королем.

У нее перехватило дыхание, когда Нико все-таки дотронулся до щеки Денни. Однако в этот раз она не стала его останавливать.

В следующий момент он перевел взгляд, тотчас сделавшийся холодным и требовательным, на нее:

— Ужин состоится через час. Подготовься, как следует.

Лили скрестила руки на груди:

— Думаю, мне лучше остаться около Денни. У него был тяжелый день. Я ему нужна.

— Не волнуйся, Гизела посмотрит за ним. Она очень хорошая няня, уверяю тебя.

— Мне не нужна помощница, — запротестовала Лили. — Я сама справлюсь.

Он покачал головой, словно осуждая ее. Ну почему она постоянно позволяет ему унижать себя? Два года назад они общались на равных, и у нее ни разу не воз­никало ощущения, что Нико подавляет ее. А теперь чуть ли не каждое его слово она воспринимает как критику. И постоянно кажется, будто ее оценивают. Все это ей не нравилось, ох как не нравилось!

— Тебе еще немало предстоит узнать, Лили. У принцесс много обязанностей. И няня потребуется, чтобы ты с ними могла справляться.

Лили глубоко вздохнула:

— Ему нужна мать, а не няня.

— Ужин через час. Мы ужинаем с королем и короле­вой. Отказ не принимается, — сухо сказал Нико. В две­рях он еще раз обернулся. — Надень что-нибудь под­ходящее. Гизела придет и присмотрит за нашим сыном.

Ужин проходил в королевских покоях, находив­шихся в противоположном крыле дворца. Они были еще более пышными, чем покои Нико. Лили стара­лась поменьше пялиться по сторонам на бесценные полотна, фрески и барельефы, позолоту и лакеев в париках и ливреях.

Когда Нико прислал двух женщин, чтобы помочь ей одеться, она вначале восприняла их появление в штыки. Но, слава Богу, что он это сделал. Лили очень скоро не оставалось ничего, как признать: без них она бы не справилась. Ей принесли такое платье, ка­кое обычно надевают звезды для того, чтобы прой­тись по красной дорожке. Волосы ее подобрали и уложили в аккуратный пучок. У нее раскрылся рот от количества принесенных украшений, которые, без сомнения, стоили целое состояние. Нико сам застег­нул на ее шее бриллиантовое колье, после чего она дрожащими руками вставила в уши серьги и надела браслет. К счастью, он воздержался от каких-либо за­мечаний.

За час, прошедший с начала ужина, королева ни разу не посмотрела в ее сторону, а король постоянно хмурился. Хуже всего было то, что они говорили по-итальянски. А может быть, наоборот, ей следовало радоваться, что ее оставили в покое, ведь не нужно отвечать на вопросы и поддерживать светский раз­говор.

Лили не имела ни малейшего понятия о том, о чем они говорили. Однако она видела, как напряжен Нико, особенно когда высказывалась королева Ти­циана. Каждый раз, видимо неосознанно, он сжимал руку в кулак. «Каково ему пришлось в детстве с та­кими родителями?» — мысленно поежилась Лили.

Во что, спрашивается, она ввязалась?

Не дай бог, Денни останется с ними наедине. Ей нужно будет постараться все время быть рядом с ним. Возможно, конечно, они очень милые люди, а сейчас лишь следуют протоколу? Но что-то Лили сильно в этом сомневалась.

Когда Нико поднялся и объявил, что им пора идти, она без возражений вложила пальцы в его про­тянутую руку и позволила ему увести себя из-за сто­ла. Король что-то сказал вдогонку, но Нико не об­ратил на его слова ни малейшего внимания. Король повторил то же самое уже более резким тоном, и тог­да Нико замер, медленно повернулся и с легким по­клоном произнес несколько слов в ответ.

Лицо короля смягчилось.

— Спокойной ночи, сын, — сказал он. — И спо­койной ночи, Лилиана. Спасибо за то, что присоеди­нилась к нам.

Лили постаралась выполнить наилучший реве­ранс, на который только была способна.

— Спасибо за приглашение, ваше величество.

К тому времени, как они вошли в покои Нико, в ней уже накопилось раздражение. Даже когда она ра­ботала с десяти утра до двух часов ночи на бензоко­лонке за мизерную зарплату, она не чувствовала себя столь униженной. Такое впечатление, будто ее во­обще не было за столом!

— Что сейчас такое было? — спросила Лили.

— Ты ужинала с королем и королевой Монтебьян­ко. Они очень любезны, не правда ли?

Она решила, что это риторический вопрос, и про­молчала. И не ошиблась. Нико налил себе бренди и показал на другой пустой бокал, но Лили отрицатель­но покачала головой. Тогда он отошел от барной стойки и направился к окну, повернувшись к ней спиной.

Как ни странно, но ей вдруг стало жалко его. А еще возросла тревога за своего сына.

— Я даже не представляла себе, что значит расти во дворце, — ласково произнесла Лили. Она огляде­лась. — Как ребенку вообще можно тут играть, когда страшно что-нибудь разбить или испачкать, да и са­мому легко пораниться об острые углы, стекло. Кош­мар!

— Ты права, — отозвался он. — Но я не всегда жил здесь. Первые шесть лет я провел у своей ма­тери.

— У матери? — удивленно переспросила Лили. — Но я думала, что королева...

Нико мрачно рассмеялся, перебив ее:

— Королева Тициана мне не мать, cara. Моя мать умерла много лет назад.

Лили принялась крутить бриллиант на своем кольце.

— Прости. Мне очень жаль. Я не хотела...

— Не важно, — прервал он ее. — Нет смысла оглядываться назад. Это ничего не изменит.

Раздражение Лили сменилось любопытством. Оче­видно, жизнь Нико не была такой уж идеальной, в конце концов.

— Где же ты жил? Далеко отсюда?

Нико сел в кресло напротив, сжимая в руке бокал с бренди.

— Не очень далеко. У моей матери была квартира в Кастелло-дель-Бьянко и вилла на побережье в не­скольких милях отсюда. У меня была хорошая жизнь. — Он пожал плечами и наклонился вперед. — Прости, что тебе пришлось высидеть с ними весь ужин, Ли­лиана. На самом деле мой отец не такой ужасный, но рядом с королевой он более сдержан. К тому же сер­дится на меня, но уже ничего не может изменить. Ни­чего, со временем свыкнется с ситуацией.

— Понятно...

Нико встал и поставил бокал на столик.

— Давай я помогу тебе снять колье.

Лили инстинктивно дотронулась до шеи. Да, ко­лье с застежкой, с которой ей самой не справиться. Она встала и повернулась к нему спиной. Пульс ее участился.

Его большие нежные руки оказались у нее на от­крытых плечах, и приятная дрожь пробежала по ним.

— Итак, — произнес он, — сегодня наша первая брачная ночь, cara. Ты хотела бы еще чем-нибудь за­няться?

— Заняться?

— Si. Мы много чем можем заняться. — Его губы слегка прикоснулись к ее шее. — Или сразу пойдем в спальню?