Самое тихое желание - Александра Питкевич

Пока алхимик не замолк на середине слова, уставившись в окно.

— Иланда, — тихо, словно опасаясь спугнуть громкими словами птицу, позвал алхимик, — кажется, у тебя гости.

Я, сбитая с толку, обернулась. На ковре, под окном, сидел призрачный кроль, вокруг которого вились золотые искры. Дух с нетерпением поглядывал на меня, неслышно постукивая лапой по полу.

— Почему у меня? — медленно вставая, не отводя глаз от сущности, которую не рассчитывала больше увидеть, спросила я, обращаясь к мужчине.

— Потому что свое желание я уже загадал. И оно исполнилось, — также едва различимо отозвался Сольдес. — Теперь твой черед. Поторопись, до полуночи осталось три минуты. Если я верно помню рассказы из детства, у нашего гостя после курантов будет, ох как много работы.

Подгоняемая нетерпением и волнением, я почти упала на колени перед кролем, наклоняясь ближе к длинным, подрагивающим ушам.

— Ты, правда, ко мне?

Усатая морда медленно кивнула, прикрыв глаз, заставив сердце бешено загрохотать в груди. Кажется, я так не волновалась со времен первого полета на метле. Сжав крепче ладони, чувствуя, как тут же взмокли ладони, я нагнулась ближе, прошептав, чтобы слышал только наш гость:

— Пусть у нас с Сольдесом все получится. Пусть мы будем счастливы вместе.

Я понимала, что желание неконкретное. Расплывчатое, но в этот момент моя вера в силу духа была такой крепкой, что я не сомневалась ни на мгновение, что все получится, как надо.

На меня посмотрели внимательные сияющие глаза кролика, а затем усатый принялся умывать мордочку лапкой. Голос, что раздался в моей голове, был высокий, тихий, подобный звону колокольчиков.

«Старое желание. Опять. Настойчивая ведьма. Я получал это желание двенадцать лет назад. Как хочешь. Твое право».

От неожиданности я рухнула попой на ковер, потеряв равновесие, а кроль, не глядя больше на меня, повернул морду в сторону кота. Оторвав голову от подушки, тот недовольно мяукнул, кажется, на весь дом. Мне в этом звуке послышалась обида и крайняя степень недовольства, а кроль натурально захихикал, отстукивая себе в такт лапой по ковру. Выглядело это скорее устрашающе, чем комично.

Так же резко успокоившись, как и рассмеялся, кроль опять глянул на меня, склонив голову набок.

«Дай имя коту, ведьма. Он заслужил».

И дух грядущего года, рассыпавшись на тысячи огней, скользнул под оконную раму, вылетев на двор с первым ударом курантов. Рядом со мной, протягивая бокал, опустился на ковер Сольдес.

— С Новым годом, Иланда. Пусть твое желание сбудется. Чтобы ты там ни загадала.

У меня же все еще не было слов, чтобы как-то описать произошедшее. Кажется, сегодня окончательно замкнулся круг событий, начавшихся много лет назад. Почти. Аллергия еще осталась.

Словно в подтверждение моим мыслям, Соль громко чихнул, чудом не расплескав на себя вино.

— Уголек? — кот демонстративно отвернулся, словно я умудрилась оскорбить его самые светлые чувства.

Мы, оставив стол, кутались в шарфы, намереваясь иди смотреть фейерверки, а эта усатая вредность игнорировала уже восьмой предложенный вариант. Застегнув пальто, я покачала головой, недовольно фыркнув. Кажется, мы скоро дойдем до того, что я выпишу на лист все знакомые мне кошачьи клички, и пусть сам выбирает.

— Раз тебе все это не нравится, значит, потом обсудим. Я старалась. А пока гулять.

— Прости, дружище, — виновато пожал плечами Сольдес, открывая дверь. — Нас ждут фейерверки, а если ты быстро не научишься писать, то еще какое-то время придется побыть безымянным. Идем.

На улице уже раздавались хлопки выстрелов, и на снегу плясали отблески огней, перекрашивая все вокруг радугой. Мы вышли со двора, окруженного высокими деревьями, и оказались на чистом пространстве холма, с которого было видно больше неба, чем города. Огни вспыхивали один за другим, собираясь в рисунки и распадаясь звездопадом. Кажется, мэрия потратила немало средств на этот салют…

— Погоди, — я чувствовала себя так, словно пропустила очевидную вещь. Небо взорвалось сперва тыквой. Затем метлой и котлом, осветившими все небо. Тут догадка стала совсем очевидной, — Соль, а кто делает салюты для города?

— Ты так спрашиваешь, словно не знаешь, — алхимик усмехнулся, глядя, как на небе рассыпаются белыми искрами рисунок кролика, а за ним кота. — Я очень старался. Тем более что меня просили в этот раз отразить самые важные события для города за минувший год. Как думаешь, я справился?

— Определенно, — глядя на то, как небо расцветает настоящими картинами, выдохнула я.

На обратном пути я обратила внимание на то, что снег выглядит сегодня гладким, словно каждый сугроб сверху отполировали и пригладили чем-то горячим. Это смотрелось так необычно, что я даже остановилась, обращая внимание Сольдеса на аномалию.

— Смотри, снег похож на зефир… — мои слова прервало истошное мяуканье. Обернувшись, я уставилась на собственного кота, отчаянно воющего и не сводящего с меня огромных, разноцветных глаз. — Что не так? Ты хвост прищемил?

— Не похоже, — покачал головой не менее встревоженный алхимик, делая шаг в сторону кота. — Может, ему от съеденного плохо?

Черный кот отчаянно затряс головой, так что я немного испугалась, как бы та не отвалилась.

— Да и не выглядит он больным, — продолжила я, хмурясь все сильнее. Меньше всего сейчас хотелось бы искать по городу ветеринара.

— Мряу! Мряу! — истошно орал кот, судя по выражению морды костеря нашу несообразительность. Но в этот раз не помогало даже мое ведьмачье чутье. Как я не старалась, но понять причину истерики мне никак не удавалось.

Потеряв терпение, котяра подошел к ближайшему сугробу и демонстративно уселся прямо перед ним.

— Мяу, — веско было сказано нам.

— И? Снег? Тебе под хвостом подпекло? — растерянно обернувшись на Сольдеса, ища поддержки или подсказки, попробовала угадать я.

Очередным «мяу» меня, кажется, обозвали не слишком лестно, попутно сетуя, что такому замечательному коту досталась столь неразумная ведьма.

— Давай вернемся немного назад, — пытаясь успокоить мои нервы, предложил алхимик. — Кот стал орать, когда мы возвращались. Ты говорила про снег.

— Да, — я кивнула, осматривая кошачьи следы, — я сказала, что снег похож на зефир…

— Мряу! Мря-а-а-у! — взвыл кот, глядя на нас как на самых неразумных существ этого мира.

— Погоди-ка, — Сольдес сжал мою руку, чуть нагнувшись к коту. — Снег?

Кот, глядя сосредоточенно и серьезно, покачал головой.

— Зефир?

— Мряу!

— Ты хочешь зефир? — не поняла я. Раньше таких истерик и странных вкусовых пристрастий у кота не наблюдалось, но мало ли. Все же он не просто кот.

Опять «нет».

— Ило, кажется, он хочет быть «Зефиром», — с сомнением выдал Сольдес, получив в ответ подтверждающий кивок, несколько «мр-р» и круг почета вокруг ног алхимика, с потиранием о штанины.

— Серьезно? — я с сомнением посмотрела на