Никуда не уйти от любви - Наташа Колесникова

— Для чего? — удивилась Таня.

— Ну как же! А еще мне сказали, что Армани предложил в качестве головного убора шлем летчика.

— Вот этот… скафандр, что ли?

— Да нет, кожаный, ну как в сороковых годах были. И даже в тридцатых. Такая ушанка из кожи.

— Не слушай ее, Таня, — тихо сказал, почти коснувшись губами ее уха, Моргачев. — Щипаная нерпа выглядит почти так же, как облезлая кошка. А ушанку летчика могут надеть только те, кому прическа позволяет.

Оксана услышала это, недовольно поморщилась:

— Заткнись, Валера, тебя никто не спрашивает.

— Извини, Оксана, я тоже ни у кого не спрашиваю, что можно говорить моей девушке, а что нет, — парировал Моргачев.

Таня уже поняла, что Оксана хочет познакомить ее со своим бывшим любовником. Наверное, Иннокентий Петрович тоже в этом участвует. Валера его беспокоит, пусть женится и навсегда позабудет об Оксане. Интересно все это устроено. А она должна согласиться? Нет, господа хорошие, извините.

Мать волновалась, провожая ее в гости. Хоть и верила, что Таня знает, как себя вести, а все равно беспокоилась. Все у них трудно, а там — миллионеры которые обеспечили себя и своих детей до старости и теперь борются за то, чтобы и правнуки могли жить при коммунизме. Не соблазнится ли она на легкие деньги?

Не соблазнится. Не так-то все и плохо было у них: жили с матерью дружно, душевно, радовались малым приобретениям, огорчались малыми потерями.

— Не ругайтесь, — сказала Таня. — Нервно щипанная нерпа может вызвать прогрессирующий невроз.

— Откуда ты знаешь? — насторожилась Оксана.

А Моргачев довольно усмехнулся.

— Выпьем на брудершафт, Танюша? — предложил он.

— Нет, спасибо.

— Я бы хотел поближе познакомиться с тобой, у меня есть возможность показать тебе весь мир. Венеция, представляешь, гондольеры, каналы, Дворец дожей…

— И жуткая вонь, — добавила Оксана.

— Париж, Лос-Анджелес, Цюрих, Кейптаун… — продолжал Моргачев. — Все — у твоих ног. Лучшие отели, рестораны…

— Успокойся, Валера, — сказала Таня. — Мне и в Москве хорошо живется.

Оксана злорадно захихикала. Хоть и намеревалась познакомить подругу со своим бывшим любовником, но ее уверенный отказ доставлял куда большее удовольствие, чем предполагаемое согласие. От Бахова не ускользнул этот разговор, да и от всех остальных тоже. Один лишь Пупченко не совсем понимал, что происходит — коли любовники, так чего выпендриваются?

— Ладно, будем жить только в Москве, как скажешь, — с вымученной улыбкой согласился Моргачев.

Он не совсем понимал поведение Тани и совсем не понимал, чего хочет Оксана. Унизить его? Но для чего? Они ведь расстались по-хорошему. Значит, ревнует. Ну, держись, детка, ты сама этого хотела!

Пупченко провозгласил тост за любовь, которая правит миром, все выпили, и первый зам поставил диск с песнями Пугачевой и решительно направился к Тане. Что говорить, спорить, нужно жить и радоваться жизни. А с кем? Ну конечно, не со своей надоевшей женой, есть туг и другие женщины, более привлекательные. А именно — незнакомка Таня, ее-то он и пригласил на танец, к неудовольствию Моргачева. Она пошла танцевать с Пупченко.

— Приглашаю тебя, Ксюша, — сказал он, протягивая руку.

— Перебьешься, — сказала Оксана.

Моргачев огляделся — Степанян уже танцевал со своей женой, Пронин танцевал с женой Пупченко, можно было пригласить его Риту, но… лучше уж Бахова. Хотя тоже не хотелось, и Моргачев остался сидеть за столом. Еще выпил, тщетно пытаясь понять, что же все это значит. Но понял только одно — Таня красивая девушка, и он ее уломает. Рано или поздно. Чтобы досадить Оксане. Подумаешь, библиотекарша С нищенской зарплатой! И не таких гордых видели.» Теперь ему хотелось не просто соблазнить Таню, а заставить ее исполнять все его сексуальные прихоти. Абсолютно все!

7

Таня пила мало, только сухое белое вино, а вот соратники Бахова не стеснялись наполнять быстро пустеющие бокалы и через час были совсем веселыми и раскрепощенными, настоящими гражданами свободной России.

А что им оставалось делать, если по-прежнему никто не понимал, для чего босс устроил эту вечеринку? Если и вправду хотел отметить непонятный праздник, флаг в углу поставил, то следовало пригласить людей из московского правительства, да и нужных чиновников из большого правительства тоже. На фоне флага, в солидной компании, глядишь, и решили бы кое-какие проблемы. Но вместо нужных и важных чиновников пришла какая-то девчонка, подруга жены. Думали, хотят сосватать за Моргачева эту самую подругу, ну ладно, интересно под водочку и хорошую закуску понаблюдать за бесплатным представлением, тем более сам Валера был не против знакомства. Но увы, девчонка его в упор не желала видеть.

Ну а если все так непонятно, то остается только одно: хорошо выпить (свободная Россия все еще жила по советским законам, где за чужой счет пьют даже язвенники и трезвенники), закусить и отвалить восвояси, дабы потом, в более приятной обстановке, обсудить с законной половиной смысл этого мероприятия.

Изрядно захмелев, мужчины увлеклись деловыми разговорами об акциях, инвестициях и предстоящем переделе собственности. У женщин были свои темы. Ирина и Нелли, домохозяйки, как и Оксана, увлеченно обсуждали, что следует носить предстоящей осенью и зимой, и всякие бытовые трудности, которые Таня просто не могла понять. Например, у Пупченко сгорела лампочка в хрустальном бра. Ирина вызвала электрика, чтобы заменил. Тот пришел, вкрутил новую лампочку и потребовал за работу пятьсот рублей. Ирина хотела дать ему двести, но он сказал, что таких цен давно уже нет, инфляция растет. Пришлось выложить пятьсот: как были нахалами эти электрики и сантехники, так и остались. Нелли беспокоила проблема массажисток. Раньше приходили за тридцать долларов, а теперь хотят пятьдесят. За полчаса работы! Выходит, если поработает восемь часов — будет иметь четыреста долларов. В день! Это когда наши учителя и врачи… Маргарита Пронина работала в газете и, похоже, с презрением относилась ко всей компании, в том числе и к Тане. Женские разговоры она сопровождала язвительными репликами, мужские — уничтожающим диагнозом, что вызывало болезненную реакцию на лице ее супруга.

Тане все это было неинтересно. Лампочки она давно уже меняла сама, да и прокладку в смесителе могла заменить, а массажисток просто не приглашала и, сколько они берут за свои услуги, не знала и знать не хотела. Оксана время от времени пыталась втянуть ее в разговор, но Таня лишь вежливо улыбалась в ответ.

Моргачев несколько раз пытался разговорить ее, рассказывал смешные истории, случавшиеся с ним в поездках по миру, анекдоты. Но Таня отвечала все с той же