Истинное наказание - Ольга Вадимовна Гусейнова

Я уже голову сломала, изыскивая способы, как себя обезопасить. И уяснила одно: до совершеннолетия ничего не могу. А двадцать один мне исполнится лишь в июне! И как выжить в течение стольких месяцев?

В Далимской школе Ежению научили многому и знанию законов собственного государства в том числе. И эти самые законы оборотни соблюдают неукоснительно, за их нарушение – смерть. Так вот, согласно своду законов, традиций и правил, для меня создалась буквально безвыходная ситуация.

В Дарглане проживают оборотни разных видовых ипостасей: птицы, волки, лисы, медведи и несколько кошачьих. Поэтому испокон веков существует несколько видов кланов и правила наследования там прописаны сводом законов, которые охраняет Верховный совет кланов.

В смешанном клане главой может быть представитель любого вида. Подобные создаются путем слияния более мелких кланов или родов. Отсюда и глава выбирается старейшинами клана по праву сильнейшего зверя.

Смешанный, но одного вида, в которые входят разные рода или, как тут говорят, стаи. К ним относятся волки. У этих мохнатых тоже работает право сильного при назначении нового главы. Правда, существует одно исключение, это клан Белых. Представители именно этого клана и спасли Ежению в том трагичном нападении. Белые – исключение вообще из всех правил. Они любимчики самой Сияющей и только их главы всегда становятся главами Верховного совета.

Третий вид кланов – родовые, как наш Фир, где почти сто процентов жителей принадлежат одному виду и находятся хотя бы в дальнем или косвенном родстве. Все мы совы, и каждый друг другу пусть десятая вода на киселе, но родич. В родовом клане венец главы по закону всегда наследует старший наследник главной ветви рода. Любого пола. Важно лишь наличие зверя! И только в случае полной утраты, считай гибели, старшего наследника и его прямых потомков, венец главы может быть передан следующему по старшинству родовых ветвей наследнику.

Однако я живее всех живых, плюс мой зверь «проснулся». Хотя я поняла, что это «любимый» дядюшка каким-то темным проклятьем мою сову заблокировал. Та сумрачная комнатка без окон и дверей и клетка, из которой я освободила благородную птицу, была не просто сном. Если верить переданным мне ощущениям от моей теперь пожизненной пернатой соседки.

После памятного пикника мой клан наблюдал, как я частенько летала под облаками, тренировала выносливость и давала волю своему зверю. Укрепляла связь с совушкой и восстанавливала утраченные, точнее, отсутствующие полетные навыки. Поэтому ни о каком лишении меня прав на венец главы клана теперь не может идти и речи. Через несколько месяцев вся власть перейдет ко мне. Если доживу… А вот с дожитием как раз проблема.

И пусть мне эта власть даже даром не нужна, отказаться от наследства нет ни малейшей возможности. Ведь это нарушение традиций и уклада всего Дарглана! И для этого необходимо было бы обратиться в Верховный совет. Райвек на это однозначно не пойдет. И чтобы я не говорила, чтобы не обещала, даже самая покладистая прокладка между стулом главы клана и властным дядиным задом ему совершенно не нужна. У Райвека свой наследник подрастает, зачем ему я и мои будущие дети?!

С момента, когда я месяц назад обрела крылья, дядя изменился. Теперь, когда он смотрел на часы и хмурился, мне казалось, что он видит, как стрелки отмеряют его истекающее время власти. Подгоняют его, тревожат, толкают на более решительные действия.

Глядя на почерневший осклизлый кустик, я осела на пол, ноги отказались держать. Стало страшно до одури. Внутренний голос буквально кричал: что делать? Куда и к кому бежать если никому не доверяешь и никого не знаешь толком? На что жить? Чем заниматься?

И пусть самые сложные вопросы остались без четкого ответа, нелегкое решение о побеге я приняла уже пару недель назад. Когда, выходя из конюшни, в полуметре от меня с крыши «съехали» кем-то «забытые» вилы. Хорошо так в землю вошли, глубоко и ровнехонько, аж закачались от напряжения. Тогда опять Рейтиш уберег: кинул в меня кожаный мяч, которым ребятишки играли неподалеку, с такой силой, что я тот спасительный шаг назад сделала, а перед лицом воткнулись вилы и напоследок треснули меня по лбу вибрирующим черенком. Видимо, сама Сияющая этим черенком вбила мне решимости на побег.

Я уже столько раз хотела откровенно поговорить с Рейтишем, с братом, который младше меня на четыре года и который уже раз пять, если не ошибаюсь, за эти два месяца спас мне жизнь. Но он, словно уж на сковородке, умудрялся избегать любых разговоров. А с тетей… с Артемией мне было страшно говорить о ее муже. Страшно сломать, раздавить морально эту светлую, сердечную женщину, которая для любого находила доброе слово. Она любила мужа безоглядно и безгранично. Она любила сына и даже меня она по-своему тоже любила. И судя по привкусу горечи и отчаянию, Артемия подозревала его в недобрых намерениях ко мне, но не могла этому поверить. Или не хотела.

Сегодня же мое решение сбежать куда подальше окончательно утвердилось. Только для побега нужны деньги и снаряжение. Грубо говоря, транспорт, котелок и палатка, если ночевать на улице придется, еще теплые вещи.

Котелок, палатку и другую мелочевку я уже нашла в поместье и даже сложила, словно бы ненароком, в одном углу в конюшне. В умении летать, как и запрягать, и заботиться о лошади я тоже поднаторела. Осталось главное – деньги! За ними придется пробраться в дядин кабинет. И хвала Сияющей, как здесь к месту и нет поминают, он сегодня укатил на всю ночь с тетушкой в Фир.

До позднего вечера я собирала самые необходимые вещи. В этом новом мире манера одеваться в каждом королевстве своя. Где-то совсем глухие одежды предпочитают, где-то, например в Ирмунде, женщины даже юбки до колен носят. В Дарглане, увы, ярко выраженная самцовость, поэтому одежда женщин пусть и не строгая, но юбку до колена ни одна не решится надеть. Магички и обычные дамочки щеголяют в юбках по щиколотку, подпоясанных широким узорчатым и ярким поясом-кушаком, и симпатичные рубашки с рюшками и с расшитыми жилетками. Зимой нарядные жилеты сменяют плотные шерстяные жакеты или курточки, а из дому выходят в овчинных полушубках и меховых шапках. Оборотницы предпочитают вместо юбки носить юбку-штаны, как мне кажется, это просто показуха. Ведь при обороте одежда прячется в магический кармашек, грубо говоря, то самое подпространство, где обитает зверь, пока телом правит его человеческая часть. Да и штанины настолько широкие, что с виду смотрятся складками обычной юбки.

Поэтому в походную наволочку отправилось несколько теплых юбок-штанов, рубашек, нижних и верхних, жакет с жилетом,