Жестокие игры мажора - Маша Демина

— Завязывайте хуйней страдать, — вмешивается он, удерживая Гора, когда тот пытается встать. — Остынь, чувак, иди лучше реши вопрос с «весельем» на субботу.

Гораев тяжело дышит, прожигая меня взбешенным взглядом, а потом грубо сбрасывает со своего плеча руку Акмала и поднимается из-за стола. Будь на месте Акмала кто-нибудь другой, Гор бы уже въебал ему.

— Принимаешь или отказываешься? — бросает он мне с угрозой в голосе, но меня начинает это забавлять.

Я поджимаю нижнюю губу, выпячиваю ее языком и откидываюсь на стуле.

— Принимаю.

— Притащи в субботу убогую на вечеринку и устрой перед ней грязное шоу с Фирсовой.

Схватив со стола телефон, Гораев толкает Акмала и выходит из столовой.

Легкая ухмылка кривит мои губы, я получаю немного садистское удовольствие от того, что задел оголенный нерв друга.

Око за око.

С минуту мы с Акмалом смотрим друг на друга, пока он первым не нарушает наше задумчивое молчание.

— Не многовато ли тебе вызовов? — он подмигивает мне. — Может, ты облегчишь себе жизнь, Багира? Просто отдай мне ключи от тачки и наше пари закончится.

Я прижимаю кулак ко рту, подавляя рвущийся смешок.

— Я могу сломать тебе пару ребер, Акмал, чтобы тебе удобней было отсасывать самому себе, когда я выиграю наше пари. — Качаю головой. — Даже не рассчитывай, что я проиграю тачку.

Акмал широко улыбается, раскидывая руки в сторону:

— Спор есть спор.

— Он еще не закончен, — напоминаю ему равнодушно. — Через месяц ты отсосешь. Вот увидишь. Так что не отказывайся от моего щедрого предложения по поводу ребер.

— Да пошел ты, — усмехается он и кивает в сторону. — Вон, кстати, твоя ходячая проблема. Стоило только вспомнить.

Я поворачиваю голову к дверям, и мой взгляд цепляется за светлую копну волос, заплетенных в косу.

5.1

Бунтарка, значит.

Ухмыльнувшись, лезу в карман за телефоном и, разблокировав экран, быстро печатаю сообщение.

Тебе нравится испытывать меня, Кукла?

Я отправляю сообщение и, подперев подбородок телефоном, наблюдаю, как она лезет в рюкзак. Не подозревая обо мне, она улыбается своей подруге, но, когда ее голубые невинные глаза опускаются на экран телефона, улыбка исчезает.

Медленно подняв голову, Алиса смотрит по сторонам. И, так и не встретившись со мной взглядом, снова концентрирует внимание на своем телефоне.

Я готов улыбнуться, представляя перспективную игру с этой застенчивой девушкой. Будет забавно разбирать ее на мельчайшие детальки, пока она, моя кукла, окончательно не сломается. Пока я не потеряю к ней интерес. А это случится, как только я выиграю гребаное пари.

Ответ на мое сообщение так и не приходит.

Что ж. Она сама развязала мне руки.

Сжав челюсти, качаю головой и набираю еще одно СМС.

Я тебя предупреждал.

Отправить.

По шее разливается жар предвкушения и мне требуется максимум усилий, чтобы не следить за ее реакцией на новое сообщение.

Вместо этого я ловлю за руку мимо проходящую девушку, вынуждая ее вздрогнуть от испуга, но когда она понимает, что это я, расплывается в улыбке:

— Ой, Илай, привет.

Я подмигиваю ей и подманиваю жестом, чтобы она склонилась ко мне.

— Столик у окна. Блондинка с косой. Видишь?

Девушка высматривает мою цель и через мгновение кивает.

Отлично.

Я беру стакан кофе и протягиваю ей.

— Я хочу, чтобы ты вылила это на ее блузку.

Девушка непонимающе хлопает глазами, и я начинаю жалеть, что остановил выбор на ней. Ненавижу разъяснять простые вещи: пустая трата времени.

— Просто возьми стакан и вылей на блондинку. Что, блядь, непонятного?

Девушка опускает глаза, однако не отстраняется, продолжая стоять в неудобной для нее позе.

— Но она мне ничего не сделала… Зачем мне ее обливать?

Скрипнув зубами, я обманчиво нежно заправляю локон ей за ухо и мягко, но убедительно говорю:

— Потому что я сказал тебе это сделать. Достаточно?

Девушка кивает и, нерешительно взяв стакан, бросает на меня взгляд полный надежды, но я кивком указываю на блондинку.

Я вижу, как девушка сглатывает, крепче сжимая стакан с кофе, но в конце концов выполняет мою просьбу и шагает в сторону Алисы.

Откинувшись на спинку стула, я пристально слежу за развивающимися событиями. Конечно же, подойти и просто вылить стакан кофе у девушки не хватает смелости, поэтому она делает вид, что спотыкается, и уже в следующую секунду на белой блузке моей куклы расползается желто-коричневое пятно.

Алиса взвизгивает и подскакивает на ноги, ошарашенно глядя на свою грудь, к которой липнет намокшая ткань блузки, а потом с таким же ошарашенным лицом смотрит на девушку, облившую ее.

Я не слышу их разговора. Вся столовая оживлена шумным обсуждением и смехом. И это заставляет щеки Алисы вспыхнуть стыдливым румянцем. Но я не позволяю этому зацепить меня. Главное, чтобы выстроенная схема не дала сбой. Алиса ведь не думала, что я буду скучать целый месяц?

И, как я и ожидал, она просит присмотреть за вещами подругу и убегает из столовой.

Я поднимаюсь и следую за ней. Мне не составляет труда просчитать ее маршрут. Поэтому, когда светлая коса исчезает за дверьми в женский туалет, мои губы кривит однобокая ухмылка. Хорошая девочка.

На ходу печатаю сообщение Акмалу:

Подстрахуй у женского туалета.

И захожу следом за Алисой.

Я щелкаю дверным замком раньше, чем она оборачивается и большие голубые глаза с ужасом впиваются в мое лицо.

5.2

Обернувшись, я сталкиваюсь лицом к лицу с Илаем Багировым, и подскочившее к горлу сердце не дает мне вдохнуть.

Господи, что он здесь делает?

Неважно.

Мне нужно убраться отсюда от греха подальше.

Я торопливо застегиваю обратно несколько верхних пуговиц промокшей блузки и вздергиваю подбородок, надеясь, что буду выглядеть круче.

— Выйди, — у меня хватает сил огрызнуться. — Это женский туалет.

Как бы не так.

Он делает шаг ко мне, и становится нечем дышать. Второй — и по всему телу разливается тепло. Третий — щеки вспыхивают.

— Ты ведь делаешь это специально, чтобы привлечь мое внимание? — его низкий голос заставляет кожу покрыться колючими мурашками.

Я ненавижу эту глупую реакцию.

Быстро облизываю пересохшие губы.

— Что делаю?

Моя грудь вздымается.

Хочется отвести взгляд, но почему-то я продолжаю смотреть на его внушительную фигуру, медленно приближающуюся ко мне.

— Не слушаешься.

— С чего бы мне тебя слушаться? — я заставляю себя съязвить ему еще раз, но на самом деле я не хочу этого.

Мне не нужно его внимание.

Но, кажется, я действительно делаю все,