Не Барби для босса - Аня Истомина

Свободной рукой приподнимаю ее ногу за бедро и провожу членом между влажных складок. С трудом сдерживаю стон. Желание — ворваться в глубь его сочащегося влагалища. Завладеть сразу и полностью.

Но мне не хочется рушить то хрупкое доверие, что внезапно вспыхнуло между нами.

Поэтому, я терпеливо жду, когда она расслабится и сама начнет просить продолжения.

Легко толкаюсь бедрами, поглаживая горячую скользкую слизистую. Как дрессированный служебный пес, выполняющий команду, дрожу от напряжения и нетерпения, но продолжаю покачиваться, лаская подрагивающую промежность.

— Жень, — шепчу, глядя Смирновой в глаза. — Ты очень красивая и горячая.

Не жду ответа, впиваюсь в сладкий рот медленным, глубоким поцелуем. Отпускаю запястья и нежные руки тут же обхватывают меня за затылок, зарываясь в волосы.

Медленно подаюсь бедрами вперед и отстраняюсь немного, поддразнивая прикосновениями к чувствительным точкам.

Женя тихонько мычит мне в губы, требуя еще.

Усмехаюсь и снова даю почувствовать напряжение и снова отстраняюсь.

Моя добыча хнычет, жмурясь.

— Нравится? — отлепляюсь от ее губ и жадно вглядываюсь в пылающие от возбуждения глаза.

— Да, — шепчет Женя, притягивая меня обратно, и подается бедрами мне навстречу.

Ее тело изнывает от желания не меньше, чем мое. Просит разрядки. Вздрагивает от каждого прикосновения.

Углубляю поцелуй с одновременным плавным толчком в ее узкую щелочку. Чувствую, как шелковые стеночки плотно обхватывают мой член, плавно растягиваясь при проникновении, и то и дело сжимаются, выбивая из меня остатки разума и самообладания.

Женя ахает, прогибаясь в пояснице, и я вхожу в нее до упора, пока не упираюсь яйцами в дрожащие ягодицы.

— Вот и все, а ты боялась, — усмехаюсь, облизывая пересохшие губы. Отпускаю ее ногу, устраиваясь поудобнее на локтях и начинаю медленно покачивать бедрами, наблюдая за реакцией Женьки.

Женский оргазм — это очень красиво, и я не хочу его пропустить. Набираю скорость, подаваясь чуть резче и быстрее. Женя то замирает, сжимаясь, то подается бедрами мне навстречу и тихо постанывает, закатывая глаза.

Иногда я чувствую, что она начинает пульсировать и пытаться удержать мой член в себе, вот-вот готовая взорваться оргазмом, а потом вдруг будто происходит откат и все идет по новой.

Внезапно Женя протяжно стонет и выгибается, что сбивает меня с толку.

— Жень, — зову ее и ловлю осознанный взгляд. А должен быть пьяный вдрызг. Мутный от желания. Притормаживаю.

— Только не в меня, — испуганно шепчет она.

— Ты кончила? — с сомнением смотрю на нее.

— Да, — бодро сообщает Женька, кивая для убедительности.

— Смирнова, ты симулируешь. — хмурюсь, потому что не понимаю, зачем она врет. — Я ж знаю, как ты кончаешь.

Глава 17. Роман

Прикусываю язык. Вот правда — хуже болтливой бабы.

Женька от неожиданности давится воздухом и начинает судорожно кашлять. Сжимается на моем члене, отчего он снова твердеет и я аккуратно поигрываю бедрами, чтобы не дать ей возможности до конца очнуться.

— В смысле? — выдыхает Смирнова, вжимаясь пальцами в мои предплечья и испуганно смотрит на меня.

— Давай потом об этом поговорим, — толкаюсь резче, но судя по напряженному взгляду понимаю, что хрен-то там.

— У нас что, что-то было? — Женя упирается мне в плечи, пытаясь отстранить, и я со вздохом поддаюсь. Ну, какой смысл от секса, если у бабы в голове активный мыслительный процесс идет?

— Мелочь.

— Боже! Я переспала с вами по пьяни?! — закрывает лицо руками моя Барби и так стонет, как будто вот теперь-то она кончила. Закатываю глаза.

— Это громко сказано, — ухмыляюсь, поглаживая ее по гладкому колену.

— Да какая разница? — Женька нащупывает рукой полотенце и пытается прикрыться, будто я не видел ее минуту назад во всей красе. Чудная. — Ноги же раздвинула по пьяни? Позорище. Мне надо домой.

— Куда? — хватаю ее за руку, когда она ловко соскакивает с дивана. — Жень, ты что, как маленькая?

Притягиваю к себе и удерживаю, обхватив за талию. Мое лицо сейчас на уровне ее талии и я, не удержавшись, раскрываю полотенце и покрываю ее короткими поцелуями.

— Роман Петрович, вы думаете, что я шалава? — шепчет Смирнова, пытаясь выкрутиться.

— Блин, Жень, ну какая шалава? — поднимаю на нее взгляд. — В таком случае, это я мудак. Можешь по морде мне врезать.

— За что? — замирает и хмуро смотрит на меня.

— Между нами не было секса… Как такового. Я просто зашел проверить тебя спящую, а ты такая красивая… А я ж тоже пьяный был после вискаря с шампанским. Ну, и я не удержался… Не рассказал ничего, потому что стыдно стало, что развращал тебя сонную. Боялся, что обидешься.

— Что было-то? — теряет терпение Барби и рычит. Впервые такая со мной. Строгая. Не маленькая девчонка, а настоящая тигрица. И это тоже возбуждает.

— Ща покажу, — ныряю рукой под полотенце и накрываю ладонью промежность.

Женька пытается сжать бедра, но уже поздно. Поглаживаю ее, все так же пристально глядя снизу вверх. Давлю на чувствительную точку. Женя будто на миг теряет равновесие и сжимает мои плечи крепче, закрывая глаза.

Верным путем идем, товарищи.

— Нет, стойте! — приходит она в себя, все же выкручиваясь и отпрыгивая, как от прокаженного. — Давайте закончим.

Запахивает полотенце… и несется в сторону выхода.

Охреневаю на секунду. Еще ни одна дама от меня сбежать не пыталась. Вскакиваю и бросаюсь следом. Догоняю уже возле самой двери. Хватаю за руку, разворачиваю к себе лицом.

— Женя, — тихо рычу, склоняясь к ее лицу. — Мы бы уже могли несколько раз закончить. Но ты сопротивляешься. И я не понимаю ничего! Тебе больно? Неприятно? Что, блин?!

— Да все хорошо, — Смирнова прячет взгляд.

— Тогда что? — разворачиваю ее обратно за подбородок, заставляя смотреть мне в глаза. Судорожно пытаюсь проанализировать. Смутилась, когда сказал, что видел ее оргазм. Поймал с поличным на вранье.

— У тебя никогда не было оргазма, — выдыхаю и Женя вздрагивает. — Я прав?

— Да, я бревно! — гневно выкрикивает она и вдруг начинает плакать, обмякая в моих объятиях.

— Женечка, — испуганно выдыхаю, потому что не знаю, что делать с женскими слезами. Они всегда вгоняют меня в какой-то тихий ужас.

Подхватываю Женю на руки и снова несу ее к дивану, бубня ей на ухо все, что идет на ум.

— Да не переживай ты так, — глажу ее по волосам, а у самого сердце кровью обливается. — Я еще ни одного бревна на своем веку не встречал.

— Ну вот, встретили! — взрывается новыми рыданиями Женька. Успокоил, блин.

— Это тебе просто столяр хуевый попался. — целую ее мокрые щеки. — И кончаешь ты охуенно. Мое имя никто и никогда так красиво не ррррычал.

— Дразнитесь, — укоризненно всхлипывает