Поединок двух сердец - Кэти Максвелл

— Значит, вы… выходите замуж… — лорд Спендер медленно повторил фразу, как будто ее смысл ускользал от его понимания. Он прошелся взглядом по ее растрепанной косе, бриджам, потертым ботинкам, и она пожалела, что не оделась лучше. — Я ни слова не слышал об этом, — выдавил он наконец. — А ведь объявления о предстоящих бракосочетаниях уже оглашены, не так ли? Разумеется, все бы обратили внимание на ваше имя рядом с именем какого-нибудь джентльмена.

— Нет, о свадьбе не было объявлено… — она металась в поисках решения, — поскольку мой жених не из Лифорд Медоуз.

— И откуда же он?

— Из Лондона, — выпалила Мэри первое, что взбрело ей в голову. — О нашем бракосочетании объявят в Лондоне.

Лорд Спендер нахмурившись сидел в кресле.

— Я один из диаконов[9]нашей церкви и должен предупредить вас, мисс Гейтс, что по закону имена вступающих в брак должны быть оглашены также и здесь, в приходе, к которому принадлежит невеста.

— Да… но… он достаточно богат, чтобы рассчитывать на особые привилегии.

— Да? Зачем тогда вообще объявлять о свадьбе? — Он подозрительно прищурил глаза. — Чувствую, здесь что-то не так.

Мэри отбросила условности. Она обошла стол и преклонила колени перед лордом. Коснувшись его ладоней, она молилась только о том, чтобы он не заметил, как дрожат ее руки.

— Милорд, поверьте мне. У моего жениха есть связи. Он мог бы помочь вашему племяннику в Лондоне.

— Правда? — Лорд Спендер пожевал губами так, как будто заглатывал наживку, которую она ему подбросила.

Мэри поняла, что подцепила его на крючок.

— Я расскажу вам все! Но вы должны мне пообещать, что сохраните мою историю в тайне.

— В тайне, — тихо повторил он. Секунду лорд Спендер колебался, но потом любопытство одержало в нем верх. — Можете рассчитывать на мое молчание.

— В течение многих лет я была обручена, — заговорщицким тоном сообщила Мэри.

— Многих лет? — Лорд удивленно распахнул глаза.

— Отец устроил нашу помолвку еще до того, как я достигла совершеннолетия. Поэтому я и была все это время одна — я ждала своего суженого. — Мэри совершенно не привыкла лгать, но постепенно стала вживаться в роль.

— Как зовут вашего жениха?

Мэри не знала, что ответить. Вместо этого она поднесла палец к губам.

— Простите, я не могу. Вы были бы шокированы, если б узнали.

— Признаться, никто в округе не мог даже заподозрить, что все обстоит именно так. Я имею в виду, после того происшествия с сыном Джергена… — Он внезапно умолк. Посмотрев на дверь, словно опасаясь, что кто-нибудь может подслушивать, лорд Спендер тихо спросил: — Мисс Гейтс, скажите, речь идет о сыне лорда Джергена?

— Что? — воскликнула она, пораженная его осведомленностью.

Лорд Спендер наклонился вперед и вкрадчиво произнес:

— Я хочу сказать, теперь, после смерти старого лорда Джергена, титул перешел к сыну. Говорят, его влиятельность в Лондоне — сила, с которой невозможно не считаться. — В его глазах промелькнула внезапная догадка. — Насколько я помню, лорд Джерген был в ярости из-за того, что его сын увлекся вами. Поговаривали, юноша был от вас без ума, но отец не позволил продолжиться вашей связи и категорически запретил сыну приезжать сюда.

— Мой жених не он, — сухо ответила Мэри.

Лорд Спендер с видимым разочарованием откинулся на спинку кресла.

— Ну, что ж, это была только догадка. Хотя тогда все в округе считали, что он обязан сделать вам предложение. Мы были уверены в этом. Он был так обходителен. Должно быть, вы потеряли голову из-за того, что за вами ухаживал молодой наследник огромного состояния. Другие девицы были вне себя от ревности. Но потом он так внезапно уехал… — Лорд Спендер склонил голову набок и лукаво прищурил глаза. — Многие считают, что… ну, вы понимаете. В конце концов, вы проводили с ним много времени наедине… Хотя, знаете, люди любят болтать о подобных вещах, не особенно заботясь, правда это или нет.

У Мэри зарделись щеки. Ей не раз приходилось сожалеть о былом юношеском безрассудстве. Ни ее молодость, ни наивность не могли служить ей оправданием. Связь с Джоном была ее самой большой ошибкой. И она, и ее отец оказались жестоко обмануты. Джон разрушил ее жизнь лживыми обещаниями, украл ее сердце, веру, невинность и ушел, даже не взглянув в ее сторону на прощанье.

Ей было известно, что о них ходят слухи: некоторые могли лишь догадываться, иные утверждали, что знают наверняка. Но она упорно отказывалась что-либо говорить по этому поводу. На самом деле она старалась вообще не вспоминать о своем романе. Тогда она была глупой, безрассудной, хотела выйти замуж по любви, а не по расчету. Она, без сомнения, слепо доверяла Джону и наивно верила в его любовь. Но теперь она точно знала: любви не существует. По крайней мере, в ее жизни. Возможно, Джейн и обрела любовь с Дэвидом, но Мэри понимала, взаимная любовь — редкая удача, которая выпадает в жизни далеко не каждому. Любить безответно — это слишком больно. Зачем потом оплакивать разбитое сердце и чувствовать себя беззащитной и потерянной?

Отец строго-настрого приказал ей хранить молчание по поводу того, что произошло. Даже Джейн не должна была знать. Тогда-то Мэри и нарядилась в бриджи, стянула волосы в косу и с головой погрузилась в дела «Эдмундсона». Работа была для нее искуплением греха, ценой, которую она платила за то, что опозорила себя и свою семью, и за то, что потеряла голову от любви.

Мэри с трудом оторвалась от своих тяжелых мыслей.

— Ничего, — словно со стороны услышала она свой собственный голос, — ничего не было между мной и сыном лорда Джергена.

Спендер недоверчиво покосился на нее.

— Так уж и ничего?

— Ничего. В Лондоне у сына Джергена были более важные дела, чем флирт с дочерью какого-то провинциального помещика. Так что наши пути разошлись.

— Да, но вы были так красивы в юности. Вы и сейчас еще очень красивы. Вы могли бы удержать его. Все молодые джентльмены восхищались вами. Он вряд ли нашел бы кого-нибудь лучше вас.

— Даже если и так… — Мэри закашлялась. — Милорд, спасибо за комплимент, но мужчина, за которого я выхожу, гораздо лучше него.

Лорд Спендер расцвел.

— Более влиятельный?

— И богатый, — заверила его Мэри.

— А он знает, что вы разгуливаете по окрестностям в штанах? — строго спросил лорд. — Его не тревожит ваша, так сказать, самостоятельность?

— Он любит меня такой, какая я есть, — ответила она, сильно сомневаясь, что такой мужчина вообще может существовать.