Под небом Италии - Айрис Денбери

— Думаю, да. Но все дело в том, кто быстрее уйдет со старта и повернет за первый угол на улицу, где другая команда не сможет их обойти.

— Понятно. Похоже на наши гребные гонки. Если вы достаточно проворны, то всегда сумеете воспользоваться своим преимуществом.

В этот момент «синие рубашки», запертые в узком пространстве, вдруг предприняли сумасшедший рывок и, подбадриваемые криками и жестами своего лидера, сумели протиснуться мимо «желтых рубашек» как раз в том месте, где маршрут состязания, изгибаясь, достигал площади. Толпа расступилась, а затем снова ринулась вперед, в то время как «красные рубашки» пытались повторить тот же маневр. Полиция мягко оттеснила зрителей.

— По-вашему, какая команда окажется победителем? — спросила Антония.

Толбот повел ее на другой край крыши, откуда была видна узкая улица, на которой вот-вот должна была появиться первая команда.

— Не знаю. А вы что скажете?

— Я ставлю на «синие рубашки». Посмотрите, как здорово они преодолели этот угол.

— Правильно. А я поставлю на «желтые рубашки». Если выиграете вы, получите два фунта знаменитого перуджийского шоколада по своему выбору.

— А если проиграю?

— Я подумаю, что с вас потребовать. — Он смотрел на далекие холмы за городом, и озорная улыбка кривила его губы. — Скажем, пара сигар в качестве первого платежа.

— Ах! — вздохнула она с притворной серьезностью. — Ничего постоянного. Шоколад будет съеден, а сигары превратятся в дым.

Тут Антония осознала двусмысленность своих слов и покраснела. Получилось так, будто она хотела, чтобы он подарил ей более долговечный подарок.

Но снова всеобщее внимание привлекла команда, показавшаяся на улице.

— «Синие рубашки»! — закричала Антония, хлопая в ладоши.

— А «желтые» у них на хвосте, — заметил Толбот. — Следующий поворот может доказать их преимущество.

Команды вновь скрылись из виду, и Толбот с Антонией присоединились к группе людей, окруживших мэра и других выдающихся горожан. Официант принес поднос с напитками. Толбот и Антония только подняли бокалы за свои команды-фавориты, как археолога подошел поприветствовать мэр.

Будучи представленной главе города, девушка была рада, что может ответить на приветствие на его родном языке. Мэр пожелал ей успехов, и тут рев и ликование толпы возвестили о том, что восковые фигуры приближаются к финишу. Спешно обменявшись поклонами и рукопожатиями, мэр и его друзья вернулись к специально предназначенным для них местам, а Толбот и Антония побежали на угол крыши.

— «Синие рубашки» лидируют! — в восторге воскликнула девушка.

— «Желтые рубашки» еще не проиграли, — возразил Толбот.

— А что будет с нашим пари, если вдруг «красные рубашки» возьмут и победят? — лукаво улыбнулась Антония.

— Тогда оно будет признано недействительным. Вы лишитесь вашего шоколада, а я — сигар. Так что вам лучше не надеяться на то, что выиграет аутсайдер.

На площади было очищено место, и толпа отступила, чтобы дать всем командам равный шанс пересечь финишную прямую. Но «синие рубашки», из последних сил тащившие на плечах свою ношу, сделали последний рывок и победили, всего на пару ярдов обойдя соперников.

— Ваш шоколад спасен, — поддразнил Толбот Антонию. — Вы получите свой выигрыш как можно скорее. А теперь обедать.

Они с Толботом спустились вниз. Он заставил девушку взять его под руку. Антония удивилась этому дружескому знаку, хотя и была признательна ему за предусмотрительность. Ей совсем не хотелось потеряться в праздничной суете.

Наконец они добрались до ресторана на углу тихой улочки и оказались в темном, похожем на пещеру проходе, ведущем на увитую виноградом террасу. Контраст между возбуждением, царящим снаружи, и оазисом тишины и прохлады заставил Антонию вздохнуть от благодарности и удовольствия.

— Как вы сумели найти такое прекрасное место? — спросила она Толбота, который изучал меню.

— Вы забыли, что я был минералогом. Воспользовался своей лозой. — Он рассмеялся. — Признаюсь, я уже бывал здесь и заказал столик на сегодня. Вы предпочитаете умбрийскую кухню или европейскую?

— О, умбрийскую, пожалуйста, — поспешно ответила Антония. — Я надеюсь, что избавилась от английской ограниченности.

Все, что Толбот заказал, было изумительно вкусно — горный барашек и черные трюфели, особый перуджийский сыр и местное вино. После долгого, неспешного обеда Антония с Толботом прогулялись по улицам города, теперь не таким шумным, поскольку многие горожане и приезжие зрители отправились отдохнуть и как следует подкрепиться.

Они дошли до римского амфитеатра и уселись на ступеньках в самом центре, воображая, что внизу, на сцене, идет представление.

— Здесь устраивали бои гладиаторов? — спросила Антония.

— Возможно. Но думаю, в основном спектакли и другие представления. Может, выступал цирк. Там, наверху, есть личная ложа консула. — Он показал на сооружение с двумя арками, к которому вели несколько ступеней.

— Кто занимает ее в наши дни?

— Мэр и его высокопоставленные гости.

Когда они забрались на самый верх амфитеатра, Антония остановилась, глядя на город.

— Желтый камень, древние серые здания, красно-коричневые крыши… похоже на средневековый город, изображенный на геральдическом рисунке, — пробормотала она.

— Думаю, он сохранил свой средневековый характер в значительно большей степени, чем другие итальянские города. Он не такой большой, как Перуджа, и не привлекал столько внешних врагов, а разрушен был в результате кровавой междоусобицы.

Гуляя, Антония с Толботом неспешно обошли город. Археолог показывал ей дворцы и обращал внимание на интересные детали: дворик в стиле Ренессанс, великолепный фасад…

— Мы должны приехать сюда еще раз и взглянуть на знаменитые эвгубинские плиты во Дворце консула, — предложил Толбот.

— А что это такое? Простите мое невежество.

— Это бронзовые дощечки. Их ценность в том, что они содержат указания по совершению религиозных обрядов, написанные на умбрийском, этрусском, а также на латыни. Это один из немногих образцов языка этрусков или умбрийцев.

— Что произошло с этими языками? Неужели они не сохранились хотя бы в форме диалектов?

— Римляне полностью уничтожили все формы других языков, — ответил он.

Пока Антония размышляла над этим, они подошли к фонтану, расположенному в центре площади, и она с удивлением заметила процессию, быстро кружившуюся вокруг фонтана.

— Похоже, у них осталось достаточно сил бегать вокруг фонтана даже после обеда, — заметила девушка.

— Наверное, поэтому он и называется фонтан Сумасшедших. А ну-ка, давайте присоединимся к ним.