Закон счастья - Хелена Фенн

Тетушка Пам с мужем Шарлем еще в полдень отправились на автобусную станцию в Париж, чтобы встретить Лорну и Гэри. На этом настоял Виктор. Сам он остался дома, желая, чтобы первое свидание с сыном состоялось не в зале ожидания, а в домашней обстановке.

Метнувшись к двери, Мейбл увидела всю компанию, направлявшуюся в дом. Виктор ждал гостей у порога, и, едва взглянув на него, она поняла, как тот напряжен. Его взгляд прямо-таки был прикован к фигурке маленького мальчика, шагавшего рядом с Лорной.

Картина происходящего представлялась Мейбл словно состоящей из разрозненных фрагментов. Вот Виктор двинулся вперед и остановился. Увидев его, Лорна ускорила шаги, крепко держа Гэри за руку. Приклеенная к ее губам улыбка казалась фальшивой, а показная бодрость — наигранной. Блеск в глазах был каким-то лихорадочным и выдавал плохо сдерживаемое раздражение. Подходя к Виктору, чтобы запечатлеть на его щеке приветственный поцелуй, она рывком потянула мальчика за собой, словно непослушного щенка.

Мейбл стиснула кулаки. Если у нее и оставались сомнения относительно былого решения скрыть от всех тайну происхождения сына, то сейчас она окончательно утвердилась в том, что так и следовало сделать.

А Гэри между тем выдернул руку из цепких пальцев тетки и бросился к матери.

— Мамочка! А мы плыли на пароме! — восторженно залепетал он. — А потом мы видели огро-о-мную железную башню.

Сердце Мейбл сладко заныло от счастья. Она присела на корточки и заключила сынишку в объятия. Гэри приник к матери, а она, подхватив его на руки, поднялась, со смехом целуя и ласково теребя ему волосы.

Шарль Корте, такой же высокий и стройный, как сын, наблюдал за этой сценой с неподдельным интересом в глазах. Тетушка Пам неуверенно улыбалась. Виктор по-прежнему находился возле Лорны. Та уже успела взять его под руку и поглаживала пальцами по рукаву рубашки, словно желая показать, насколько они близки.

Мейбл опустила сына на ноги и подвела его к Виктору.

— Это Гэри, знакомьтесь.

На лице Виктора появилась теплая улыбка.

— Ну здравствуй, малыш!

Наступила неловкая пауза. Мальчик молчал, крепко держа мать за руку. Обстановку скованности разрядила Лорна, погладив племянника по голове.

— Может, покажем ребенку, где он будет спать?

— Разумеется, — тут же подал голос Виктор и присел перед сыном на корточки. — Гэри, хочешь перекусить с дороги, а потом послушать сказку на ночь? Или сначала искупаешься в ванне? Ну а твою кроватку мы поставили в комнате мамы.

Малыш продолжал молчать, настороженно глядя на незнакомого дядю, а Мейбл с волнением наблюдала за ними обоими. Она и прежде знала, что отец и сын очень похожи друг на друга, но сейчас это было особенно заметно.

— Кто это, мама? — поднял к ней личико Гэри.

Мейбл замешкалась, не зная, как представить Виктора. А тот, протянув сыну руку, обменялся с ним рукопожатием, как со взрослым.

— Меня зовут Виктор Корте. Мы недавно разговаривали по телефону, помнишь?

Гэри на секунду задумался, а потом кивнул.

— Да, помню.

— Вот и прекрасно. — Виктор поднялся с корточек и обратился к стоявшим в сторонке родителям. — Мама, проводи, пожалуйста, Лорну в ее комнату. А я покажу Гэри, где находится его кровать…

— Нет! — упрямо возразил малыш. — Я останусь с мамой.

Мейбл обняла сына. Ей было хорошо понятно его состояние. Гэри устал за день, совершив переезд в другую страну и попав в незнакомую обстановку. Его нижняя губа уже начинала подрагивать, и ребенок готов был вот-вот расплакаться.

— Да, мой родной, ты останешься со мной, — как можно спокойнее заверила его Мейбл, прижимая к себе. — А ты помнишь, мой славный, как спрашивал меня, где твой папа?

Гэри кивнул, внимательно глядя на мать.

— Ну так вот, Виктор и есть твой отец, сынок. И сейчас мы все вместе отправимся в комнату, где стоит твоя кроватка, ладно?

После долгой паузы мальчик поднял глаза на Виктора и спросил:

— Если ты мой настоящий папа, почему же тогда не живешь с мамой?

Еще час взрослые старались успокоить и развлечь Гэри. Со стороны могло показаться, что в доме собралась большая дружная семья, в которой отсутствуют опасные подводные течения. Но на самом деле ситуация в любой момент могла взорваться, подобно долго дремавшему вулкану, и тогда наружу выплеснулись бы потоки взаимных обвинений.

Когда сын наконец уснул, Мейбл спустилась из своей комнаты на первый этаж и сразу же столкнулась внизу с Виктором. Тот явно поджидал ее, сидя в кресле.

— Нам нужно поговорить, — заявил он.

— Только не здесь, — тихо произнесла Мейбл.

— Хорошо…

Поднявшись со своего места, Виктор шагнул к ней, взял за руку выше локтя и повел по коридору. Этот жест был одновременно и интимным, и пугающим. Отворив одну из дверей, он пропустил Мейбл в комнату с огромной двуспальной кроватью, расположенной между двух зашторенных окон.

— Это твоя спальня? — Она с беспокойством остановилась за порогом. — Нет, здесь я говорить не желаю!

— Не волнуйся, я не собираюсь посягать на твою честь…

— И все же нам лучше отправиться в сад.

— А ты уверена, что Гэри не проснется и не станет звать тебя?

Мейбл на секунду задумалась. Перед сном она искупала сына, надела на него желтую пижамку из мягкой фланели и рассказала его любимую сказку о добром волшебнике. Сейчас мальчик уже сладко спал.

— Если Гэри позовет меня, мы услышим из сада.

— Тебе не понравилась моя спальня? — с усмешкой спросил Виктор, остановив взгляд на кровати.

— Не в этом дело. — Мейбл торопливо отвернулась от обширного ложа.

Она уже успела представить на нем себя и сейчас испытывала неловкость.

— Что ж, в сад так в сад! — решительно произнес Виктор.

Миновав гостиную, где пили чай Памела, Шарль и Лорна, они вышли на террасу, а оттуда спустились в темноту сада, благоухающего ароматами ночных цветов.

— Чудесный у меня малыш! — с чувством гордости заявил Виктор, останавливаясь у клумбы. Здесь дорожка, по которой они шли, расходилась в двух направлениях.

— Да, он замечательный мальчик, — кивнула Мейбл и добавила: — Извини, что я так неудачно представила вас друг другу.

— Ничего, все могло бы быть хуже. Думаю, сын скоро забудет о моем долгом отсутствии в его жизни. Мы станем друзьями.

Мейбл подняла на Виктора глаза и увидела, что он улыбается. Однако она понимала: пройдет еще немало времени, прежде чем Гэри освоится с мыслью, что отныне у него есть не только мама, но и папа. Осознание этого факта всколыхнуло в ее душе чувство вины. Как можно было лишать одного — отца, а другого — сына!