Жемчужина Сиднея - Паола Маршалл

Эстер не требовалась неделя, чтобы принять окончательное решение, но она обещала Тому неделю и собиралась сдержать свое слово. Она с самого начала знала, что примет его скандальное предложение. Девушка готова была и душу продать в обмен на безопасность. Быть может, на настоящий брак она бы не согласилась, но стать хозяйкой и домоправительницей это совершенно другое дело, не так ли? Том уверял ее, что всегда выполняет свои обещания, и оставалось уповать лишь на его честность.

Она будет устроена, и скучать ей не придется. Том говорил, что хочет беседовать с ней. И где же будут происходить эти беседы? За чаем, возможно, или во время мирных прогулок по саду.

Как-то это не вяжется с их прошлыми разговорами. Вечно ее так и тянет сказать что-нибудь непристойное. Что же будет, если она окажется с Томом наедине за запертой на ночь дверью?

В конце концов, Эстер решила поменьше об этом думать. Она была уверена, что бояться ей нечего. Неужели Том воспылает к ней страстью после Мэри Махони?

Ее размышления были прерваны появлением посыльного (опять!) с корзиной фруктов и цветов для мисс Уоринг и миссис Кук.

— Если бы я не знала вас обоих, то решила бы, что у вас появился поклонник, мисс Уоринг, — с удивлением заметила миссис Кук.

На следующий день, встретившись с Эстер на улице, Том радостно поклонился ей. По его виду девушка поняла, что он опять собирается поиграть с ней в «кошки-мышки».

— Сегодня у меня еще нет ответа, — решительно заявила Эстер. — Неделя еще не кончилась, а вы ничего не добьетесь, закидывая меня фруктами.

— Ах, так вам с миссис Кук не нравятся фрукты? Жаль. Может, следовало послать вам вина? Я знаю, что вино вы любите. — Его веселые глаза были полны насмешки, хотя лицо оставалось серьезным.

— Вы не должны ничего мне присылать, пока я не приму решение, мистер Дилхорн. В противном случае я могу подумать, будто вы пытаетесь меня подкупить.

— По-вашему, это неразумно, мисс Уоринг? Но в бизнесе это обычное дело.

— Речь идет не о бизнесе, мистер Дилхорн, — возразила Эстер.

— Разве? А я полагал иначе. Мы даже, помнится, говорили о подписании контракта.

— Это вы говорили о подписании контракта, мистер Дилхорн, — ответила девушка, удивляясь, с какой легкостью ему удается ее рассмешить. — Я вообще говорила очень мало.

— И это очень разумно с вашей стороны, мисс Уоринг. Молчание — золото.

— По-видимому, мне вообще следовало молчать, чтобы вы не заваливали меня своими фруктами, вином и… — Эстер умолкла и жалобно добавила, — Ну почему у нас все разговоры такие нелепые?

Том окинул ее суровым взглядом.

— Если бы вы оставили в покое мои подарки, мисс Уоринг, мы могли бы обсудить нечто более серьезное и важное. К примеру, сущность троицы.

Проходящая мимо почтенная дама была шокирована видом хохочущей Эстер Уоринг.

— О, вы невозможны! — выдавила, наконец, Эстер. — Ничего не говорите больше. Я дам вам ответ во вторник, а вы должны пообещать, что будете серьезным… в противном случае я не ручаюсь за свое поведение.

Выйдя из здания школы в следующий вторник, Эстер обнаружила у двери дожидающегося ее Тома. Он взял сумку у нее из рук и пошел с ней рядом. По-видимому, на этот раз он действительно намеревался оставаться серьезным, и Эстер с удивлением ощутила некоторое разочарование.

— Хорошо день прошел, мисс Уоринг? — Тон вопроса настолько не соответствовал обычной манере Тома, что у Эстер возникло неожиданное желание захихикать, как иногда бывало в церкви в самый торжественный момент проповеди.

— Да, конечно, мистер Дилхорн, — ответила она, — а у вас?

— Сносно, мисс Уоринг, сносно.

Дальше они шли молча, встретив на своем пути несколько изумленных взглядов. Что может делать добродетельная мисс Уоринг в обществе бывшего каторжника Тома Дилхорна?

Подойдя к двери дома миссис Кук, Том снова снял шляпу и спросил:

— Вы готовы оказать мне честь и сообщить свое решение, мисс Уоринг?

Эстер бросило в дрожь. Теперь, когда момент истины, наконец, наступил, она испугалась, что не сумеет сказать ему то, что должна сказать.

Предложение Тома не выходило у нее из головы. В конце концов, Эстер пришла к выводу, что единственным человеком, который получит от этого какую-то выгоду, окажется она сама. Том предлагал ей так много в обмен на сущую мелочь, а единственное, что от нее требуется, это назваться женой Тома Дилхорна. Те же, кто станут ее осуждать, понятия не имеют, что ожидает ее в противном случае.

Все эти мысли вернулись к ней, пока она смотрела на Тома. Он был таким высоким, что возвышался над ней, словно башня. Эстер впервые почувствовала себя рядом с ним неуютно. Том заметил это и отступил на шаг. Девушка слегка воспрянула духом.

— Конечно, мистер Дилхорн. Я с радостью принимаю ваше предложение и выйду за вас замуж в любое, удобное для вас время.

Том с поклоном поднес ее руку к губам, удивив не только Эстер, но и идущую по улице старушку. «Мы потрясем весь Сидней», — подумала девушка, сдерживая очередной приступ смеха.

— В таком случае, мисс Уоринг, я обязан пригласить вас в свой дом… поскольку скоро он станет вашим… чтобы вы могли внести в его обстановку все необходимые изменения.

— С радостью сделаю это, мистер Дилхорн, и выпью с вами чаю, если позволите. Но, думаю, мне надлежит прийти к вам в сопровождении компаньонки.

Он поклонился снова.

— Ах, мисс Уоринг, я уже вижу, как облегчит ваше присутствие мою дальнейшую жизнь. Вы знаете все о правилах приличия. Кто же будет вас сопровождать?

— Я полагаю, миссис Райт согласится стать моей спутницей.

— Но что на это скажет лейтенант Райт?

— Что ж, вынуждена заметить, что Френк всегда соглашается с желаниями своей жены, а кроме того… — Эстер робко взглянула на Тома, решив в свою очередь поддразнить его, — думаю, что Люси не терпится увидеть то, что весь Сидней называет вашим варварским жилищем.