Жемчужина Сиднея - Паола Маршалл

— Вы не устаете меня удивлять, мисс Уоринг, — искренне признался Том. — Когда мне следует ожидать вашего визита?

— В следующую пятницу, если вас это устроит, в четыре часа пополудни. К этому времени мы все успеем пообедать и будем готовы выпить чашечку чая.

— Буду ждать вас обеих в этот час. Это будет лебединая песнь моей экономки, прежде чем бразды правления возьмет моя жена.

Том снова поклонился и отдал Эстер ее сумку. Девушка решила, что только мистер Том Дилхорн способен договариваться о браке прямо посреди улицы. Зато ей не пришлось приглашать его в дом и объясняться с ним на глазах у любопытной миссис Кук. Интересно, он хоть что-нибудь делает необдуманно?

В ушах Эстер эхом отдавались его последние слова.

— Уверен, что вы не пожалеете о нашей сделке, мисс Уоринг.

Том Дилхорн ушел легкой походкой, залихватски сдвинув шляпу набекрень: он был чрезвычайно доволен собой и жизнью. Зато Эстер Уоринг не знала, что и думать.

Эстер надела свое лучшее платье, которое, по ее же собственному убеждению и слова доброго не стоило, и отправилась к Люси Райт. Люси приняла ее радушно, жестоко упрекая себя за то, что с последнего визита Эстер прошло так много времени.

В прошлый раз Эстер повела себя так необычно, что когда Люси выразила желание пригласить ее на рождественские праздники, Френк впервые заартачился и заявил, что не допустит этого.

Люси помнила недавнее замечание Сары Керр о том, что Эстер голодает. Ее платье было таким же поношенным, как раньше, и с этим Люси ничего не могла поделать. Но зато она могла ее накормить.

Она велела подать чай, хлеб с маслом и несколько ломтей сливового пирога.

— С чего это хозяйке приспичило в такое время чай пить? — поинтересовалась служанка, а кухарка лишь фыркнула в ответ:

— О, это для бедняжки Эстер Уоринг. Она с хлеба на воду перебивается с тех пор, как умер ее папаша.

Затруднительное положение, в котором оказалась Эстер, давно уже было предметом обсуждения среди прислуги, тогда как хозяева ни о чем не догадывались.

Эстер старалась есть без особой жадности. Непростая задача. В последнее время она стала питаться лучше, но денег все равно не хватало. Девушка заломила руки: ей было трудно обратиться к Люси с просьбой о столь невероятном одолжении. В конце концов, она резко произнесла:

— Люси, я хочу кое о чем тебя попросить.

— Ты знаешь, что я ради тебя на все готова.

Люси нравилось думать о себе, как о чрезвычайно великодушном человеке, и она всегда находила рядом тех, кого Френк называл «ее несчастненькими». Эстер Уоринг он считал самой «несчастненькой», и Эстер прекрасно это знала. Но то, что она собиралась сказать, очень бы его удивило.

— Люси, я скоро выйду замуж за Тома Дилхорна.

Ошеломив подругу этой невероятной новостью, она умолкла.

— Замуж! За Тома Дилхорна? О, Эстер, ты хорошо подумала? А другого никого не нашлось? Разве ты не знаешь, что он бывший каторжник? Говорят, его привезли сюда в цепях! Ты же все-таки леди!

— Нет, другого не нашлось, — с болью в голосе ответила Эстер. — И не найдется. Никогда. Мне нравился капитан Паркер, но ты же знаешь, что он никогда не сделает мне предложение. У меня нет ни денег, ни даже приятной внешности. Не секрет, что все вокруг считают меня дурнушкой. Я знаю, что другие офицеры даже отпускают шуточки на мой счет.

Ее до сих пор мучило горькое воспоминание о том, как капитан Джек Кэмерон обозвал ее «жалким отродьем Фреда Уоринга».

— О, нет, Эстер, — воскликнула мягкосердечная Люси. — Это неправда.

Но одного взгляда на лицо Эстер было достаточно, чтобы понять: она знает о чем говорит.

— Но… Том Дилхорн… Я понятия не имела, что ты знакома с ним.

— Я встречалась с ним в школе. Он был очень добр ко мне. Я думала, что он будет препятствовать мне из-за вражды с моим отцом, но, как оказалось, именно благодаря ему я и получила место учительницы.

Она помолчала, но затем отважилась раскрыть Люси маленькую, очень маленькую частичку правды.

— Мне кажется, Тому нужна не только жена, но и экономка, поскольку миссис Джонс уезжает.

Если Люси и подумала, что это самая неподходящая причина для брака, то ничего не сказала. Также она решила не отговаривать Эстер от замужества с Томом, каким бы неподходящим мужем он ей ни казался. Ясно, что ничего лучшего Эстер не светит. Но Том Дилхорн! Ему-то зачем жениться на ней?

— Я совсем его не знаю, — призналась Люси. — Я даже ни разу не разговаривала с ним.

Неожиданно она вспомнила, как Сара Керр в ответ на ее упрек по поводу дружбы с «этим мошенником Дилхорном» заявила, что они с Аланом скорее расстанутся со всеми своими друзьями, чем с Томом.

Люси немного повеселела.

— Но Сара и Алан Керры очень высокого мнения о нем. Значит, хоть что-то хорошее в нем есть.

— Да, — согласилась Эстер. Она не собиралась обсуждать с Люси личность Тома или причины ее замужества. — Ты не будешь возражать, Люси, если я попрошу тебя прийти вместе со мной на чай к Тому в пятницу? Он считает, что мне следует осмотреть его виллу, а твое присутствие поможет соблюсти приличия. Френк тебя отпустит? — с неожиданной прямотой поинтересовалась она.

«Боже мой, я научилась хитрости у Тома Дилхорна!» Эстер прекрасно знала, что после такого вопроса Люси не сможет отказаться.

— Отпустит! — с жаром воскликнула Люси. — Пусть только попробует не пустить! Я всего лишь помогу своей лучшей подруге нанести визит ее будущему мужу. Что в этом плохого? А кроме того, Эстер, я горю желанием осмотреть его новую виллу. Говорят, это нечто невообразимое. Мне не терпится увидеть ее поскорее! Кстати, я заеду за тобой, и мы отправимся вместе в моем экипаже. Будет верхом неприличия, если я приеду, а ты придешь пешком.

Настала пятница, и Люси, как всегда блистательная, в новом платье из кремового муслина, подъехала к дому миссис Кук, чтобы забрать Эстер. Она велела изумленному кучеру отвезти их к новой вилле мистера Дилхорна.

— А хозяин знает? — грубо поинтересовался кучер.

— Я не нуждаюсь в его разрешении, — высокомерно заявила Люси. — Трогай.

Снаружи вилла Тома казалась классическим особняком с прекрасными пропорциями. Но внутри все было иначе. Просторную прихожую украшали лишь две бело-голубые китайские вазы неимоверных размеров и огромная бронзовая урна на деревянном основании.

Урна была покрыта замысловатой резьбой, а вокруг нее обвивался дракон с оскаленной пастью. На каменном полу лежал китайский ковер самых нежных оттенков.

Надменная миссис Джонс (считающая своего хозяина безумцем за его страсть к восточному искусству) провела гостей в комнату, где их дожидался Том. На большинство англичан, привыкших к стилю эпохи короля Георга, это помещение производило еще более ошеломляющее впечатление.