Одно воспоминание Флоры Бэнкс - Эмили Барр

— Пакет не слишком прочный, — предупредила она, протягивая его мне, — но пальто отличное. Очень красивое. Поздравляю, Флора.

Я попыталась найти слова и ответить, что предпочитаю хорошее пальто в плохом пакете, а не наоборот. Но вздрогнула, когда она назвала меня по имени. Я посмотрела на женщину. У нее было круглое лицо, короткие темные волосы, и я ее не узнала. Возможно, мы ходили в одну школу. Я своего прошлого не помнила. Мне очень не понравилось, что она меня знает, а я ее — нет.

— Спасибо, — ответила я и вышла.

Я остановилась на углу, раздумывая, не надеть ли пальто. Мне определенно стало бы слишком жарко, но куда приятнее нести его на своих плечах, чем в рваном коричневом бумажном пакете. Я сунула руку в карман платья, подумав, что внутри есть что-то достойное внимания.

Это был листок бумаги, многократно сложенный. Карта. Не нарисованная от руки, а напечатанная, с желтыми улицами и отмеченными на них названиями. Кто-то поставил крестик на Морраб-Гарденс и написал «Дом» рядом с этим названием. Я действительно там жила. Я жила в доме 3 по Морраб-Гарденс. Был крестик и на другой стороне города, рядом надпись «ДРЕЙК».

Я посмотрела на надписи на руках и попыталась сравнить почерк. Я не смогла понять: я ли начеркала все это на карте или нет.

Я потратила время на то, чтобы прочесть названия улиц и понять, где нахожусь. Когда у меня это получилось, я отметила это место крестиком на карте и провела от него линию к месту, которое называлось «ДРЕЙК». Это было единственное место в мире, куда мне хотелось пойти. Дрейк был в Арктике, а я держала в руке карту Пензанса. Поэтому если я не забыла что-то записать, то я едва ли найду его там. Однако мне стоило пойти и посмотреть: он мог вернуться, а я об этом не написала.

Я отправилась к Дрейку. Линия была прямой, и я легко следовала за ней. Я прошла мимо магазинов, потом мимо станции, держа карту в руке. К тому моменту, когда я свернула с дороги и начала подниматься вверх по крутому холму, я ощутила тяжесть сумки с покупками. Мне было неудобно ее нести, и я пожалела, что не отнесла ее домой перед тем, как отправиться в путь к месту под названием «ДРЕЙК». Пакет с пальто разорвался настолько, что лучше было остановиться у ближайшего мусорного бака и выбросить его, надев пальто. Сумка с молоком, вином, хлебом и кексом казалась невыносимо тяжелой, но я упрямо шла вверх: мне хотелось узнать, что это за место и почему я взяла карту с собой. Это было заданием вселенной. Я хотела приключений, и их мне послали.

Я понимала: Дрейка там не окажется, но с такой же вероятностью он мог там быть.

На вершине холма стоял трехэтажный дом из серого камня. Я подошла к двери и позвонила в колокольчик.

Я знала, как выглядит Дрейк. У него темные волосы и очки. Я помнила вкус его губ. Если он здесь, то поцелует меня снова, и я отвечу на его поцелуй.

За дверью сначала было тихо, потом раздались шаги. Кто-то завозился с замком, дверь распахнулась, и я увидела мужчину. Он был совершенно лысый. Его глаза улыбались, и он кивнул мне.

Мужчина не был Дрейком. Но если прошло тридцать лет, а я этого не заметила, то он мог оказаться Дрейком. Эта мысль испугала меня, и я посмотрела на себя, чтобы убедиться, что мне все еще семнадцать. По одежде трудно было что-то сказать, поэтому я слегка наклонилась в сторону, чтобы посмотреть на себя в окно рядом с дверью.

Мне все еще было семнадцать лет, и передо мной стоял не Дрейк.

— Здравствуйте, — сказал мужчина.

— Здравствуйте, — ответила я, тоже стараясь улыбаться глазами.

— Ты подружка Дрейка? — спросил он, и я кивнула.

— Да, — ответила я, улыбаясь до ушей. — Да, я его подружка.

Я уже открыла было рот, чтобы спросить, дома ли Дрейк, но мужчина заговорил первым:

— Отлично. Он предупредил, что кто-то зайдет за его вещами.

Я с трудом сглотнула. Дрейка нет. Другой вариант был бы слишком хорошим. Но этот человек знал Дрейка и хотел отдать мне его вещи.

— Я Флора, — представилась я.

— Входи, Флора. Судя по всему, тебе и так уже тяжело. Ты точно не сможешь забрать все барахло сегодня. Ты на машине?

Я покачала головой.

— Сегодня я не смогу забрать. Простите.

Мужчина собирался отдать мне вещи Дрейка. Я вот-вот должна была получить то, что принадлежало Дрейку. Я обязательно должна была взять из этого дома хоть что-то.

Мужчина вздохнул.

— Полагаю, я хотел слишком многого… Парень мог бы убрать за собой комнату перед тем, как отправиться на Северный полюс. Но ему это и в голову не пришло. Так откуда у него возьмется милая подружка, которая придет и сделает это за него, верно?

— Верно, — согласилась я, стараясь запомнить слова «милая подружка». Они мне понравились.

— То есть я знаю, что ты не Пейдж. Когда я сказал «подружка», то имел в виду друга женского пола. Точно. Прости.

Я не нашлась что ответить, поэтому промолчала и прошла следом за мужчиной в дом, где сильно пахло едой и парфюмом, и поднялась по лестнице. Мы подошли к двери, но мужчина только заглянул в комнату и сказал:

— Кейт? Флора пришла. Подружка Дрейка. Она разберет его барахло, но сегодня она только оценит размер катастрофы.

Женщину я видеть не могла, но кивнула, потому что мужчина все говорил правильно. Кошка потерлась о мою ногу. Белая кошка с очень длинной шерстью. Я проверила, на месте ли уши. Разумеется, да. Я и сама не поняла, почему ожидала обратного.

— Замечательно, — ответил голос из комнаты, и передо мной появилась седая женщина в обтягивающем розовом платье и шарфе с леопардовым узором.

— О! — удивилась она. — Я думала, что придет Пейдж.

Мое сердце громко стучало. Я затаила дыхание и ждала, что меня попросят уйти.

— Я друг Дрейка, Флора, — сказала я после паузы. — Я подруга Пейдж.

— Что ж, ты ведь справишься, верно? Идем наверх.

— Вы тетя Дрейка? — решилась я спросить.

— Конечно, я его тетя, цветочек, — ответила женщина. — Кейт Эпперли. А это мой муж Джон. Уверена, он даже не подумал представиться, да?

Поднявшись по лестнице, я действительно оказалась на пороге спальни Дрейка.

Невероятно. Пейдж наверняка здесь бывала в отличие от меня. В этом я была уверена. Тетя и дядя Дрейка узнали бы меня, если бы я приходила. В эту комнату он привел бы меня, если бы я согласилась провести с ним ночь. В этой кровати мы бы спали. Это был бы наш дом.

Он сказал: «Эй, послушай, не хочешь сходить со мной куда-нибудь? Типа, прямо сейчас? Мы могли бы провести ночь вместе».

Я ответила: «Но моя мама…»

Самые глупые три слова, которые я могла сказать.

В комнате Дрейка был скошенный потолок и одно окно. Двуспальная кровать, комод и стойка для одежды с пустыми вешалками. Я вдохнула воздух, который выдохнул Дрейк перед отъездом. На столе лежали книги, на полу валялись футболки. Все было усеяно каким-то кусочками и обрывками бумаги. Пустой осталась только кровать: белое пуховое одеяло и две подушки лежали на голом матрасе. Если бы постельное белье еще не убрали, я полежала бы на кровати возлюбленного. Я уже не успевала вернуться к приезду родителей, но дома я рано или поздно оказалась бы.