Одна безумная ночь - Барбара Доусон Смит

По пустынным городским улицам разносился звонкий цокот копыт его жеребца. Дул резкий холодный ветер, проникавший даже сквозь плотную ткань его теплого плаща, но граф не замечал холода, он думал совсем о другом.

Наконец элегантные особняки сменились жалкими лачугами, и в стылом воздухе почувствовался запах тины и водорослей – Брэнд приближался к Темзе. Вскоре он увидел мерцание факелов и услышал гул голосов – Биллингсгейтский рынок уже проснулся. Брэнд уже приезжал сюда накануне днем, но в это время суток здесь было безлюдно. Местный мусорщик посоветовал ему приехать на рассвете, когда рыбацкие лодки прибывают с уловом.

Бросив серебряную монетку какому-то нищему, Брэнд попросил его присмотреть за жеребцом, сам же смешался с толпой рыбных торговцев, кативших ручные тележки на многолюдную площадь.

Резкий запах рыбы перебивал все остальные запахи. Повсюду громоздились корзины и бочонки, а ближний угол рынка был заставлен мешками с мидиями. И со всех сторон доносились пронзительные вопли торговцев: – Мидии, отличные мидии! Шиллинг за все!

– Живые угри! Остался всего десяток!

– Копченая рыба! Кто купит этих жирненьких красавиц?!

Весь Лондон еще крепко спал, но здесь, на рыбном рынке, жизнь била ключом. Пробираясь сквозь толпу, Брэнд разглядывал лица мужчин в надежде найти того, кто подходил бы под описание. Оставаться незамеченным не было никакой возможности – граф то и дело ловил обращенные в его сторону взгляды; и торговцы, и покупатели посматривали на него с удивлением, и в глазах у всех был один и тот же вопрос: что здесь делает благородный джентльмен? Не обращая на них внимания, Брэнд продолжал поиски, но тщетно; он обошел всю площадь, однако не заметил никого, кто походил бы на Ральфа Таппера.

Наконец он остановился у прилавка, за которым худощавый торговец продавал связки палтуса. В дрожащем свете смоляного факела белые рыбины отливали перламутром, как раковины жемчужниц. Торговец повернулся к Брэнду и, обнажив почерневшие зубы, проговорил:

– Наисвежайшая рыба. Час назад еще плавала. Пять шиллингов за связку.

– Я ищу человека по имени Ральф Таппер, – сказал Брэнд. – Где-то здесь торгует его тетка.

Торговец покачал головой:

– Никогда о таком не слыхал.

– Возможно, он известен здесь под другим именем. Он высокий и худой, с голубыми глазами. А на щеке у него оспина.

– Прошу прощения, но ничем не могу помочь.

Потеряв интерес к разговору, не сулившему никакой прибыли, торговец отвернулся и громко закричал:

– Свежий палтус! Еще час назад плавал!

Брэнд снова принялся переходить от лавки к лавке. Повсюду он задавал одни и те же вопросы и получал одни и те же ответы; люди качали головой и пожимали плечами.

Разумеется, Брэнд поглядывал и на пожилых женщин – ведь одна из них могла оказаться теткой Таппера. Причем женщины в отличие от мужчин проявляли к нему интерес; почти все они были не прочь поболтать, а некоторые даже подмигивали ему и предлагали уединиться в ближайшей лачуге.

Вскоре небо начало светлеть. Брэнд вышел за ворота в конце рынка и оказался на пристани, где были разложены для просушки рыболовецкие снасти. Повсюду его взгляд натыкался на красные береты моряков; они сидели на палубах своих суденышек, курили длинные трубки и глазели на толпу. А на берегу расположились торговцы и перекупщики, занятые своим промыслом. Временами слышались взрывы смеха, сопровождавшие ругательства, которыми обменивался местный люд.

Брэнд раз за разом описывал внешность Таппера, но никто не знал такого человека. В конце концов граф был вынужден признать, что потратил время впустую. Решив расспросить напоследок еще одного торговца, он описал внешность Таппера и вдруг услышал ответ:

– Да-да, только что видел его Бон там. – Торговец указал в сторону дальнего прилавка. – Но он торгует вчерашней треской, так что смотрите, как бы не обманул. Такие, как вы, легко попадаются на подобные уловки.

– Спасибо за предупреждение.

Приготовившись к встрече, Брэнд приблизился к дальнему прилавку; на нем стояли бочонки с рыбой и корзины с красновато-коричневыми креветками, а рядом, за шатким столом, стояла дородная женщина, препиравшаяся с покупателем. Из-под чепца торговки выглядывали черные с проседью волосы, а из карманов засаленного передника торчали рыбьи хвосты.

Взяв у покупателя деньги, она повернулась к Брэнду:

– Что вам угодно, сэр? У нас есть отличная треска. Или, может быть, хотите поразвлечься в укромном местечке?

Брэнд невольно поморщился:

– Я ищу человека по имени Ральф Таппер. Он недавно служил у леди Фейвершем.

Женщина захлопала глазами и чуть повернула голову, словно хотела обернуться – за ее спиной виднелась приоткрытая дверь склада. Немного помедлив, она спросила:

– А что он натворил?

– Он ушел, не получив жалованья. – Брэнд вытащил из кармана гинею. – Вот его деньги.

Глаза торговки алчно сверкнули.

– Он мой племянник. Я передам ему.

Она попыталась выхватить золотую монету, но Брэнд зажал ее в кулаке.

– Я сам с ним рассчитаюсь. Скажите, где его найти.

Женщина облизнула потрескавшиеся губы.

– Должно быть, он уже ушел.

– Тетушка, эти проклятые корзины такие тяжелые...

Из склада вышел худощавый молодой человек с корзиной рыбы в руках. Брэнд тотчас же заметил оспину на его щеке. Криво усмехнувшись, он проговорил:

– Ральф Таппер, не так ли?

Таппер уставился на него с подозрением. Он стоял за спиной тетки, прижимая корзину к груди, как щит.

– Что вам нужно?

– Ты совсем недавно состоял в услужении у моей бабки, а потом вдруг исчез.

– Меня это место больше не устраивало, – с вызовом в голосе ответил Таппер.

– Больше не устраивало?! – взвилась торговка. Повернувшись, она схватила племянника за ухо. – Ты наврал мне насчет жалованья, негодник! Ты сказал, что заработал только шиллинг, а милорд принес тебе гинею.

Таппер нахмурился и проворчал:

– Я сказал правду. Клянусь!

– Дело в том, – вмешался Брэнд, – что у меня есть к тебе несколько вопросов. Если ответишь на них, то гинея – твоя.

– У меня нет на это времени.

– Полагаю, у тебя найдется время. – Брэнд пристально посмотрел на молодого человека. – В тот день, когда карета с моей бабушкой перевернулась, ты сидел на козлах рядом с Баттерфилдом, верно? Так что же случилось?

– Шел снег, и мы свалились в канаву. Мне больше нечего добавить.

– Баттерфилд сказал, что ты полез на крышу, чтобы закрепить ремень, который удерживал багаж. Последнее, что сохранилось в его памяти, – острая боль в затылке. Может, ты хотя бы это объяснишь?