Зацепить 13-го - Хлоя Уолш

— Я благодарен, — заверил меня Гибси, расплываясь в улыбке. — Но лучше б ты послушал совета друга, я говорил тебе утром и повторяю снова: это не сработает.

— Ничего подобного, — замотал головой я. — Ошибаешься. Я могу с ней просто дружить.

— Не сможешь, — усмехнулся Гибси. — Любовничек.

— Я сегодня ей помог, — отрывисто произнес я, чувствуя, как напрягаюсь. — Как друг помогает другу.

— Кстати, Робби Мак у меня спрашивал, не могу ли я на обеде выудить у Клэр номер Шаннон, — бесстрастным тоном сообщил Гибси. Он приподнялся на локтях и, глядя на меня, добавил: — Робби сказал, что на выходных был бы рад сводить крошку Шаннон в кино.

— Надеюсь, ты поставил хмыря на место! — прошипел я. — Гибс, не вздумай давать ее номер этому козлу.

Гибси снова плюхнулся на кровать и захохотал:

— Я пошутил, Робби не самоубийца. Кэп, все парни тебя услышали в тот день.

Я сердито посмотрел на него:

— Не смешно.

— Уморительно смешно, — возразил ухмыляющийся Гибси. — Ты безнадежно втюрился в эту девчонку. И лучше б член у тебя работал и яйца не стухли. Ни одной девчонке не понравится сломанный член.

— Я не… — Я сдавил переносицу и собрал все свое терпение. — Я не собираюсь с ней спать, а мой член и яйца только мое дело.

— Я за тебя волнуюсь, — ответил Гибси. — Да, чуть не забыл. — Он сунул руку в карман джинсов и достал пластиковый флакончик, какие обычно берут в дорогу. — Вот, держи. — Он бросил мне бутылек. — От моих яиц твоим.

Я на лету поймал подарок и прочитал название на этикетке.

— Смазка? — рявкнул я. — Гибс, ну ты даешь!

— Не торопись выбрасывать, пока не попробуешь, — с упреком сказал он. — Я потратил немало времени, толкаясь по аптекам в поисках того, что тебе нужно. Фармацевт сказала, это как раз для чувствительной кожи, — шевельнув бровями, добавил он.

— В этой аптеке продают полупустые флаконы? — удивился я.

Гибси невозмутимо пожал плечами:

— Прежде чем рекомендовать тебе, я должен был сам проверить.

Я тут же швырнул бутылек на пол.

— Какой же ты мерзкий, — простонал я, вытирая руки о штаны. — Господи!

— Не будь ханжой, — усмехнулся Гибси. — Это совершенно нормальное средство.

— Смазка нормальная, — согласился я. — А вот ты — нет.

— Не понимаю, в чем проблема, — обиделся Гибси. — Я принес тебе подарок. В этом нет ничего странного или отвратительного. Ты должен быть благодарен мне за такой интерес к твоей жизни.

— Ты ж не мне подарок принес, а моему члену, — с убийственным бесстрастием произнес я. — Куда уж страннее.

— Да как угодно, — невозмутимо пожал плечами Гибси. — Мне все равно, кто что подумает.

— Вот-вот, Гибс, — ответил я. — Думаю, мы с этим разобрались.

— А знаешь, кому не все равно? — продолжал он, нахально улыбаясь. — Твоей Шаннон.

— Она не моя Шаннон, — рявкнул я.

— И никогда не будет твоей, если ты не решишь свою долбаную проблему! — возразил он.

Боже мой…

— Ничего не изменилось, — максимально спокойным тоном произнес я. — Я не могу, не хочу и никогда этого не сделаю.

Вранье.

Вранье.

Вранье.

Лучший друг долго смотрел на меня, потом спросил:

— Джонни, ты в этом уверен?

Ни капли.

— Абсолютно.

— Ну, как скажешь, — ответил Гибси.

— Вот и спасибо.

— Но знаешь что? Она с самого начала была твоей Шаннон.

54. Консилер

Шаннон

— Не спрашивай, — сказала я, когда в среду утром встретила Клэр у двери женского туалета.

На лице у подруги был ужас.

Взяв Клэр за руки, я потащила ее в туалет.

— Просто помоги мне это скрыть.

— Шаннон, я… я… — Клэр качала головой и во все глаза смотрела на меня. — Шан…

— Прошу тебя. — Я бросила рюкзак на пол и снова схватила ее за руки. — Помоги мне.

Глаза ее наполнились слезами.

— Не реви, — умоляла я, сжимая ее руки. — Просто помоги.

Она еще какое-то время только смотрела, как в трансе, пока наконец не вышла из ступора.

— Хорошо, — шмыгнула носом она и весело улыбнулась. — У меня есть способ.

— Спасибо, — с громадным облегчением выдохнула я.

Еще через двадцать минут я смотрела на свое отражение в зеркале и едва себя узнавала.

— Мне пришлось наложить тени на веки, ну и вообще сделать яркий макияж, чтобы не выделялось замазанное место… — У нее дрогнул голос, она даже откашлялась, прежде чем добавить: — Ну, что скажешь?

— Вау! — выдохнула я, касаясь накрашенных губ. — Какие у меня большие губы.

— Так и есть, — согласилась Клэр. — Женщины платят тысячи евро, чтобы им сделали такие губы, как у тебя, а ты не ценишь.

— А глаза… — Я покачала головой и уставилась на свое отражение, восхищенно хлопая ресницами. — Обалдеть. Они…

— Чудесные, — подсказала Клэр, становясь рядом. — Да ты вообще омерзительно чудесная.

— Но это макияж, — смущенно возразила я.

— Это ты, — поправила Клэр, обнимая меня за плечо.

Я вздрогнула. После отцовской ручищи даже легкое прикосновение к плечу вызывало боль. Улыбка на лице Клэр сразу погасла.

— Шаннон, я не смогу не…

Дверь туалета со скрипом открылась, и к нам вошла Лиззи. Клэр поспешила закрыть рот, а я облегченно вздохнула.

— Девчонки, пора, — сказала Лиззи, помахав нам. — А то на урок опоздаем.

Никогда еще я не была так рада видеть Лиззи, как в этот момент.

— Убью эту суку! — прошипела Лиззи, когда в обед мы шли в столовую.

Известие о вчерашней выходке Беллы разлетелось по всей школе, и моя подруга бурлила от гнева.

— Без шуток, — добавила Лиззи, сердито глядя на большой стол у противоположной стены столовой.

Там сидело не меньше полусотни учеников, и в том числе Белла Уилкинсон.

— Если она еще раз посмотрит в нашу сторону, я подойду к ней и вырву эти новые блестящие накладки из ее волос.

— Жуткая безвкусица, — поморщившись, согласилась Клэр.

— Это еще мягко сказано! — отрезала Лиззи. — Как будто черных водорослей в волосы напихала. — Лиззи что-то еще пробурчала себе под нос, добавив: — Настоящий тролль.

— Не обращайте на нее внимания, — попросила я подруге, стараясь смотреть на свой сэндвич, а не в ту сторону, откуда прилетали угрожающие взгляды.

Смотреть вниз было безопаснее.

Весь день, куда бы я ни пошла, меня сопровождали любопытные взгляды.

Я не знала, как быть с подобным вниманием.

Я старалась не раскачивать лодку.

А проводя время с Джонни, я провоцировала кораблекрушение.

Сегодня я трижды наталкивалась на него в коридорах, и всякий раз он награждал меня своей чудесной улыбкой с ямочками на щеках, спрашивал, как мои дела, и говорил, что потом