Высота в милю - Лиз Томфорд

Я делаю вдох через маленькую щель между нашими губами, нуждаясь в том, чтобы наполнить свои легкие кислородом.

Зандерс прижимается лбом к моему, снова шепча свой отчаянный вопрос.

— Ты все еще любишь меня, Стиви?

Я смотрю вверх сквозь ресницы.

— Конечно, люблю. Я всегда любила тебя. Просто хотела, чтобы ты позволил мне это.

Он закрывает глаза, и когда они снова открываются, с его плеч словно сваливается вся тяжесть мира.

— Я думал, ты отказалась от меня. После того, как не пришла на игру…

— Я была там.

Зандерс слегка отстраняется, чтобы получше рассмотреть меня, прижимая мое тело к своему.

— Я пыталась добраться до льда, но там было слишком много людей. Поэтому я ждала тебя у твоей квартиры.

Его взгляд смягчается от понимания.

— Я остался у Рио. Мы все там были. Я не вернулся домой.

— Я звонила.

Он легонько смеется.

— Мой телефон сломался.

Улыбка появляется на моих губах.

— Я никогда не смогла бы отказаться от тебя. Я люблю тебя.

Парень притягивает меня к себе, утыкаясь лицом мне в шею.

— Я так сильно люблю тебя, Ви.

Нежно провожу рукой по его шее и коже головы, наслаждаясь словами, которые, как мне казалось, я никогда не услышу.

Зандерс держится чуть дольше и чуть крепче, прежде чем поднимает голову.

— Шерил.

Я оборачиваюсь, чтобы увидеть хозяйку приюта, наблюдающую за нами с такой гордостью на лице.

— Могу я украсть ее на день?

Она сцепляет руки, подпирая ими подбородок.

— Пожалуйста, сделай это.

— Мне нужно, чтобы ты была там со мной, — Зандерс убирает непослушный локон с моего лица. — На улице много людей. Ты не против?

Я уверенно киваю.

— Меня это больше не беспокоит.

Улыбка Зандерса мягкая, но гордая.

— Это моя девочка, — он обхватывает ладонями мое лицо, его губы на мгновение находят мои.

Переплетая свои пальцы, унизанные кольцами, с моими, Зандерс выводит меня на улицу мимо репортеров и через лабиринт фанатов с Рози позади нас обоих. Здесь гораздо больше людей, чем я ожидала, и все смотрят на нас.

— А вот и наша девочка! — слышу я из одного из автобусов. Подняв глаза, я вижу Рио, перегнувшегося через перила своего автобуса, с поднятым над головой бумбоксом, из которого доносится музыка.

— Стиви!

— Мы скучали по тебе, Стиви!

— Молодец, ЭЗ! — раздается из очереди автобусов, и все хоккеисты, с которыми я работала в этом году, стоят на верхней палубе и наблюдают.

Зандерс быстро направляет нас к своему автобусу, позволяя мне первой подняться по лестнице, и как только ступаю на верхнюю палубу, меня обнимают. Проходит мгновение, прежде чем я понимаю, что это Линдси прижимается ко мне так крепко, как только может.

Я обхватываю руками ее спину, а она сжимает мою шею.

— Мне жаль, что мой брат был идиотом.

Мы обе смеемся, пока она не отстраняется, держа меня на расстоянии вытянутой руки, с благодарной улыбкой на губах.

— Стиви! — Элла атакует мои ноги, и я наклоняюсь, становясь с ней на одном уровне. — Ты сделаешь мне прическу?

— Конечно.

Автобус начинает движение, парад продолжается.

Мы с Мэддисоном обмениваемся быстрым бессловесным разговором. Он благодарно улыбается мне, прежде чем Логан обнимает меня.

Рука Зандерса ложится мне на поясницу.

— Я хочу тебя кое с кем познакомить.

Он подводит меня к почти такому же высокому мужчине, стоящему рядом с Линдси.

— Ви, это мой отец. Папа, это моя девушка, Стиви.

Мои глаза немного щиплет, но я сдерживаюсь. Из всех успехов, достигнутых Зандерсом, этот, безусловно, самый важный. Его отец всегда любил его, как и я, но ему было трудно поверить нам обоим.

А теперь он верит.

— Очень приятно с вами познакомиться, — говорю я его отцу, сведя брови.

Он облегченно вздыхает.

— О, ты даже не представляешь, как я рад познакомиться с тобой, Стиви.

Мужчина наклоняется, обхватывая меня руками.

— Спасибо, — тихо шепчет он, чтобы никто не услышал.

Слова застревают у меня в горле. Я не могу говорить, поэтому вместо этого быстро киваю в его объятиях.

Мы обмениваемся понимающей улыбкой, прежде чем Зандерс снова обнимает меня за плечи, я прижимаюсь спиной к его груди.

Парень подталкивает меня вперед, чтобы я встала с ним у перил, и все чикагские хоккейные болельщики оказываются под нами, и в этот момент до меня доходит, что это первый раз, когда мы вместе, не скрываясь, находимся на публике. И для человека, который боялся признания, преследовавшего Зандерса повсюду, я ничуть не возражаю против внимания.

Я хочу, чтобы все знали, что он мой.

Зандерс осыпает поцелуями мою шею и плечо, когда я нахожу свое изношенное кольцо на его мизинце, покручиваю его, прежде чем повторить то, что он произнес в то утро, когда взял его.

— Мой. — Я снова таю от его прикосновений.

Его объятия становятся крепче.

— А ты моя, милая. Ничего из этого, — он кивает на толпу под нами, — не было бы правильным без тебя. Ты мой первый и единственный выбор, Ви, и никогда больше я не заставлю тебя почувствовать, что это не так.

Это все, чего я когда-либо хотела — быть выбранной человеком, который мне больше всего дорог. В школе у меня были друзья, которые предпочитали проводить время со мной только из-за моего брата. Я близнец, и все равно была вторым выбором моей собственной матери. У меня были отношения, в которых его первым выбором был кто угодно,