Приват для Крутого - Екатерина Ромеро

Помогаю читать бумаги, заключать договоры. Да, Ганс всегда тоже рядом, но я чувствую, что не бесполезна.

Мы с Савелием вместе каждый день, и все налаживается. Постепенно, маленькими шагами. На работе у нас деловые отношения, но это только при чужих. При своих же Крутой никогда не стесняется взять меня за руку или обнять.

В клубе все тихо, пришла замена для Веры и Киры, о которых мы уже забыли. Они в тюрьме, получили по заслугам. Все прошло, и Прайд отстраивается так же, как и наши отношения.

Мы словно идем по пеплу босыми ногами, а под ним уже зеленеет мягкая трава. Лев довольно быстро начал называть Савелия папой. Он даже быстрее к нему привык, чем я, а я… я первое время боюсь Крутого.

Даже в таком состоянии мне сложно переступить через обиды и страх, но все проходит. Я поняла, что люблю его, и вижу, что Савелий любит тоже. Он не обидит никогда ни меня, ни ребенка, и только этот барьер близости… Мы никак не можем его переступить.

Мы уже не один месяц живем как муж и жена, воспитываем сына и даже спим в одной постели, но я всегда в одежде, и Савелий никогда не настаивает.

Постепенно обида проходит, сменяясь тем, что я так соскучилась по Савелию, просто невероятно. Иногда я прижимаюсь к нему и мы начинаем целоваться, но после Крутой останавливается, укрывает меня одеялом. Он не готов сам, а я уже скучаю. По его рукам, по горячим поцелуям.

Это сложно, особенно после всего, но я не отчаиваюсь. Наступит день – мы оба будем готовы.

***

– Спишь?

– Нет. Уложила Льва. Он набегался с Лешей, они оба в комнате вырубились.

Уже поздний вечер, и мы вдвоем. Савелий входит и ставит магнитофон, включает тихую музыку.

– У нас праздник?

– Да.

– Какой?

– Мы в этот день познакомились.

– Правда? Ты это помнишь?

– Ха, кажется, я теперь все уже помню. Я не читаю, так что в мозгу прошлая информация переваривается. Иди сюда, Воробей.

Савелий протягивает руку, я отвечаю и вскоре оказываюсь прижата к его крепкому торсу.

Не могу сдержать улыбку. Крутой двигается как медведь, не в такт, но все же он танцует.

– Что… что ты делаешь?

– Хочу с тобой. Один танец. Пожалуйста.

– Ладно. Давай.

Неловко, но так приятно. Сильнее прижимаюсь к нему, играет тихая музыка, и сердце бьется быстрее.

– Я так скучаю по тебе, Даша! Пожалуйста, не бойся меня, – шепчет тихо, целует меня в шею.

– Я не боюсь. Я тоже. Тоже безумно скучаю по тебе.

– Спросить кое-что хотел.

– Говори.

– Ты хочешь быть моей женой по-настоящему? Без условий?

– Я и так твоя жена.

– Нет, ты не поняла.

– Поняла… хочу. Очень, – отвечаю тихо, поднимаюсь на носочки, и мы встречаемся в поцелуе. Нежном, бережном, осторожном. И песня заканчивается, а мы наконец открываемся друг другу.

Прошли все танцы, закончились приваты, обиды, тоска, и даже боль прошла.

Все позади, теперь есть только такие изголодавшиеся мы.

И полетела одежда на пол, Крутой хоть и не видит ничего, но сил вообще не утратил. Он с легкостью подхватывает меня на руки и несет в кровать. Широко разводит мои бедра и ложится на меня сверху, осторожно подминая под себя.

Сердце стучит быстрее, чувствую, как потянуло внизу живота, пересохли губы.

Мы целуемся, Савелий накрывает ладонями мои груди, перекатывает соски, а после опускает руку и накрывает ею мою промежность. Оба понимаем, что я готова, мокрая уже, возбуждена.

– Ты дрожишь. Боишься?

– Да, но ты не сделаешь мне больно.

– Клянусь, никогда снова, – басит, а после расстегивает ремень, я помогаю. Хочу его, хочу сейчас немедленно и совсем нескромно.

– Иди ко мне. Пожалуйста, Савелий! Я очень хочу тебя.

– Знала бы ты, как я тебя хочу.

– Как же?

– Как безумный.

Чувствую, как Крутой приставил член к моей промежности и осторожно входит в меня, медленно наполняя. Я вижу, как у него от напряжения дрожат руки, как по лбу катится пот.

– Больно, Даша? Черт, я не вижу твоих глаз, ты плачешь?

– Нет, все хорошо. Пожалуйста, пожалуйста, сделай.

Первый толчок, мощный, медленный, и я выдыхаю. Думала, будет больно, буду сжиматься, но нет. Я давно уже его простила.

Смотрю в его глаза. Темные, опасные, хоть и взгляд не сфокусированный. Но это неважно. Сама закрываю глаза, все нормально, мы адаптируемся к этому тоже.

– Я люблю тебя, Даша.

– Я люблю тебя, Савелий.

– Простила?

– Да.

Максимально открытая, честная и уязвимая, но с Крутым я не чувствую себя слабой. Я чувствую, что он мой мужчина, и мне с ним хорошо.

Савелий берет меня нежно, медленно, в первый раз я быстро дохожу, и он кончает следом.

Голодные, пожалуй, самое точное определение. Я не знаю, сколько раз мы предаемся страсти в эту ночь. Кажется, у меня было пять оргазмов, дальше я не считала.

Савелий долго просил прощения, даже тогда, когда я уже просила его не просить.

Вся мокрая, уставшая, довольная.

Мы наладили и это. Постепенно, шаг за шагом, начали реально жить как муж и жена не только днем, но и ночью в постели.

***

– Леха, сделай услугу – пойди выключи чайник.

– Ага. Даша, а где то варенье вишневое? Я не нашел.

Поджимаю губы: не стоит ему знать, что мы с Савелием делали сегодня с этим вишневым вареньем.

– В холодильнике абрикосовое есть, возьми его. И давайте, у нас пикник, выходите все во двор.

– Ага. Понял.

На улице светит солнце, так потеплело, и зацвели вишни в саду. Мы их все вместе сажали, нашей большой уже семьей. И весна наступила, такие запахи, что кружится голова, все оживает.

Я ношусь с этими подносами как пчелка по кухне. Хочу устроить обед во дворе, погода аж шепчет. В гостиной Савелий со Львом, и это мне помощь. Все же из Крутого отличная нянька, пусть не прибедняется, он все равно мне помогает.

– Папа, лови меня!

– Лев, НЕТ!

За секунду сердце уходит в пятки и прыгает обратно. Лев может куда угодно залезть, за ним глаз да глаз нужен.

Я слышу крик Крутого и мигом бегу в гостиную.

– Что случилось? Что такое, Савва!

Не понимаю, не знаю, что произошло. Савелий на полу сидит, у него на руках Лев, который обнимает его за шею.

Осторожно подхожу и кладу ладонь Крутому на плечо. Он поднимает голову, и я вижу слезы в его глазах.

– Что