Морально противоречивый - Вероника Ланцет

Она приподнимается и, обвив мою шею руками, прижимается губами к моим.

Я наслаждаюсь мягким прикосновением ее рта к моему, тем, как ее губы слегка раздвигаются, как ее язык встречает мой, танцуя вокруг друг друга.

Я прижимаю ее к себе, мои руки лежат на ее пояснице, и я углубляю поцелуй. Ее сиськи прижимаются к моей груди, ее живот смягчает мой твердый член, и я уже чувствую, что вот-вот сгорю.

Как так получается, что один взгляд на нее — и я становлюсь болезненно твердым, одно ее прикосновение — и я готов излиться?

Как человек, который никогда не интересовался противоположным полом, я просто озадачен тем, как мое тело реагирует на ее собственное. Олицетворение женственности, она уникально привлекательна, создана специально для меня. И я планирую поклоняться ей до тех пор, пока живу.

— Больше никаких секретов, — шепчет она мне в губы.

— Больше никаких секретов, — соглашаюсь я.

Ее руки обвились вокруг моей шеи, я подхватываю ее на руки и выхожу из бассейна. Красные капли крови, смешанные с водой, прилипают к нашей коже, прокладывая себе путь вниз, капая на пол.

Сиси смотрит на меня сквозь прикрытые веками глаза, и, прижавшись ко мне, издает вздох.

Отведя ее в душевую кабинку, я включаю воду, позволяя ей смыть с нас все.

Под мощной струей душа мутная вода падает на наши тела, смывая красноту. Я опускаю ее на ноги и, взяв губку, намыливаю ее мылом, прокладывая путь по ее телу, очищая каждое пятнышко.

Она молчит, пока я провожу губкой по ее шее и сиськам, только внимательно наблюдает за мной, ее рот полуоткрыт, и она издает небольшой вздох каждый раз, когда моя рука касается ее сосков.

Я двигаюсь медленно, очищая ее тело, смывая кровь, чтобы открыть ее нетронутую кожу.

Опустившись перед ней на колени, я скольжу рукой по ее животу и ниже, к копне волос между ног. Ее дыхание сбивается, когда я осторожно провожу рукой по этому месту.

— Влад, — шепчет она, глядя на меня сверху вниз. Ее глаза запотевшие — от слез или воды из душа, я не знаю.

Уголок моего рта кривится в улыбке, когда я наклоняюсь вперед и целую ее живот. Я прижимаюсь щекой к ее коже, закрываю глаза и просто наслаждаюсь ощущением ее присутствия рядом со мной.

Она проводит руками по моим волосам, втирая шампунь в кожу головы. Ее прикосновения твердые, но нежные, они тщательно очищают мои волосы. Вздох удовольствия вырвался у меня, кожу покалывало, когда она провела пальцами по моему лицу, а затем прикоснулась к моей щеке.

— Мы все преодолеем, — говорит она. — Вместе. Мы - команда, помнишь? — улыбается она мне, и я чувствую, как мои губы подрагивают в ответ. Я беру ее руку и целую ее открытую ладонь.

— Да. Мы команда, Дьяволица, — соглашаюсь я, поднимаясь на ноги. Мы стоим мгновение под сильной струей воды, позволяя ей ополоснуть нашу кожу, прежде чем я выношу ее, заворачиваю в полотенце и высушиваю.

Я не жду, пока она что-нибудь скажет, и веду ее в свою комнату, намереваясь показать ей, как много она для меня значит.

Богиня моего сердца.

Она не спрашивает, куда мы идем или что я делаю, когда я кладу ее на свою кровать, отстраняясь, чтобы посмотреть на нее во всей красе, раскинувшись на кровати, она — олицетворение соблазна, воплощение тепла в холодную зимнюю ночь.

Потому что она — единственное, что заставило мое замерзшее сердце оттаять, лед медленно трескается, удары учащаются. И точно так же оно бьется только для нее.

— Что ты делаешь? — почти робко спрашивает она, видя, как я открываю один ящик и достаю оттуда бутылочку масла для тела.

Поскольку я купил практически все, что может понадобиться женщине, я полностью обеспечен всем необходимым, чтобы удовлетворить любое ее желание.

— Балую тебя, — ухмыляюсь я, опускаясь на матрас и медленно проводя рукой по ее бедру. — Я хочу заботиться о тебе, — продолжаю я, моя рука движется выше, пока не достигает изгиба ее попки.

Она тихонько мурлычет, переворачивается на живот и поднимает попку вверх. Как и в первый раз, когда я увидел ее, я нахожу себя в восторге от ее изгибов.

Я провожу пальцами по контуру ее попки, наслаждаясь тем, как мурашки появляются на ее коже.

Слабая дрожь пробегает по ее позвоночнику, с губ срывается тоненькое мяуканье, когда она закрывает глаза, все ее тело расслабляется, и она позволяет мне делать с ней все, что я захочу.

Не желая упускать приглашение, я быстро набираю немного масла в ладони, кладу их на ее кожу и распределяю влагу по всему телу.

— Это так приятно, — хнычет она, когда я двигаюсь выше, массируя маслом ее спину.

Мой член упирается между ее складок, а мои руки нежно двигаются по ее спине, массируя плечи и шею.

Она не осознает, но она слегка подается ко мне, проталкивая мой член дальше в долину ее задницы, это действие настолько невинно и в то же время так безумно, что мне трудно сдержать себя.

Я стиснул зубы, продолжая свои ласки и стараясь не обращать внимания на то, как мой член, кажется, умоляет о пощаде, этот ублюдок дергается в поисках ее дырочки.

Это ради нее!

Я повторяю это в голове, пытаясь обрести равновесие. Но правда в том, что как только Сиси окажется обнаженной в моей постели, все ставки будут сделаны.

— С этого момента я должна просить тебя о массаже каждый день, — говорит она, — у тебя это неплохо получается.

— Ты искушаешь судьбу, Дьяволица, — говорю я. Мысль о том, что она будет лежать подо мной голой каждый день, не имея возможности ничего сделать, - чистая пытка. Но если моя девочка хочет массаж, то я могу только потакать ей.

Она поднимает голову и смотрит на меня, ее глаза опускаются к моему болезненно твердому члену. Ее рот приоткрывается в небольшом «о», глаза слегка расширяются. Тут же ее губы подрагивают, и на лице появляется озорная улыбка.

Она отшатывается назад, выпутывая свое тело из моего.

Я вопросительно смотрю на нее. Масло, покрывающее ее кожу, сверкает на свету, делая ее неземной, как фея, блеск ее кожи только усиливает ее привлекательность и заставляет мою кровь течь быстрее, вся она скапливается ниже и делает мое возбуждение невероятно болезненным.

Встав на