Обреченный трон - Каролайн Пекхам

А Дариус… Ну, Дариус был рядом всегда, когда был мне нужен. Я не могла остаться с ним наедине, и мы не можем быть физически близки в течение длительного времени, но он находит иные способы быть ближе ко мне.

Например, он всегда разжигает огонь в моей комнате, даже не успев подумать о том, что пора ложиться спать. Или то, что каждое утро меня ждет идеально сваренный кофе с моим именем, даже если он ночует во дворце с Орионом. Он даже купил мне мою собственную кружку — да вот только не дал мне ее развернуть, как нормальный человек. Просто мой кофе стал появляться в ней каждое утро без всяких слов. Она была розового цвета с золотой буквой R, короной, небрежно свисающей с верхнего угла буквы, и парой крыльев, широко раскинувшихся вокруг нее. Совсем не мое — абсолютно девчачье, принцессино, слишком милое и с совершенно неверными инициалами, напечатанными на ней, словно специально, чтобы убедиться, что я чертовски ее ненавижу… и все же, если кто-то еще осмелится пить из нее, мне захочется подпалить ему лицо, если он разобьет ее, так что, возможно, мне она и нравилась. Хотя я ему такого не говорила.

На самом деле, он так тонко улавливал мои потребности в кофеине, что за все время, проведенное здесь, я ни разу не приготовила себе кофе. И вот теперь я стою и смотрю на переделанный кусок мусора, который они называют кофеваркой, и думаю, что, твою мать, я должна с ней делать, чтобы получить порцию кофе. Куда подевались растворимые гранулы? Черт, а где же кружки? А сахар? Я не спала всю ночь, и у меня сейчас начнутся нервные приступы, если в ближайшее время не удовлетворю свою зависимость.

Моя кожа затрепетала от волнения, и я напряглась, почувствовав, как крупное тело приблизилось ко мне сзади.

— Я могу помочь тебе, если ты не уверена, как ею пользоваться, — сказал Дариус, опершись на меня и ковыряясь с какими-то кнопочками и прочими штучками на аппарате, прижимаясь грудью к моей спине.

— Спасибо, — ответила я, пытаясь сосредоточиться на том, что он делает, чтобы в следующий раз вспомнить, но вместо этого была совершенно ошеломлена его присутствием.

Он говорил что-то о бобах и перекладывал смешную на вид штуку с ручкой из одной части машины в другую, но все, о чем я могла думать, это о тепле его тела, прижимающегося к моему, и о том, как его щетина касается моего виска, когда он наклоняется ко мне, пока говорит.

— Поняла? — спросил Дариус, закончив добавлять в кофе вспененное молоко. Вот тебе и растворимое дерьмо, которое я обычно покупала в Царстве Смертных. Мне было интересно, почему кофе здесь намного вкуснее, и я думаю, что нашла ответ, однако до сих пор не представляла, что он только что сделал, поэтому покачала головой. Нет, меня отвлекло то, как же здорово твое тело прижимается к моему, и желание облизнуть твои татуировки. Черт, давненько я не трахалась.

— Может, ты приготовишь его, а я их раздам? — предложила я, вызвав у него смех.

— Хочешь, я покажу тебе еще раз? — спросил он, прижимаясь ближе, так что моя задница уперлась в его пах, и я прикусила губу, сдерживая стон.

— Сделай мне тройную порцию, а то я устал, — позвал Сет, и я посмотрела на него как раз в тот момент, когда Макс ударил его по бицепсу. — Что? Ты что, не понял? Собачья усталость — так как я…

— Ты испортил момент, болван, — прорычал Макс, и я быстро покинула свое место, зажатая между Дариусом и стойкой, схватила уже приготовленный им кофе и отнесла его Джеральдине.

— Милостивый государь, — вздохнула она. — Миледи, вы не должны превращаться в служанку для такого жалкого негодяя, как я — предоставьте беготню по дому одному из этих ничтожных Наследников. Они гораздо лучше приспособлены к подневольному труду…

— А мы, блядь, подходим, — прорычал Макс, а я лишь со смехом отмахнулась от него, отступая назад, чтобы принять у Дариуса следующую кружку.

Каждый раз, когда он передавал мне кружку, его пальцы касались моих, и я не могла удержаться и не прикусить губу от глупой ухмылки, с которой я боролась. Мы будто играем в игру со звездами, пытаясь понять, где именно мы переходим грань между тем, как они не замечают нашего взаимодействия, и тем, как они делают что-то, чтобы вмешаться. И я все время хочу играть в эту игру, черт возьми.

Когда все, наконец, допили кофе, и Макс наполнил всех бодростью, помогая нам взбодриться после бессонной ночи, мы с Дариусом перебрались к остальным и обнаружили, что в конце дивана осталось только одно свободное место.

Сет и Калеб сидели на двух других местах дивана, Сет низко наклонился на своем месте, так что его голова была прижата к боку Калеба, а его ноги упирались в кофейный столик.

Дарси заняла кресло слева от камина, а Макс расположился справа, на его подлокотнике сидела Джеральдина, положив ноги ему на колени.

Я сделала шаг к Дарси, но Дариус поймал мою руку и потянул меня вниз на диван, аккуратно поместив меня между ног, когда он перекинул одну через подлокотник и раздвинул их как можно шире в своей манере «мой член слишком большой, чтобы быть удобным». Таким образом, мы не прикасаемся друг к другу, но в то же время я практически сижу у него на коленях.

Он перекинул руку через спинку дивана и сделал глоток кофе, поддерживая зрительный контакт со мной, когда я посмотрела на него через плечо, и он поднял бровь, словно решив, что я подниму шум.

Я решила не делать этого и повернулась, посмотрев на остальных, делая вид, что не замечаю, как они все наблюдают за нами, пока я пью свой кофе.

— Давайте посмотрим, — сказала я, когда Дарси подняла брови, давая понять, что она хочет обсудить со мной ситуацию с Дариусом как можно скорее, а я выгнула бровь, давая ей понять, что ожидаю всех подробностей о ней и Орионе в той гробнице.

Она бросила взгляд на остальных, кивнула мне, затем достала из кармана Имперскую Звезду и протянула ее всем