Обреченный трон - Каролайн Пекхам

Сет издал тихий свист, наклонился вперед, чтобы выхватить его из ее руки и поднять так, чтобы он поймал свет восходящего солнца, проникающий через окно.

Сет издал негромкий свист, наклонился вперед, выхватив звезду из ее рук, и поднял ее так, чтобы на нее упал свет восходящего солнца, проникающего через окно.

— Вот это чертовски круто смотрелось бы в скипетре, — сказал он, несколько раз подбросив звезду вверх-вниз, так что радужный свет разлился по комнате. — Почему никто больше не ходит со скипетром? Возможно, я бы мог воскресить эту привычку.

— Неа, — сказал Калеб, наклоняясь вперед, чтобы выхватить ее из его рук. — Ей место в короне для большой задницы.

— Ты имеешь в виду, что она подходит к твоей большой заднице? — поддразнил Дариус, огибая меня и ставя кружку на стол рядом с моей, а затем потянулся за Имперской звездой, и Калеб подкинул ее ему.

Сет откинулся назад, положив голову на колени Калеба, и заскулил, глядя на него щенячьими глазами, а Калеб начал гладить пальцами его длинные волосы, покачивая головой, словно не хотел этого. Но он мог бы просто сказать «нет», так что я не собираюсь верить в это.

Дариус подался вперед, его рука обвилась вокруг моей талии, когда он передал звезду, и я глубоко вдохнула, когда сила этой штуки обрушилась на меня, как огромный груз на грудь.

— Святое дерьмо, — вздохнула я, пока звезда пощипывала мои пальцы, и моя магия потянулась к ней, словно ожидая возможности воспользоваться ею. — Это невероятное ощущение.

— Я знаю, да? — усмехнулась Дарси, а Сет озадаченно покачал головой.

— Мне показался обычным камнем, — сказал он, взглянув на Калеба, который кивнул.

Я еще раз обменялась взглядом с сестрой и протянула звезду Джеральдине, которая опустилась передо мной на одно колено, прежде чем принять ее.

— Конечно, никто из вас, недостойных шутов, не может почувствовать силу, заключенную в оружии королев, — воскликнула она, подняв Имперскую звезду над головой, словно боялась, что та окажется слишком близко к земле. — В ваших жилах не течет королевская кровь, и поэтому вы не способны почувствовать силу, которая живет внутри. Только истинные королевы могут почувствовать ее!

— Я кое-что почувствовал, — вставил Дариус. — Не очень много, но больше, чем ничего. Словно за завесой, через которую невозможно пробиться, в самом его сердце скрывается сила.

Джеральдина задохнулась, чуть не выронив звезду, она схватилась за жемчуг — который, честно говоря, ни хрена не носила — и уставилась прямо на Дариуса позади меня.

— Твой недостойный отец-узурпатор посадил свою чешуйчатую задницу на трон и провозгласил себя королем. Его кровь течет в твоих жилах, что делает тебя… принцем тьмы.

Все остальные Наследники неловко заерзали при этом объявлении, и я нахмурилась, поняв, что в этом была доля правды. Возможно, все они были равны друг другу до того, как Лайонел подарил Дариусу тени, но теперь, когда они у него были, он был технически сильнее. И с его отцом на троне он был следующим в очереди…

— Успокойся, Джеральдина, я не принц, — прорычал Дариус. — Я бы никогда не стал претендовать на роль наследника престола. Мои намерения всегда были ясны и никогда не менялись. Я поддерживаю объединение со своими братьями.

Другие Наследники расслабились, услышав это, в то время как Сет фыркнул от смеха.

— Я знаю, ты бы никогда не отвернулся от нас, Дариус. Ты слишком нуждаешься в друзьях — без нас у тебя не было бы никого и ничего.

— Кроме удобного трона и блестящей короны, — пошутил Калеб, и Дариус пренебрежительно рассмеялся, в то время как Макс наклонился вперед и вырвал звезду из руки Джеральдины.

— Ну, я ничего не чувствую, — сказал он, пожимая плечами. — Но если вы, девочки, можете, тогда, возможно, вы все-таки сможете ею управлять?

Он бросил звезду через кофейный столик, и Дарси поймала его, когда Джеральдина закричала от ужаса, закрыв глаза тыльной стороной ладони.

Я не смогла удержаться от смеха, а Макс поднял ее с пола и посадил к себе на колени, прошептав ей, чтобы она успокоилась.

— В дневнике сказано, что только правящий монарх может использовать ее, — сказал Дариус.

«Что ж, стоит попробовать. Попробуй, — настаивала я, и Дарси нахмурилась, глядя на мерцающий камень в своей ладони.

Мы все замолчали, наблюдая за ней, и я вздрогнула от удивления, когда рука Дариуса опустилась на мою лопатку, а затем он провел линию точно по тому месту, где у меня появляются крылья, когда я перекидываюсь.

С моих губ сорвался стон, который я поспешила прикрыть кашлем, когда остальные посмотрели в нашу сторону, а Дариус усмехнулся, после чего снова повторил движение.

Черт, почему это так афигенно? Ему нужно остановиться. И никогда не останавливаться. И, блядь, он снова это делает…

Я старалась не обращать внимания на то, что делает Дариус, пока Дарси еще немного смотрела на звезду, а потом со вздохом сдалась.

— Ничего, — сказала она. — Я чувствую ее силу, но, как и сказал Дариус, между ней и мной что-то стоит между ней и мной, и я не могу объединить свою магию с ней или заставить ее реагировать. Звучит безумно, но там, в пещере, она говорила со мной и Лэнсом. Звезда сказала, что мы должны найти дворец в глубине, где лежат последние из них. И… что мы должны сделать то, что не чумел сделать король.

— Для меня это звучит как тарабарщина, — сказал Сет, а Джеральдина усмехнулась.

— Голос звезды священен, он должен означать что-то очень важное, — воскликнула она.

— Мы слышали, как она говорила в видениях о нашем отце, — сказала я, пытаясь вспомнить все, что мы слышали тогда. — В них ведь тоже упоминался дворец?

— Да, — сказала Дарси. — Дворец пламени. — Она посмотрела на Наследников, вдруг они могут пролить свет на это, но ни у кого не оказалось ответа. Моя сестра полезла в карман, достала карту Таро, и мое сердце забилось сильнее.

— Это..? — спросила я, и она кивнула, посыла мне ее порывом воздуха. Я взглянула на изображение мужчины, едущего на колеснице в сопровождении двух Сфинксов, и перевернула ее, чтобы прочитать