Не дай мне упасть - Эмма Скотт

Тедди…

Я кричала на Тедди. Он вместе со мной бежал от чудовища, подхватывая, когда я спотыкалась, и помогая держаться на ногах. Я падала сотни раз, но без него вряд ли смогла бы снова подняться. А прошлой ночью я оказалась на грани того, чтобы разбиться на миллион осколков, пока не почувствовала, как Тео обнимает меня, не давая развалиться на части. Я вспомнила стук его сильного сердца под своим ухом и как умирала от страха, пока он не сказал, что рядом.

И только потом я смогла уснуть.

Я вылезла из постели. Руки и ноги словно налились свинцом, а в голове кровь пульсировала в такт сердцебиению. Тео с закрытыми глазами лежал на диване в гостиной. Слишком высокий для моего потрепанного старого дивана – рука и нога свесились с края – он крепко спал, несмотря на падающие прямо на лицо косые лучи солнца.

Я испытывала некоторую неловкость из-за того, что пялюсь на него, но ничего не могла с собой поделать. Слишком долго жила одна, и тут несколько ночей назад на Баронн-стрит будто из воздуха материализовался Тео. Я была благодарна ему за то, что пришел. Он просто лежал на моем диване, а у меня выступали слезы на глазах.

Смахнув их, ощупала опухшее лицо. Рассыпавшиеся по плечам волосы напоминали воронье гнездо, и от меня воняло. Сильно.

Поэтому я направилась в свою маленькую ванную. Тихий крик застрял в горле, когда я посмотрела на свое отражение в зеркале. У меня был такой вид, словно я побывала в драке, и теперь под обоими глазами у меня красовались фингалы. Я прикоснулась к спутанным волосам и засомневалась, не придется ли мне их отрезать.

– Но все кончено, – заверила я свое жалкое отражение. Искусственный свет флуоресцентных ламп поймал блеск в моих глазах. Да, он немного потускнел, но не погас. – Ты сделала это, и все кончено.

Не совсем. Внутренний голос предупредил, что всю оставшуюся жизнь мне придется бороться с желанием выпить, но впервые за долгое время я подумала, что у меня есть шанс. Я вздрогнула, когда тугие водные струи коснулись тела. Душ расслабил мои затекшие и ноющие конечности. За последнее время мои мышцы заметно ослабли, а кожа теперь казалась тонкой, как бумага. Вытершись, я надела свежую пару спортивных штанов и самую старую, самую мягкую футболку, которую только смогла отыскать. А затем водила расческой по волосам, пока рука не устала. В последний раз взглянула на себя в зеркало ванной.

Темные круги, желтоватая кожа, налитые кровью глаза.

Явное улучшение.

Тео все еще спал, когда я проскользнула мимо гостиной на кухню. Посмотрев на часы на плите, я как можно тише начала варить кофе. Однако стоило открыть кран, Тео пошевелился и сел, почесывая лицо и моргая.

– Доброе утро, – поприветствовал он.

– Доброе, – прохрипела я, ощущая, словно по горлу изнутри проходятся наждачной бумагой.

Тео пристально вглядывался в мое лицо.

– Как ты себя чувствуешь?

Я заставила себя немного улыбнуться.

– Как будто в меня врезался грузовик, проехал вперед и сдал назад, чтобы закончить работу.

Тео встал и потянулся, а я полезла в шкафчик за банкой кофе, мыслями погружаясь в туманную путаницу последних нескольких дней, пытаясь разобраться в воспоминаниях. Попробовав отделить один кофейный фильтр от остальных, я заметила, как дрожат мои руки.

– Дай помогу. – Тео встал и присоединился ко мне на кухне.

– Я чертовски слаба, – с горящими от стыда щеками призналась я. – Измотала себя, принимая душ и воюя с волосами.

– Но ты же это сделала.

Я посмотрела на него снизу вверх. Своим огромным телом Тео, казалось, заполнил всю мою кухню, и все же я никак не могла поверить, что он здесь. Сильный и настоящий, а не плод моего заглушенного алкоголем воображения.

– Садись, – ласково произнес он, положив большую руку мне на плечо, – я все понял.

Выйдя из кухни, я плюхнулась в мягкое кресло напротив дивана. И сидела, обнимая подушку, пока Тео хозяйничал на моей кухне, как будто уже поселился здесь.

– Я, конечно, рискую показаться полнейшей идиоткой, но когда ты приехал в Новый Орлеан?

– Пять дней назад, – ответил Тео.

Я недоверчиво покачала головой.

– Пять дней, и все они как в тумане. – Я посмотрела на него снизу вверх. – Как ты узнал, где меня искать?

– Мне звонил бармен из Le Chacal, – объяснил Тео, наливая воду в кофеварку. – Майк. Большой И. Он подслушал, как ты с каким-то парнем обсуждала татуировки и все время повторяла имя Тедди.

– И ты все бросил и полетел на другой конец страны.

В воздухе витал запах готовящегося кофе. Я крепче обняла подушку, когда Тео подошел и сел на диван.

– Прости меня, – прошептала я.

– Не надо извиняться, – махнул он рукой.

– Я должна, – проговорила я, вытирая глаза тыльной стороной ладони. – Мне за многое нужно извиниться. Надо же с чего-то начинать.

– Начни позже, – сказал Тео. – Прямо сейчас ты должна попробовать что-нибудь съесть. За все время я не смог влить в тебя больше нескольких чашек воды, вот почему ты чувствуешь слабость. Здесь имеется какое-нибудь заведение, которое тебе нравится?

– В кафе «Руни». Закусочная примерно в трех кварталах отсюда. Я захаживала туда пару раз, когда выпивка заставляла меня жаждать жирной пищи.

– Я принесу нам что-нибудь оттуда, – предложил он, направляясь обратно на кухню. – Ты не возражаешь, если я сначала быстренько приму душ?

– Нет. Вперед.

Я услышала, как в чашку наливается свежесваренный кофе, а через минуту Тео вложил его мне в руку. Я сделала глоток и тут же поставила чашку на стол. Слишком горячий. Слишком крепкий. Слишком. Все было слишком, как будто мое тело сделано из рисовой бумаги, внутри и снаружи.

Тео вышел из душа десять минут спустя, в синей футболке, джинсах и ботинках выглядя красивым какой-то мрачной красотой.

– Что бы ты съела?

Я постаралась придумать наименее неприятное блюдо, которое будет легко жевать и глотать.

– Наверное, овсянка подошла бы, спасибо.

Он направился к двери, но вдруг остановился.

– У тебя есть домашний телефон? Для экстренных случаев?

– Нет, у меня только сотовый… – Мой голос затих, когда на меня нахлынуло смутное воспоминание. Под его тяжестью я снова опустилась в кресло. – О боже!

– У тебя был сотовый, – заметил Тео с кривой усмешкой на губах.

– Тедди, мне так жаль…

– Я оставлю тебе свой телефон, – снова прервал меня он.

– Зачем?

– Не знаю. На случай, если тебе станет плохо. – Он пожал плечами и усмехнулся. – Или, может быть, ты захочешь поиграть во фруктового ниндзя.