Кофе с любовью - Лора Вайс

– Эй! – показался отчим. – Ленка говорит, деньжата у тебя завелись. Накинь-ка тыщенку.

– У меня нет денег, – и хотела уже вернуться к себе, но Игорек удивительно быстро подошел и не дал закрыться.

– Слушай сюда, я ведь и вломить могу, – замахнулся. Это его излюбленный способ вытрясать деньги.

Глаза отчима горели огнем, губы поджал так, что аж побелели. Видимо совсем на мели, а собутыльники еще отсыпаются. Спорить с этим существом не хотелось, тем более в таком состоянии, поэтому Алина быстро достала из кармашка рюкзака пятьсот рублей одной купюрой, посетовав про себя, что не разменяла вчера, и всучила в руку Игорьку.

– Все, больше нет.

– То-то же, – осклабился, «сверкнув» металлическими коронками. – Катись на работу, давай. И не забудь хавчика купить, жрать в доме нечего, – и подался за опохмелом.

– Урод, – прошептала ему вслед Алина. – Сам бы хоть раз пожрать купил.

– Доча, – вот и матушка вышла из спальни. Халат на ней был порван, отчего виднелась грудь. – Ты Игоречку денюжку дала? Он с утра такой нервный, такой нервный. Нехорошо ему.

– Вы обблевали всю ванну, – процедила сквозь зубы.

– Ой, это случайно вышло. Я помою. Обещаю.

Но Алина ничего не ответила, она скрылась в комнате, быстро оделась, взяла из второй копилки, где хранила деньги на каждодневные нужды, полторы тысячи и поспешила покинуть квартиру. До работы оставалось еще два часа, да и себя в порядок надо было привести, потому девушка забежала в ближайший супермаркет, купила там самую дешевую зубную щетку с пастой, бутылку воды, после чего отправилась в Макдональдс через дорогу. Уже не раз приходилось пользоваться туалетом ресторана. Вот и сейчас, она закрылась в туалете, где почистила зубы, а уже у раковин умылась. Да и позавтракать решила в Макдаке. Но стоило съесть бутерброд, как желудок скрутило не на шутку, в итоге была вынуждена еще и в аптеке потратиться на Фосфалюгель.

На работу приехала бледная и практически без сил. К счастью, кроме Фили в зале кофейни никого не было.

– О-о-о-о, – протянул бармен. – Ты чего, Динька? Ну-ка, садись. Кофейку навести?

– Нет, Филь… мне бы чая.

– Рассказывай, – достал из-под стойки чашку с блюдцем, начал колдовать над заварным чайником.

– Близится мой час расплаты, – улыбнулась нехотя. – С утра пораньше разборки домашних. И желудок что-то пошаливает последнее время.

– К врачу, – поставил перед ней чашку чая. – Доведешь себя до какой-нибудь хрени трудноизлечимой.

– Да, надо бы… Но, блин, пока попадешь к нужному спецу, коньки отбросишь. Там же как, сначала к терапевту надо, потом он направление выдаст и только после этого… В общем, проще лечь и умереть. А на платных денег жалко. Они только и могут, что диагнозы сочинять и отправлять на бесконечные анализы.

– Твоя семейка умереть спокойно не даст. Кто им будет деньки на водяру зарабатывать? – произнес на выдохе, – съехала бы ты от них.

– Куда, Филь? Ну, куда я съеду? За съем жилья опять же платить надо. Да и мать тогда совсем… Этот козел спит и видит как спровадить ее на тот свет поскорей.

– Ты извини, конечно, но с таким образом жизни ее надолго не хватит.

– А то я не знаю. Но сделать ничего не могу.

– Да-а-а-а…

– Ладно. Однажды все изменится, – ощутила наконец-то облегчение от лекарства. – Спасибо за чай.

– Да, не за что. Слушай, пока этого жандарма нет, пойду я, покурю.

– Угу…

И наступила тишина, благодатная утренняя тишина. Миша уже вовсю пек блинчики, отчего по кофейне распространились приятные ароматы. Солнце светило в окна. Санат оросила все растения, что украшали подоконники и теперь капельки на листьях мерцали, переливались, отбрасывая на стены россыпь солнечных зайчиков.

Алина только расслабилась, только окунулась в поистине сказочную атмосферу Румпеля, как раздался дзынь колокольчика, а следом голос управляющего.

– Привет, – сразу же подошел к ней.

– Доброе утро.

– И что заставило тебя сбежать вчера? – Рома прекрасно знал, что заставило, но хотелось услышать ее версию.

– По-моему все очевидно, – перевела-таки на него взгляд. – Извините, но мне нужно переодеться, – спрыгнула со стула и направилась в комнату для персонала.

– Ну, нет, – пробубнил Довлатов, – так не пойдет, – и поспешил за ней.

Алина второй раз за утро не успела воспрепятствовать домогательствам, Довлатов без проблем вошел в помещение, а только потом запер дверь.

– Итак, – развернулся к фее, – продолжим беседу. И почему ты снова обращаешься ко мне на «вы»?

– Роман Викторович, пожалуйста, покиньте раздевалку. То, что произошло вчера, было неправильно и неуместно.

– Мельникова? – взял ее за руку и усадил на лавку, а сам опустился на корточки. – Давай на чистоту?

– Хорошо. Вы мой начальник, это раз, – загнула указательный палец, – вы меня многократно старше, это два, – загнула средний, – у вас есть девушка или жена, уж не знаю, это три, – пошел в ход безымянный. – Как видите, все говорит о том, что вчера произошло недоразумение.

– Ок, – коснулся ее пальцев, затем принялся их разгибать, – я твой начальник, не поспоришь, как и то, что у нас разница в возрасте. А вот, что до девушки или жены, то женщина у меня есть, однако у нас ничего серьезного.

– Это как?

– Вроде отношений без обязательств. Обещаю, вечером я тебе все объясню.

– Мне такого не понять, – высвободила свою руку.

– А свидание? Ты вчера обещала.

– Ну, не обещала, во-первых, а просто согласилась. И зря. Не надо нам с вами ходить на свидания.

Ее слова прошлись, точно лезвие по сердцу. Всю ночь эта фея снилась, он обнимал ее, целовал и ощущал аромат клубники.

– Я должна переодеться, – поднялась с лавки. – Да и Вася вот-вот придет, не хватало еще, чтобы нас вместе застукали.

Рома тоже поднялся.

– Значит, не пойдешь?

И она помотала головой. Однако Довлатов не смог уйти, очередной раз поддался порыву. В следующее мгновение обхватил девушку за талию, привлек к себе и поцеловал, а чтобы не вырвалась, прижал спиной к шкафчикам. Но Алина не стала вырываться, у нее внутри все сжалось, как и вчера. Рома же хотел, ждал, чтобы фея снова перехватила инициативу, скоро так и случилось. Алина целовала чувственно, но пока еще стеснялась встречаться своим языком с его, тогда Довлатов еще сильнее прижал ее к шкафчикам, начал касаться губами щек, подбородка. И возбуждение накрыло с головой, фея буквально растворилась в ощущениях. Когда же он снова вернулся к губам, то все стеснение ушло на второй план. Помимо своего возбуждения, кое осело внизу живота, Алина почувствовала и его – нечто горячее и твердое уперлось ей в бедро.