Аромат Жасмина - Ирина Гутовская

Жасмин

Пока едем в город, хочу спросить Богдана о дальнейших планах… И если с фондом всё предельно ясно, ведь когда проблема решается с помощью денег – это не проблема, а временные трудности (и дело моей жизни будет процветать), то, что касается мужа – вызывает много вопросов и, конечно же, опасений…

«Марат никогда не отпустит… не смирится с участью брошенного мужа, для него это означает – оскорбить и унизить, причём возведёт всё в высшую степень гнева...» – а после того, как я была близка с другим (это в любом случае ему станет известно) – тем более, воспримет, как вызов и повод расправиться со мной, находясь в своём праве, по его мнению. Хотя не считаю это изменой или предательством, сам-то не обременял себя верностью и не заботился о моих чувствах, которые давно убил, методично выбивая кулаками, скотским отношением и поведением…» – и теперь нескончаемый поток мучительных мыслей не даёт покоя.

Боюсь… За моего мужчину, в первую очередь.

Несмотря на смелость и уверенность в собственных силах, до конца не осознаёт, в какую историю впутывается, желая спасти меня – вырвать из лап абьюзера. Он не в курсе, на что способен Хасанов, как далеко тот готов зайти. А Богдана ничего не останавливает, стремится быстро во всём разобраться, хотя это нереально: только на бракоразводный процесс потребуется минимум месяц, за этот срок всякое может произойти, поэтому действовать надо с осторожностью.

И не могу не озвучить своё мнение:

– Не торопись встречаться с Маратом и рассказывать ему о нас, – аккуратно начала… Думаю, так будет лучше: спешка ни к чему хорошему не приведёт.

– Как, по-твоему, я должен поступить – трусливо прятаться и бегать? Не стану я этого делать, – ожидаемо, мой мужчина возмутился. – Рано или поздно нам придётся поговорить. Полагаешь, итог окажется иным – менее сложным, если тянуть время, а Хасанов спокойнее отнесётся к вашему разрыву и вдруг отстанет, не имея претензий? Нет, Жасмин, не получится, само не рассосётся… – ударил по рулю кулаком. – Мы всё равно с ним столкнёмся, ведь наши интересы пересекаются – значит, это неизбежно. Не вижу смысла оттягивать момент и усугублять ситуацию. Или ты сомневаешься во мне? – он бегло посмотрел в мою сторону и тут же вернул внимание на дорогу.

«Нет, ни в коем разе не подвергаю сомнениям все его обещания, возможности, качества характера и, в целом, достоинства – как человеческие, так и мужские…» – и всё-таки последствия пугают.

Дотянувшись до руки Богдана, лежащей на селекторе переключения передач, твёрдо ответила:

– Я доверяю тебе, – но и страх за него никуда не исчезнет, не прощу себе, если он пострадает... Взявшись защищать меня, приобретает опасного жестокого врага в лице Марата.

– Тогда что не так? – довольно сильно сжал мои пальцы. – А может быть, ещё остались чувства к мужу и не хочешь, чтобы узнал о нас с тобой или, вовсе, готова простить и жить с ним дальше, как ни в чём не бывало? – с нескрываемым раздражением спросил и продолжил: – Не допущу этого, не отдам ему тебя!

«Даже обидно слышать подобное заявление… Что за внезапные выводы посетили и упрёки на пустом месте появились? И лишь из-за одной просьбы – не спешить. Опять ревность очнулась?».

– Кроме ненависти, презрения и отвращения – ничего к Марату не испытываю, и в мыслях не было возвращаться к нему. Единственное, о чём беспокоюсь сейчас…

Богдан не дал договорить, перебив:

– Жаждешь отмщения?

– Такое ощущение, что пытаешь найти в моих словах то, чего нет, выходит – сам не веришь в искренность происходящего между нами. Осталось добавить: выбрала тебя в качестве способа мести, скинула разгребать груз проблем и как решишь всё – забуду о твоём существовании… А ведь я впервые за долгие мучительные годы почувствовала себя женщиной – желанной, красивой, нужной… рядом с тобой… ты подарил шанс изменить жизнь… – вырвала свою ладонь из его цепкого хвата. И отвернулась в другую сторону, вглядываясь в ночную темноту за окном.

– Жасмин, я же не это имел в виду… – он сбавил скорость и, притормаживая, постепенно свернул на обочину и остановил машину. – Посмотри на меня, – прикоснулся к моему плечу.

Я обернулась на него.

Он включил «аварийку».

– Ты неправильно поняла… – нахмурился. Выглядит виноватым.

«Погорячился?» – об этом хочет сказать?

Тогда и я объясню:

– Единственное, о чём беспокоюсь – то, что Марат примет незамедлительные ответные меры в отношении нас обоих, не даст нам нормально жить. Не в тебе, как мужчине, и твоих силах я сомневаюсь, а очень хорошо знаю мужа – в этом причина, его поступки о многом говорят. Поэтому повторюсь: нельзя торопиться, нужен тщательно продуманный план, иначе наворотишь дел… услышь, наконец… Действовать надо постепенно, шаг за шагом. Возможно, ты не привык так, тем более – учитывать чужое мнение, но другого выхода нет, – «и если честно, пока не представляю, какое событие должно случиться, чтобы Марат навсегда отстал…».

– Хорошо-о-о… – Богдан шумно протяжно выдохнул, потом отстегнул ремень безопасности и отодвинул своё сидение максимально назад. – Иди сюда, – похлопал по коленям.