Блондинка в цветочек - Кристин Лестер

– Давай вот так, – сказала она, устраиваясь с ним голова к голове, словно стрелки компаса. При этом ногами каждый «указывал» в разные стороны.

– Занятно… – Ник все время поднимал глаза вверх и смотрел на нее через лоб.

– Это я в детстве так любила лежать. У нас перед домом была большая лужайка. Мы с моим другом, он был сыном нашей горничной…

Ник вдруг поднял руки, протянул их к ее лицу и положил ладони ей на щеки:

– Вики! Ведь мы с тобой совершенно чужие люди. А я так уже привык…

– Да. А еще я любила так лежать под деревом, упершись головой в основание ствола, и смотреть снизу на ветки…

– …И мы можем разбежаться навсегда, улетев отсюда, а можем никогда уже не расставаться и стать настоящими друзьями…

– Да. Ты знаешь, у меня всегда было такое ощущение, что это дерево – гигант, огромное чудище, а я – маленькая букашка на его коре. Представляешь?

– Вики! – Ник перевернулся на живот и лег к ней лицом. Теперь она видела его в перевернутом изображении:

– Слушай, а ты симпатичный.

– В такой проекции я нравлюсь тебе больше?

– Нет, – смутилась она, – просто ты действительно симпатичный. Я сразу это заметила. Наверное, ты нравишься всем женщинам: бронзовый загар, белоснежная улыбка, зеленые глаза… Просто живой Аполлон.

– Из нас получится красивая пара, не так ли?

– Может быть. Но… сомневаюсь, что получится.

Он вдруг молча лег рядом с ней и принялся разглядывать ее лицо.

– Ты тоже очень красивая.

– Я знаю.

– Хм. От скромности ты не…

– Нет-нет, что ты! Мне грозит совсем другая участь.

Но он никак не прореагировал на ее шутку, глаза его подернуло поволокой…

– Мне нравится на тебя просто смотреть… – Он приблизил лицо, заставив Вики часто и взволнованно задышать.

– Смотри. Тем более сегодня последний вечер.

– И он весь – наш…

Как всегда, она не успела сообразить, что происходит, а Ник уже обнял ее и начал целовать. На этот раз совсем по-другому. Теперь его губы были нежны и весьма изобретательны, он будто изучал ее: то чуть сильнее прижимая ее лицо к своему, то отпускал и заглядывал в глаза. Вихрь новых ощущений захватил ее и начал кружить над землей. Ни один мужчина не целовал ее так. У нее было много, очень много поклонников, но никто и никогда…

– Вики, я могу совсем потерять голову!

Теряй уже быстрее! – хотелось крикнуть ей. Но тут она заметила, что в его взгляде прыгают искорки смеха. Ей это не понравилось.

– Ты… у-у-у!

– Что, Вики? – прошептал он, явно подражая голосом какому-то страстному киноперсонажу.

– Ты смеешься надо мной?! А ну слезь с меня! Слезь, я сказала! Ты меня придавил!

– Тише, не то на помощь прибежит местный шериф. Помнишь, какой он толстый?

– Вот и пусть прибежит.

– А мне кажется, совсем ты не хочешь, чтобы я уходил. Смотри, как ты выгнула спину, словно кошка… Ты так томно прикрываешь глаза, так глубоко и взволнованно дышишь. Нет, я не слезу… – заключил он и снова приблизил к ней лицо.

– Я… я не понимаю, чего ты от меня хочешь, – прошептала она, касаясь губами его губ. И тут же сама притянула его за шею к себе…

– Я сейчас… тебе объясню… дорогая, – прошептал он ей сквозь поцелуй и начал стягивать с нее лифчик от купальника.

– Ник… здесь же люди.

Он молча покрывал поцелуями ее тело, и она поняла, что, в общем-то, ей все равно, что здесь люди. И сейчас она сдастся без боя. Нет, так нельзя. Надо хотя бы переместиться в номер, что ли…

– Ник, не нужно так торопиться, – простонала она, еще сильнее выгибая спину и закрывая глаза.

– Вики, – он отнял губы от ее груди, – у тебя роскошное тело! Господи, как я долго ждал этого!

– Ник, пойдем отсюда. Пойдем в номер, Ни-ик…

– Ерунда! Пусть смотрят!

– Ммм!

– Не стесняйся! Мне казалось, что такие, как ты, никого не стесняются!.. Все, я больше не могу! – Он настойчиво притянул Вики к себе и начал стягивать с нее шорты.

Она не сразу смогла остановиться. Еще теплая сладкая волна продолжала блуждать в ее крови и она каждой клеточкой кожи ощущала блаженство, но его слова уже остудили мозг. «Такие, как ты»? Да за кого он ее принимает!

– Что ты сказал? – хрипло переспросила она, освобождаясь из его рук.

– Успокойся, милая. Я говорю, что люди вокруг – это ерунда. Ты явно не из тех, кто чего-то стесняется.

Пощечина, которую она ему влепила, пришлась очень кстати: в следующую секунду ей было бы уже трудно вырваться.

– Вики! Черт побери! Что ты делаешь?!

– Пошел вон, пошляк!

– Почему я пошляк? – Ник провел рукой по ее животу, все-таки пытаясь проникнуть под шорты.

Она резко отодвинулась и стала натягивать на себя одежду. Господи, как же невыносимо стыдно делать это под его внимательным взглядом!

– Ну-ну, – произнес он, саркастически приподняв бровь. – На улице уже темнеет, между прочим.

– Ник, ты… хоть понимаешь, что делаешь?

– Ну что такое? – Он был сильно раздосадован и с трудом сдерживал себя. – Ты хочешь сказать, что не догадывалась о таком варианте отношений?

– Догадывалась. – Она решительно застегивала лифчик от купальника, но пальцы не слушались, и уже несколько раз он падал на траву.

– Может, я застегну?.. В чем дело, Вики? Я могу прийти к тебе сегодня в номер, если тебе так больше нравится.

– Мне никак не нравится.

– Да что случилось-то?!! – взорвался он, вскакивая и снова заключая ее в объятия.

– Я не хочу, чтобы ты сначала тискал меня, как… как кошку, а потом еще и оскорблял. А ну убери руки!

– Чем я тебя оскорбил?

– А ты подумай, – купальник наконец застегнулся, – а я пойду.

– Ну и иди! Ты думаешь, тут мало таких девчонок?

Она развернулась и вмазала ему еще одну хорошую затрещину.

– Думаю, что девчонок немало. Но таких, как я, больше нет.

И ушла прежде, чем он успел опомниться. Кто его знает, может, он бы стал с ней драться!

В номер она вернулась уже за полночь, набродившись по кафе и просто по улицам, напившись коктейлей, чтобы заглушить досаду. В какой-то момент у нее возникла идея подцепить первого встречного парня и пригласить его к себе, но потом она передумала.

Хмуро поздоровавшись с метрдотелем, который теперь уже ничему не удивлялся, Вики прошла к себе на этаж. Конечно! Иначе и быть не могло! Из номера напротив показалась спина Ника: он запирал дверь и ее пока не видел. Вики остановилась, скрестила руки на груди и стала выжидательно смотреть.